Тактические основы рассмотрения дел об административных правонарушениях. Тактика опросов

Под тактикой опроса понимается система алгоритмов деятельности, осуществляемой в ходе рассмотрения дела компетентным субъектом, направленная на извлечение информации у сведущего лица, приглашенного с этой целью, и производимая по заранее намеченному плану. Тактика опроса предопределена его целью – получением полных и объективных показаний. Опрос представляет собой активное взаимодействие опрашивающего и опрашиваемого, поэтому его успех в максимальной степени зависит от квалификации, умения, опыта опрашивающего, правильно подобранного им темпа речи при общении с опрашиваемым, от применения тактических средств. Тактики опроса различаются на его этапах (в его структуре выделены подготовительный, рабочий и заключительный этапы), выбор тактики зависит от вида и метода допроса. Так, по видам опрос подразделяется на основной, дополнительный и повторный, по методам проведения – на прямой, перекрестный и шахматный.

Тактика опроса имеет различные аспекты: правовой состоит в реализации соответствующих норм Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – ПИКоАП) при производстве опроса (статья 10.10 ПИКоАП); психологический проявляется в процессе специфического общения его участников, на который влияет эмоциональное состояние лица, дающего показания, интеллектуальный уровень его развития, особенности характера, темперамента; нравственный заключается в соблюдении этических норм, норм морали и нравственности; тактический и организационно-технический включают в себя тактические приемы подготовки, осуществления, фиксации и оценки результатов процессуального действия.

Тактика опроса определяется с учетом: процессуального статуса носителя личностной доказательственной и ориентирующей информации (лицо, в отношении которого ведется административный процесс; потерпевший; свидетель; эксперт), его отношения к содеянному, роли в содеянном; заинтересованности или незаинтересованности в объективном исследовании, желания или нежелания активно этому способствовать; степени осведомленности относительно устанавливаемых обстоятельств; социально-демографических, нравственно-психологических, физических, психических и других особенностей носителя информации; обстоятельств и условий восприятия носителем информации предмета опроса.

Предмет опроса по каждому делу об административном правонарушении конкретизируется с учетом обстоятельств данного дела, той своеобразной ситуации, которая складывается (конфликтной и бесконфликтной). Так, при рассмотрении дела часто возникают непредвиденные ситуации, обусловленные изменением ранее данных показаний. Тактика опроса различается в зависимости от того, дает ли лицо последовательные показания или изменило их по сравнению с ранее данными показаниями, что приводит к необходимости детализации показаний, постановки перед опрашиваемым контрольных, уточняющих и напоминающих вопросов, использования перекрестного опроса, сопоставления измененного показания с другими доказательствами, последовательного исследования измененного показания и сопоставления показаний между собой. Устранение последствий изменения показаний требует длительного времени, что может привести к утрате доказательственной информации, нарушению нормального хода процесса. Кроме того, допущенные при проведении, протоколировании (и иных видах фиксации) процессуальных действий неточности, упущения, небрежности нередко оборачиваются процессуальными, тактическими ошибками и могут привести к нарушению законности, что является основой для дальнейшего изменения показаний при рассмотрении дела.

Выбор тактики опроса включает подбор определенных тактических средств. В связи с этим выделяются следующие наиболее часто используемые тактические приемы производства опросов, применимые ко всем (или большинству) участникам и способствующие разоблачению их ложных показаний, а также установлению объективной картины произошедшего: перекрестный и шахматный допрос; подробный и детальный допрос (детализация и уточнение показаний); сопоставление показаний и анализ выявленных противоречий; анализ экспертных заключений. Так, широко употребляемым является тактический прием предоставления участнику процесса возможности изложения показаний в форме свободного рассказа. Такой тактический прием позволяет: судить о личности опрашиваемого; выявить степень осведомленности лица об обстоятельствах дела; получить представление о правдивости даваемых показаний; получить информацию о ранее неизвестных фактах. Тактические особенности свободного рассказа состоят в том, что опрашиваемый излагает известную ему информацию в определенной избранной им последовательности (хронологической, поэпизодальной или иной), при этом нежелательно кому-то прерывать или останавливать свободный рассказ; содержание свободного рассказа от первого лица максимально полно и точно отражается в протоколе. После этого определяются содержание и последовательность постановки вопросов опрашиваемому лицу. При этом вопросы должны быть сформулированы так, чтобы исключить предположительный ответ, а также простое утверждение или отрицание, в связи с чем они могут быть разделены на: дополняющие (с целью восполнить полученные показания и ликвидировать имеющиеся в них пробелы), уточняющие (с целью детализации и конкретизации полученных сведений), напоминающие (способствующие восстановлению забытых обстоятельств дела путем оживления ассоциативных связей с помощью вопросов и предъявления различных объектов), изобличающие (направленные на преодоление мотивов сокрытия и разоблачение ложных показаний), способствующие выяснению и устранению противоречий (сопоставление нескольких разноречивых доказательств), контрольные (для проверки полученных показаний).

Тактические приемы изобличения опрашиваемого во лжи подразделяются на приемы эмоционального воздействия (направлены на побуждение опрашиваемого к чистосердечному признанию: антипатия, фактор внезапности при постановке неожиданных вопросов), логического воздействия (заключаются в предъявлении доказательств, опровергающих показания опрашиваемого или требующих их детализации, которая приведет к противоречиям между ними и показаниями соучастников, и в логическом анализе противоречий в показаниях опрашиваемого и его соучастников) и тактические комбинации (предполагают создание ситуации, рассчитанной на неправильную оценку ее опрашиваемым, при полной его свободе выбора позиции, что объективно приводит к его изобличению).

Тактика опроса лица, в отношении которого ведется административный процесс, должна строиться на том, что специфика содержания объяснения указанного лица по полноте отражения правонарушения, как правило, превосходит содержание других видов доказательств. Согласно статье 6.4 ПИКоАП объяснения лица, в отношении которого ведется административный процесс, включают сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела об административном правонарушении, сообщенные этим лицом при опросе, в том числе при составлении протокола об административном правонарушении, а также при производстве иных процессуальных действий с его участием. Лицо, в отношении которого ведется административный процесс, вправе давать объяснения по поводу административного правонарушения, иных известных ему обстоятельств, имеющих значение для дела, и имеющихся в деле доказательств. В то же время в объяснении лица, в отношении которого ведется административный процесс, могут присутствовать не только сведения о фактах и обстоятельствах, подлежащих доказыванию, но и его мнения и предположения, которые являются неотъемлемой частью его объяснений и подлежат обязательной проверке. Способами проверки объяснений лица, в отношении которого ведется административный процесс, применяемыми на практике, выступают анализ и синтез их содержания, сопоставление с имеющимися в деле об административном правонарушении доказательствами, собирание новых доказательств. Оценка объяснений лица, в отношении которого ведется административный процесс, должна производиться в совокупности со всеми собранными и проверенными доказательствами по делу об административном правонарушении.

Тактика опроса потерпевшего должна строиться на том, что содержание объяснений потерпевшего, в частности характер и объем сведений об административном правонарушении, обладает некоторыми особенностями. Согласно статье 6.5 ПИКоАП объяснения потерпевшего включают сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела об административном правонарушении, сообщенные потерпевшим при его опросе, а также при производстве иных процессуальных действий с его участием. В то же время они чаще всего связаны с обстоятельствами противоправного посягательства (местом, временем, способом совершения правонарушения, лицом, его совершившим, насильственными действиями в отношении потерпевшего и т.д.), которые могут быть известны только потерпевшему и лицу, совершившему административное правонарушение (например, когда противоправное посягательство осуществлялось в отсутствие других лиц). В то же время потерпевший является одним из лично заинтересованных в исходе дела субъектов административного процесса. Это может сказаться на достоверности исходящих от него объяснений. На их содержание негативное влияние могут оказывать факторы, обусловленные характером совершенного в отношении его противоправного посягательства, например состояние возбуждения, испуга, подавленности и т.п. Указанные обстоятельства необходимо учитывать в процессе собирания, проверки и оценки объяснений потерпевшего. Основным средством фиксации объяснений потерпевшего ПИКоАП признает протокол. Другие средства фиксации объяснений носят факультативный характер и при отсутствии протокола опроса не имеют процессуального значения.

Тактика опроса свидетеля должна строиться на том, что содержание объяснений свидетеля с точки зрения характера и объема содержащихся в них сведений о правонарушении характеризуется тем, что они относятся к противоправным действиям других лиц и по объему ограничены возможностями восприятия органов чувств человека. Так, согласно статье 6.6 ПИКоАП объяснения свидетеля включают сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела об административном правонарушении, сообщенные свидетелем при его опросе, а также при производстве иных процессуальных действий с его участием. Свидетель может быть опрошен о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу об административном правонарушении, а также о своих взаимоотношениях с лицом, в отношении которого ведется административный процесс, потерпевшим, другими свидетелями. В то же время объяснение свидетеля – это сообщение о фактах, которые были лично восприняты свидетелем или стали известны ему от других лиц, в том числе сведения о личности лица, в отношении которого ведется административный процесс, потерпевшего. Таким образом, не являются доказательством относящиеся к делу об административном правонарушении сведения, сообщенные свидетелем, в случаях, когда он не может указать источник своей осведомленности. Не имеют доказательственного значения объяснения свидетеля, не отражающие время (хотя бы примерно), место, другие обстоятельства события, о котором идет речь. При этом поведение свидетеля при опросе может выражаться в следующем: он обладает необходимой информацией, свободно и объективно, без принуждения и уточняющих вопросов передает эту информацию; он обладает необходимой информацией, свободно и объективно излагает ее, но из-за различных дефектов, препятствующих правильному восприятию, информация может быть искажена; он обладает необходимой информацией, но в силу каких-либо причин умышленно скрывает или искажает ее; он не обладает необходимой информацией, но опрашивающее лицо и иные участники административного процесса ошибочно полагают, что свидетель умышленно скрывает ее. В связи с этим для тактического обеспечения опроса свидетеля могут быть полезными следующие рекомендации: не следует спрашивать свидетеля об очевидных или бесспорно установленных фактах, о фактах, не имеющих отношения к делу; задавая вопрос, необходимо избегать сложных научных и профессиональных терминов, иносказательных выражений и др., которые могут быть непонятны свидетелю, вызвать у него раздражение, неприязнь; формулировка вопроса и его смысл должны учитывать уровень знаний и личный профессиональный и жизненный опыт опрашиваемого в затронутой вопросом сфере.

Тактика опроса перечисленных выше лиц предполагает их первоначальный свободный рассказ обо всем известном по делу с последующими ответами на поставленные вопросы. При этом вызванные по одному и тому же делу свидетели и потерпевшие должны опрашиваться таким образом, чтобы они не имели возможности общаться между собой. Опрос по существу дела начинается с предложения опрашиваемому рассказать все известное об обстоятельствах, в связи с которыми проводится опрос, после чего ему могут быть заданы вопросы. Опрашиваемое лицо с целью уточнения обстоятельств, в связи с которыми производится опрос, вправе пользоваться документами и записями. В ходе опроса могут быть проведены фотографирование, аудио- или видеозапись, киносъемка. По окончании опроса протокол опроса предъявляется для прочтения опрашиваемому или по его просьбе зачитывается лицом, осуществлявшим опрос. Физическое лицо, в отношении которого ведется административный процесс, потерпевший – физическое лицо, свидетель имеют право требовать дополнения объяснения и внесения в него поправок. Эти дополнения и поправки подлежат обязательному занесению в протокол опроса. По прочтении протокола опроса опрашиваемый удостоверяет, что объяснение записано правильно, о чем делается отметка в протоколе перед его подписью. Также перед подписью отмечается, прочитан ли протокол опроса лично, или он был зачитан. Если протокол опроса записан на нескольких страницах, подписывается каждая страница. По окончании опроса по просьбе опрашиваемого лица ему должна быть предоставлена возможность написать объяснение собственноручно, о чем делается отметка в протоколе опроса перед подписью опрашиваемого. Объяснение также подписывается лицом, осуществлявшим опрос. В случае участия в опросе переводчика, специалиста протокол объяснения подписывается и ими.

Тактика опроса эксперта направлена на сообщение общих положений из какой-либо отрасли знания, устранение терминологических или стилистических неясностей, дополнительную аргументацию выводов, установление новых конкретных обстоятельств дела. При этом особенности тактики опроса эксперта заключаются прежде всего в том, что он начинается не со свободного рассказа, а с постановки лицу конкретных вопросов. В связи с этим поставленные вопросы должны касаться объектов, исследованных экспертом в пределах вопросов, которые им разрешались и нашли отражение в выводах. Эксперту в ходе опроса могут быть заданы вопросы, касающиеся обоснованности научных положений проведенного им исследования, правомерности применения конкретной методики и т.п. Различие между опросом эксперта и разъяснением им заключения заключается в следующем. При опросе эксперт дает ответ на каждый поставленный вопрос, сформулированный независимо от его собственного желания. Разъяснение заключения эксперт осуществляет по собственной инициативе и по личному сценарию, акцентируясь на тех тезисах и положениях, которые по его усмотрению могут вызвать сложность в их восприятии или интерпретации судом.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Дулов, А.В. Тактические операции при расследовании преступлений / А.В.Дулов. – Минск: Изд-во БГУ, 1979. – 128 с.

2. Шиканов, В.И. Теоретические основы тактических операций в расследовании преступлений / В.И.Шиканов. – Иркутск: Изд-во Ирк. ГУ, 1983. – 200 с.

3. Волчецкая, Т.С. Криминалистическая ситуалогия: дис. … д-ра юрид. наук / Т.С.Волчецкая. – М., 1997. – 395 с.

4. Марочкин, Н.А. Теоретические проблемы тактических операций в криминалистике: учеб. пособие / Н.А.Марочкин. – Саратов: Изд-во СГАП, 1999. – 29 с.

5. Якушин, С.Ю. Тактические средства расследования преступлений: вопросы теории и практики / С.Ю.Якушин. – Казань, 2002. – 120 с.

6. Ландау, И.Л. Ситуационный подход в технико-криминалистическом обеспечении предварительного расследования и судебного следствия: автореф. дис. … канд. юрид. наук / И.Л.Ландау. – Калининград, 2002. – 20 с.

7. Румянцева, И.В. Ситуационный подход в судебном следствии суда первой инстанции: автореф. дис. … канд. юрид. наук / И.В.Румянцева. – Калининград, 2004. – 20 с.