С 1 января 2001 года вступил в силу новый Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь (далее – УПК РБ), нормы которого согласованы с Конституцией Республики Беларусь (далее – Конституция РБ) и отражают современные социально-экономические и общественные отношения, а также достижения теории и практики органов, осуществляющих уголовное преследование.
В основу нового УПК РБ положен принцип защиты конституционных прав личности, что является знамением времени, ибо нельзя решить проблему роста преступности за счет ущемления процессуальных прав подозреваемых и обвиняемых.
Второй год действия нового УПК РБ показал, что хотя новый законодательный акт гуманнее прежних, однако в практической деятельности правоохранительных органов возникают некоторые вопросы, и прежде всего в проведении таких следственных действий, как обыск и выемка. Дело в том, что именно при их осуществлении чаще всего допускаются нарушения конституционных прав граждан.
Анализ всех аспектов действия институтов обыска и выемки в уголовном процессе Республики Беларусь, России и США позволяет сделать следующие выводы:
1. Понятие обыска и выемки в УПК РБ отсутствует. Необходимо закрепить на законодательном уровне понятие обыска и выемки, т.к. отсутствие единого научно обоснованного понятия, закрепленного в УПК РБ, порождает в судебно-следственной практике разночтения и, как следствие, нарушение прав человека.
Между тем, понятие обыска и выемки наукой уголовного процесса Беларуси и России, в отличие от США, определено.
2. Применяемый в действующем законе (ст. 208, 209 УПК РБ) критерий разграничения обыска и выемки: “если точно известно, где и у кого” находятся отыскиваемые предметы, недостаточно отражает требования ст. 29 Конституции РБ. Можно точно знать, “где и у кого” находится предмет или документ, но произвести не выемку, а обыск, если лицо не выдает его добровольно. И наоборот: можно не знать, в каком конкретно месте хранится предмет или документ, но произвести не обыск, а выемку, если лицо выдает его добровольно.
Необходимо расширить критерий разграничения обыска и выемки, введя в него дополнение о добровольности выдачи отыскиваемых предметов.
3. В соответствии с законом основанием для проведения обыска является наличие у следователя достаточных оснований “полагать, что в каком-либо помещении или ином месте либо у какого-либо лица находятся орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела, а также могут быть обнаружены разыскиваемые лица и трупы” (ст. 208 УПК РБ). При этом в законе никак не оговаривается, на чем могут основываться предположения следователя, тем самым не исключаются и оперативные данные, полученные от органа дознания. Нигде в законе не сказано, что принятие решения об обыске должно быть основано на собранных по делу доказательствах. Вместе с тем, по нашему мнению, прокурор при даче санкции на обыск на основании только данных оперативно-розыскной работы должен быть крайне внимателен, т.к. к этому его обязывает сам характер данных, обосновывающих необходимость обыска. Ведь эти данные не являются доказательствами.
4. На наш взгляд, необходимо законодательно закрепить правило о том, что на производство обыска требуется санкция судьи. Так, например, в отличие от Конституции Российской Федерации в Конституции Республики Беларусь не содержится указание на производство обыска с санкции судьи.
Однако нельзя забывать о роли прокурора в уголовном процессе в дальнейшем, когда обыски будут проводиться по решению суда. Прокурор и тогда должен будет проверять законность и обоснованность постановления на обыск, высказывать свое отношение к постановлениям, направляемым в суд, а при необходимости опротестовывать принятое судом решение по поводу санкции.
5. Представляется, что в УПК требуется законодательное закрепление следующего положения: в постановлении о производстве обыска должны быть отражены причины производства следственного действия без санкции прокурора, при этом следует немедленно, а не в течение суток, как указывает УПК РБ, направить прокурору уведомление о производстве обыска с указанием мотивов, побудивших провести обыск без санкции.
Употребляемое в законе понятие “случаи, не терпящие отлагательства” слишком неопределенно, что на практике порождает злоупотребления. Аналогично действующим нормам в уголовном процессе США, представляется необходимым раскрыть это понятие и в УПК РБ, отнеся к нему случаи, когда: 1) промедление грозит уничтожением вещественных доказательств и документов; 2) необходимые для дела предметы и документы обнаружены в ходе других следственных действий: осмотра места происшествия, следственного эксперимента и пр.; 3) обыск или выемка проводятся в процессе преследования подозреваемого или обвиняемого в помещении, где он скрылся; 4) санкцию прокурора (судьи) невозможно получить из-за его отсутствия в месте проведения расследования.
6. В уголовном процессе США запрещено законом “использовать в качестве доказательств сведения и предметы, полученные при необоснованном обыске, обыске, проведенном с нарушением прав личности и других требований закона” <*>.
<*> Махов В. Н., Пешков М. А. Уголовный процесс США: (Досудебные стадии): Учеб. пособие. – М.: ЗАО “Бизнес-школа” Интел-Синтез, 1998. – С. 47.
Представляется необходимым поместить в УПК РБ следующую норму: суд имеет право аннулировать результаты обыска или выемки, произведенных незаконно, в частности, без санкции, если были условия для получения таковой.
7. Защита частной жизни в РБ закреплена действующим законодательством. Прежде всего, в Конституции РБ, а также во многих статьях УПК РБ. Однако эти права нередко нарушаются, причем не всегда наличествуют санкции за их нарушение.
В США же за подобные нарушения предусмотрены уголовно-процессуальные санкции в форме “непризнания судом доказательственного значения за предметами и вещами, даже если они, судя по всему, являлись орудиями преступления, наркотиками и другими предметами, уличающими владельца обыскиваемого объекта в совершении преступления” <*>.
<*> Пешков М.А. Арест и обыск в уголовном процессе США. – М.: Издательство “СПАРК”, 1998. – С. 12.
На наш взгляд, необходимо в УПК РБ законодательно закрепить аналогичную норму.
8. Согласно Конституции РБ граждане вправе обжаловать в суд любое решение государственного органа и должностных лиц, но в УПК РБ не определен механизм такого обжалования в отношении обыска и выемки.
Суды должны иметь право выносить обязательные решения об аннулировании доказательственного значения предметов и документов, изъятых при обыске и выемке, и их возвращении владельцам, возмещении материального и морального ущерба, причиненного обыском, восстановлении репутации граждан, подвергшихся незаконным обыскам, и принесении им извинений.
Целесообразно в законе прямо указать, что суды должны в каждом конкретном случае выяснять причины незаконных обысков и их последствия; выносить частные определения в адрес следственных органов, нарушивших закон при проведении обысков и выемок. Эти определения, после их проверки, в определенных случаях могли бы служить поводом для возбуждения уголовного дела в отношении лиц, допустивших незаконные обыски. Такая мера резко сократила бы число незаконных и необоснованных обысков и выемок.
9. Действующее уголовно-процессуальное законодательство Республики Беларусь не содержит порядка и оснований для возмещения материального ущерба, причиненного обыском. Этот пробел позволяет правоохранительным органам государства безнаказанно причинять вред гражданам при производстве обысков. При этом надо иметь в виду, что многие обыскиваемые никакого отношения к уголовному делу вообще не имеют (например, родственники и знакомые обвиняемого, проживающие вместе с ним).
Следовало бы установить в УПК РБ, что всякий незаконный обыск должен повлечь материальную ответственность соответствующих органов государства, если в ходе его проведения гражданину причинен имущественный вред. При этом не должно иметь значения, какое процессуальное положение занимает гражданин. Вред, причиненный незаконным обыском, должен подлежать возмещению и в тех случаях, когда отыскиваемые предметы и документы обнаружены. При проведении законных обысков ущерб необходимо возмещать во всех случаях, когда отыскиваемые предметы и документы не обнаружены. При этом не должно иметь значения, действовало ли должностное лицо, причинившее вред при обыске, виновно или невиновно: и в том и в другом случае вред должен быть возмещен.
10. Уголовный кодекс Республики Беларусь содержит раздел 12, глава 31 “Преступления против информационной безопасности”. В связи с этим при производстве обысков по различным категориям уголовных дел и, прежде всего, при расследовании преступлений в сфере компьютерной информации можно выделить принципиально новый объект исследования – средства компьютерной техники, а также объект поиска – информацию, хранящуюся в памяти компьютера или на внешних носителях – дисках, дискетах и т.п.
Своеобразие тактики и технических средств, применяемых для обнаружения и изъятия информации, хранящейся в оперативной памяти компьютера или на физических носителях, позволяет выделить новый вид обыска – обыск средств компьютерной техники и, как следствие, – новую задачу обыска: отыскание и изъятие компьютерной информации.
Представляется также целесообразным выделить и новый вид выемки – выемка информации, хранящейся на жестком диске компьютера или на физических носителях, а также задачу выемки – изъятие информации, хранящейся на компьютерных носителях.
В связи с вышеизложенным необходимо, на наш взгляд, законодательно закрепить в УПК РБ новый вид обыска и выемки.
Как видим, на современном этапе развития общества возникла необходимость подробной регламентации таких следственных действий, как обыск и выемка. Это необходимо, прежде всего, для того, чтобы обеспечить соблюдение конституционных прав граждан “и утвердить тем в народе нашем уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние” <*>.
<*> Феофанов Ю. Закон, суд, судья // Известия. – 2001. – 12 апреля. – С. 4.