Большинство субъектов хозяйствования рано или поздно сталкиваются с проблемой взыскания долгов и санкций за просрочку их уплаты. Актуально это и для строительной отрасли Республики Беларусь, где постоянно имеет место просрочка заказчиков, генподрядчиков по расчету за выполненные работы с подрядчиками, субподрядчиками по договорам строительного подряда.
Должники-неплательщики, не единожды побывавшие в суде в качестве ответчика, хорошо знакомы с частью первой статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) и в переговорах об урегулировании спора во внесудебном порядке уверенно заявляют, что взыскатель не сможет взыскать с них и половины заявленной пени, поскольку суд уменьшит ее на основании части первой статьи 314 ГК. Так ли это, рассмотрим на следующем примере.
Между обществом с ограниченной ответственностью “А” (ООО “А”, заказчиком) и обществом с ограниченной ответственностью “Б” (ООО “Б”, подрядчиком) заключен договор строительного подряда от 11.11.2014 на выполнение строительных работ по прокладке стального футляра методом горизонтально направленного бурения.
Подрядчик выполнил строительные работы в полном объеме в декабре 2014 г. и передал всю соответствующую документацию на подпись заказчику. Работы на объекте продолжились силами нового подрядчика – общества с ограниченной ответственностью “Н” (ООО “Н”).
02.03.2015 заказчик подписал акт сдачи-приемки выполненных строительных и иных специальных монтажных работ формы С-2, установленной постановлением Министерства архитектуры и строительства Республики Беларусь от 29.04.2011 N 13 “Об установлении форм первичных учетных документов в строительстве”, и справку о стоимости выполненных работ и затратах формы С-3, установленной в приложении 2 к постановлению Министерства архитектуры и строительства Республики Беларусь от 17.10.2011 N 48 “Об установлении форм документов и утверждении Инструкции о порядке заполнения и применения дефектного акта на гарантийный ремонт” (далее – постановление N 48), на общую сумму 220000000 неденоминированных рублей.
Согласно договору заказчик обязан рассчитаться с подрядчиком в течение 60 календарных дней после выполнения работ подрядчиком. Однако заказчик не рассчитался с подрядчиком в срок по 05.05.2015 включительно.
30.06.2015 в ответ на неоднократные просьбы подрядчика оплатить выполненные работы заказчик ответил, что в июне 2015 г. на объекте были выявлены недостатки, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки работ: на объекте был поврежден городской трубопровод и повреждена труба, которую ООО “Н” протягивало в стальной футляр, ранее проложенный подрядчиком. В доказательство этого заказчик приложил дефектный акт (без даты и места составления), подписанный его представителем, а также представителем технадзора и ООО “Н”. Таким образом заказчик уведомлял подрядчика, что стоимость ремонтных работ по восстановлению работоспособности тепловых сетей будет учтена при расчете с подрядчиком.
В свою очередь подрядчик отрицал свою причастность к повреждениям. Подрядчик – ООО “Б” сделал вывод, что они были нанесены подрядчиком – ООО “Н”, который выполнял строительные работы на объекте с января 2015 г. Подрядчик обращал внимание заказчика, что дефектный акт был составлен с нарушением договора, пункта 52 Правил заключения и исполнения договоров строительного подряда, утвержденных постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15.09.1998 N 1450, и постановления N 48: заказчик составил дефектный акт без вызова представителя подрядчика, по форме и содержанию не соответствующий законодательству, осмотр повреждений был произведен комиссией после проведения ремонта повреждений (когда труба была не только отремонтирована, но и закопана). На основании вышеуказанного комиссией заказчика были сделаны необоснованные выводы о причастности и вине подрядчика в нанесении повреждений. Также заказчиком не была произведена экспертиза до проведения ремонта повреждений в нарушение пункта 5 статьи 673 ГК, заказчик нанял по своему усмотрению организации для устранения повреждений, ремонт был произведен без привлечения подрядчика. Таким образом, ремонт повреждений был произведен в нарушение порядка, предусмотренного договором, и заказчик взял на себя расходы по ремонту повреждений, из чего подрядчик сделал вывод, что у заказчика нет оснований удерживать оплату выполненных подрядчиком строительных работ.
В ходе переговоров стороны договорились обратиться в экспертную организацию для анализа фотографий и документов и дальнейшего установления лиц, виновных в нанесении повреждений. Заключение договора с экспертами и оплата услуг изначально возлагались на заказчика. В последующем оплата услуг должна была быть компенсирована стороной, виновной в нанесении повреждений.
02.09.2015 для урегулирования разногласий стороны (заказчик, подрядчик, технадзор и ООО “Н”) встретились с представителями экспертной организации. Экспертами были высказаны предположения, что повреждения трубы были нанесены ООО “Н” опорами / скобами, на которых лежала труба и давила своим весом, что привело к вдавливанию краев опор / скоб в изоляцию трубы и ее повреждению, до протягивания / проталкивания трубы в стальной футляр. Что касается повреждений городского трубопровода, то они были нанесены, вероятнее всего, ковшом экскаватора. В связи с тем что подрядчик не раскапывал городской трубопровод, его причастность к нанесенным повреждениям была маловероятна.
07.09.2015 заказчик ответил на претензию подрядчика и указал, что просрочка оплаты была вызвана временными финансовыми трудностями, денежные средства в счет оплаты выполненных строительных работ будут перечислены на счет подрядчика в минимальный срок.
18.09.2015 подрядчик обратился к нотариусу с заявлением о совершении исполнительной надписи на основании пункта 25 перечня документов, по которым взыскание производится в бесспорном порядке на основании исполнительных надписей, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 28.12.2006 N 1737, о взыскании с заказчика задолженности по оплате выполненных подрядчиком строительных работ на сумму 54086094 неденоминированных рубля (за вычетом сумм, принудительно списанных со счета заказчика в счет задолженности подрядчика перед бюджетом). По данным основаниям 18.09.2015 подрядчику была выдана соответствующая исполнительная надпись нотариуса.
Чтобы компенсировать инфляционные потери, 18.09.2015 подрядчик обратился в экономический суд г. Минска в порядке приказного производства о взыскании с заказчика процентов за пользование чужими денежными средствами за просрочку оплаты выполненных подрядчиком строительных работ за период с 06.05.2015 по 18.09.2015 на сумму 9525642 неденоминированных рубля. Однако 21.10.2015 суд отказал подрядчику в выдаче определения о судебном приказе в связи с поступлением отзыва от заказчика, из которого следовало наличие спора о праве: заказчик сообщал о нанесении подрядчиком повреждений на объекте и указывал, что “на сегодняшний день заключения экспертов отсутствуют и нет точных данных, что недостатки по работе подрядчика отсутствуют”.
Подрядчик обратился к экспертной организации с просьбой пояснить, когда будет готово заключение экспертизы. В ответ экспертная организация сообщила, что в ноябре 2015 г. от заказчика поступил подписанный договор о проведении экспертизы, однако до настоящего времени оплата услуг экспертов не произведена, в связи с чем экспертная организация не приступала к подготовке официального экспертного заключения.
13.11.2015 подрядчик обратился в экономический суд г. Минска с иском о взыскании с заказчика договорной неустойки (пени) на сумму 33872504 неденоминированных рубля и процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму 11600175 неденоминированных рублей за период просрочки оплаты выполненных строительных работы с 06.05.2015 по 13.11.2015.
Заказчик возражал против требований подрядчика, обосновав свой отзыв тем, что “на сегодняшний день заключения экспертов отсутствуют и нет точных данных, что недостатки по работе подрядчика отсутствуют”. При этом заказчик не обжаловал исполнительную надпись нотариуса и не смог представить в суд заключение экспертизы, а также указать срок, к которому услуги экспертов будут оплачены и заключение будет готово.
15.12.2015 суд по своей инициативе воспользовался своим правом согласно части первой статьи 314 ГК и удовлетворил требования подрядчика частично: постановил взыскать с заказчика неустойку (пеню) на сумму 25000000 неденоминированных рублей и проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 11600175 неденоминированных рублей.
26.04.2016 подрядчик повторно обратился в экономический суд г. Минска с иском о взыскании с заказчика договорной неустойки (пени) на сумму 14908333 неденоминированных рубля и процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму 5349427 неденоминированных рублей за период просрочки оплаты выполненных строительных работ с 14.11.2015 по 26.04.2016.
Заказчик возражал против требований подрядчика, обосновав свой отзыв тем, что согласно статье 314 ГК подлежащая уплате неустойка несоразмерна последствиям нарушения обязательств. Заказчик просил суд учесть сумму процентов, которые компенсируют в определенной части последствия, вызванные нарушением денежного обязательства, и сумму санкций, ранее взысканных судом по решению от 15.12.2015, а также заказчик указывал, что “на сегодняшний день заключения экспертов отсутствуют и нет точных данных, что недостатки по работе подрядчика отсутствуют”.
06.06.2016 подрядчик подал в суд ходатайство об изменении размера исковых требований и взыскании с заказчика договорной неустойки (пени) на сумму 18523373 неденоминированных рубля и процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму 6111305 неденоминированных рублей за период просрочки оплаты выполненных строительных работ с 14.11.2015 по 06.06.2016.
06.06.2016 суд не нашел оснований воспользоваться предоставленным ему частью первой статьи 314 ГК правом и постановил взыскать с заказчика неустойку (пеню) в полном объеме на сумму 18523373 неденоминированных рубля и процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму 5585710 неденоминированных рублей за период просрочки оплаты выполненных строительных работ с 14.11.2015 по 06.06.2016 (сумма процентов была уменьшена на сумму необоснованно насчитанных процентов).
Как видно из ситуации, подрядчик изначально был готов пойти навстречу заказчику, довольствоваться компенсацией инфляционных потерь на сумму основного долга. Однако заказчик, действуя недобросовестно, ссылаясь на заключение экспертов, которое не имел намерение получить, и при этом рассчитывая на значительное уменьшение неустойки в суде, понес большие убытки, чем если бы стороны урегулировали конфликт, например, заключением медиативного соглашения.