Ухудшение финансового состояния субъектов хозяйствования в условиях нестабильности экономики, ужесточения денежно-кредитной и бюджетно-налоговой политики, внешних шоковых воздействий обусловливает рост случаев экономической несостоятельности (банкротства) (далее – банкротство): если в 2007 – 2012 годах количество дел о банкротстве, находящихся в производстве экономических судов, в среднем за месяц сохранялось на уровне около 1,5 тысячи, в 2013 году – 1-м полугодии 2014 года колебалось на уровне около 1,7 – 1,8 тысячи, то в последующем стало увеличиваться и по состоянию на 01.09.2015 достигло 2334 дел <1>.
<1> Справка по делам об экономической несостоятельности (банкротстве), находящимся в производстве экономических судов в период с 01.08.2015 по 01.09.2015 [Электронный ресурс] // Верховный Суд Республики Беларусь. – Минск, 2015. – Режим доступа: http://court.by/online-help/bankr_inf. – Дата доступа: 17.09.2015.
Однако не все банкротства вызваны объективными экономическими причинами. Часто основными факторами, приводящими субъектов хозяйствования к банкротству, являются некачественное управление, неправильные действия или бездействие их исполнительных органов, собственников (участников, учредителей). В ряде случаев совершаются деяния (действия или бездействие), которые являются злонамеренными, приводящими не только к банкротству субъекта хозяйствования, но и к причинению ущерба кредиторам или иным лицам. В целях предотвращения или наказания за совершение деяний такого рода в Уголовном кодексе Республики Беларусь (далее – УК) имеются ст. 238 – 241, которые характеризуют составы преступлений, связанные с неплатежеспособностью должников и ассоциируемые с понятием криминального банкротства <2>.
<2> Правонарушения, влекущие применение административной ответственности, а также действия (бездействие), за которые возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в данной статье не рассматриваются.
Однако практика правоприменения показывает, что указанные статьи почти не работают: за 2001 – 2012 годы по ним осуждено всего 18 человек, в т.ч. за ложное банкротство – 11, сокрытие банкротства – 0, преднамеренное банкротство – 4, препятствование возмещению убытков кредитору – 3; в 2013 – 2014 годах правоохранительными органами выявлено 54 преступления в этой сфере, но только 1 уголовное дело направлено в суд для рассмотрения по существу <3>.
<3> Сведения о числе привлеченных к уголовной ответственности и мерах уголовного наказания: форма 10, часть 1. – Минск: Министерство юстиции Республики Беларусь, 2002 – 2013; данные Департамента финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь.
Поэтому вопросы выявления признаков криминального банкротства и дачи правовой оценки таким деяниям являются актуальными и требуют обсуждения для определения возможностей повышения эффективности противодействия преступлениям в сфере банкротства.
Правовые и организационные аспекты выявления признаков криминальных банкротств.
Как уже отмечалось, уголовный закон выделяет несколько преступлений, связанных с неплатежеспособностью должников: ложное банкротство (ст. 238 УК), сокрытие банкротства (ст. 239 УК), преднамеренное банкротство (ст. 240 УК) и препятствование возмещению убытков кредитору (кредиторам) (ст. 241 УК). Необходимо выделить следующие особенности выявления рассматриваемых преступлений:
- сокрытие банкротства и преднамеренное банкротство (несмотря на свои названия), а также препятствование возмещению убытков кредитору могут быть установлены вне зависимости от того, находится или нет на рассмотрении экономического суда дело о банкротстве должника, в то время как ложное банкротство может иметь место только в случае рассмотрения судом дела о банкротстве должника, возбужденного на основании поданных последним документов;
- сокрытие банкротства, преднамеренное банкротство и препятствование возмещению убытков кредитору могут быть установлены только в случае причинения ущерба в крупном или особо крупном размере, в то время как ложное банкротство может иметь место и при отсутствии ущерба;
- сокрытие банкротства и препятствование возмещению убытков кредитору увязываются с наличием факта неплатежеспособности должника, имеющей или приобретающей устойчивый характер, ложное банкротство – с отсутствием такого факта, преднамеренное банкротство – с наличием факта создания или увеличения неплатежеспособности должника;
- для признания деяний преступлениями необходимо доказать наличие умысла в их совершении, а в случае ложного банкротства, преднамеренного банкротства и препятствования возмещению убытков кредитору – целей, указанных в диспозиции соответствующих статей.
Выявление признаков криминальных банкротств проводится в соответствии с Инструкцией о порядке определения наличия (отсутствия) признаков ложной экономической несостоятельности (банкротства), преднамеренной экономической несостоятельности (банкротства), сокрытия экономической несостоятельности (банкротства) или препятствования возмещения убытков кредитору, а также подготовки экспертных заключений по этим вопросам, утвержденной постановлением Министерства экономики Республики Беларусь от 04.12.2012 N 107 (далее – Инструкция) <4>.
<4> В данной статье подробно не рассматривается. См., к примеру: Смольский, А.П. Выявление признаков криминального банкротства: нормативно-правовое регулирование и проблемы правоприменения / А.П.Смольский // Вестник Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь. – 2013. – N 4. – С. 83 – 91; N 5. – С. 119 – 125.
Инструкция определяет только порядок и отдельные способы проведения исследования по выявлению признаков криминальных банкротств, но не является полноценной методикой, то есть “совокупностью методов, приемов целесообразного проведения какой-либо работы” <5>.
<5> Словарь иностранных слов. – 12-е изд., стер. – М.: Русский язык, 1985. – С. 307.
Несмотря на то что официальная методика выявления признаков криминальных банкротств (как и других исследований по вопросам банкротства) отсутствует, это не может рассматриваться как препятствие для его осуществления. Однако качество такого исследования во многом будет определяться уровнем профессионализма и компетентности аналитика, наличием достаточного опыта выполнения подобных работ, а также объемом и качеством представленной информации.
Сложность выявления признаков криминальных банкротств определяется, прежде всего, сложностью общественного института банкротства, который основан на отношениях должника и кредиторов, но охватывает не только экономические, но и правовые, социальные, организационные, политические и иные аспекты общественной жизни. При проведении исследования, как правило, требуется изучить широкий спектр вопросов деятельности субъекта хозяйствования, затрагивающих бухгалтерский учет, финансы, планирование, организацию, производство, снабжение, сбыт и др., за несколько лет, что требует анализа значительного (иногда такого большого по объему, что сделать это физически нереально) количества документов.
Поэтому возникает необходимость либо сознательно ограничить круг исследуемых документов, расширяя его по мере необходимости (к примеру, как предложено в Инструкции, на основе выявления периодов, в которых произошло существенное ухудшение платежеспособности), либо (и) анализировать документы по тем фактам, которые уже установлены ранее (к примеру, указаны в актах проверок или аудиторских заключениях).
Согласно ст. 42 и 77 Закона Республики Беларусь от 13.07.2012 N 415-З “Об экономической несостоятельности (банкротстве)” (далее – Закон) обязанность по выявлению признаков криминальных банкротств возложена на временных (антикризисных) управляющих. Однако возможности выполнения этой обязанности управляющими представляются весьма ограниченными по следующим причинам:
- управляющие физически не располагают временем, которое необходимо для исследования большого объема материалов и документального обоснования выводов, целенаправленная детальная работа по выявлению признаков криминальных банкротств может привести к увеличению сроков рассмотрения дела и негативно сказаться на вознаграждении управляющего;
- управляющие (многие из которых имеют юридическое, инженерное или иное неэкономическое образование и опыт работы) не всегда обладают достаточными знаниями в области экономики, необходимыми для получения обоснованных выводов.
Антикризисный управляющий – менеджер, а не специалист, и его возможности по выявлению признаков криминальных банкротств, скорее, ограничиваются указанием на сделки, действия или бездействие, которые могут рассматриваться как запрещенные уголовным законом или совершенные с нарушениями иного законодательства. Детальное исследование таких деяний – задача экспертов или сотрудников органов уголовного преследования (к примеру, подразделений по проведению документальных проверок Департамента финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь).
Также необходимо учитывать, что определение величины ущерба не входит в компетенцию управляющего или эксперта, так же как и установление ими факта криминального банкротства. Они могут лишь выявить признаки криминального банкротства, наличие определенных фактов (недостоверность сведений о неплатежеспособности должника, имеющей или приобретающей устойчивый характер; несоответствие действительности сведений о платежеспособности; искажения бухгалтерской отчетности; действия (бездействие), приведшие к созданию или увеличению неплатежеспособности; несоответствие законодательству действий (бездействия); сокрытие, отчуждение, повреждение или уничтожение имущества субъектом, неплатежеспособность которого имеет или приобретает устойчивый характер), но не определить наличие или отсутствие умысла в их совершении и целей, которые при этом преследовались.
Содержание важнее, чем форма.
Практика показывает, что при выявлении признаков криминальных банкротств управляющие часто (эксперты – реже) сосредоточиваются на форме, а не на содержании исследуемых явлений.
В таких случаях исследование ограничивается расчетом и анализом показателей платежеспособности и чистых активов, в случае отсутствия существенности их изменения, которая определена Инструкцией, делается вывод об отсутствии признаков преднамеренного банкротства и препятствования возмещению убытков кредитору. Когда формой (показателями как отражением состояния имущества, капитала и обязательств) подменяется содержание (сделки, действия и бездействие, которые привели к такому состоянию), практически невозможно получить верные выводы.
Одна из основных проблем такого подхода связана с достаточно часто встречающейся недостоверностью данных бухгалтерской отчетности, которые могут не соответствовать данным бухгалтерского учета и (или) реальному положению дел.
Кроме того, даже отсутствие документов отчетности или учета не всегда является препятствием для выявления признаков криминальных банкротств, так как знание экономической науки и законодательства, исследование сделок, действий (бездействия) позволяют определить такие признаки. Факт неплатежеспособности (согласно ст. 1 Закона неплатежеспособность – неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредитора (кредиторов) по платежным обязательствам, а также по обязательствам, вытекающим из трудовых и связанных с ними отношений) может быть подтвержден, к примеру, неисполненными исполнительными документами. Информация, необходимая для выявления признаков криминальных банкротств, может быть получена из документов, имеющихся в налоговых инспекциях, обслуживающих банках, органах статистики, органах государственной регистрации недвижимости и транспортных средств, у основных контрагентов.
В процессе их исследования могут быть выявлены не только искажения в учете и отчетности, но и сделки на заведомо невыгодных условиях, другие деяния, приводящие к неэквивалентному изменению активов и обязательств, к снижению платежеспособности, несоответствие действий (бездействия) законодательству. Круг таких деяний обширен и охватывает операции с приобретением, отчуждением, арендой и списанием имущества, финансированием деятельности и возникновением обязательств, поставками ресурсов, продукции и товаров, формированием себестоимости и цен, начислением и выплатой заработной платы, требованиями совершения определенных действий, которые не были выполнены.
Поэтому концентрация внимания на исследовании показателей платежеспособности и чистых активов (расчет, анализ, определение существенности их изменения) без анализа сделок, совершенных субъектом хозяйствования, неприемлема, так как может привести только к выводу об отсутствии признаков криминальных банкротств и противоречит целям охраны собственности, прав юридических лиц, общественных и государственных интересов, декларируемых уголовным законом.
Также следует отметить, что деяния, выявленные при определении наличия или отсутствия признаков криминальных банкротств, могут быть квалифицированы как преступления против собственности или интересов службы.
Необходимо совершенствовать правовое регулирование и практику борьбы с криминальными банкротствами, для чего целесообразны:
- создание (активизация деятельности) межведомственной группы, координирующей эту работу;
- уточнение квалификации криминальных банкротств в уголовном законодательстве, а также порядка выявления их признаков, разработка соответствующих методик (в т.ч. с учетом опыта России и других стран);
- организация повышения квалификации работников правоохранительных органов и судов, антикризисных управляющих, экспертов по вопросам криминальных банкротств (включение этих вопросов в существующие программы);
- проведение межведомственных мероприятий (конференций, семинаров, совещаний), обеспечивающих обмен опытом в сфере борьбы с криминальным банкротством.