Недавние реформы в области судоустройства и организации исполнительного производства привели к некоторой унификации регулирования в Налоговом кодексе Республики Беларусь (далее – НК) вопросов взимания госпошлины по гражданским и экономическим делам.
Соответствующие изменения в НК были внесены законами Республики Беларусь от 31 декабря 2013 года N 96-З (далее – Закон N 96-З), от 30 декабря 2014 года N 224-З (далее – Закон N 224-З) и от 30 декабря 2015 года N 343-З (далее – Закон N 343-З). Вместе с тем унификация была осуществлена далеко не по всем вопросам, которые этого требовали, а в той части, в которой ее удалось достичь, не была подкреплена необходимыми изменениями в иных актах законодательства.
Ставки государственной пошлины
К сожалению, названные выше законы не унифицировали подходы к определению ставок госпошлины по гражданским и по экономическим делам. В настоящее время эти подходы в ряде случаев кардинальным образом различаются, что очень ярко видно на примере исковых дел (п. 1 приложения 14, п. 1 приложения 15, п. 1 приложения 16 к НК) и дел приказного производства (п. 8 приложения 14, п. 4 приложения 16 к НК).
Данное положение вещей противоречит здравому смыслу: гражданский и хозяйственный процессы не могут иметь столь существенных расхождений по таким вопросам. Нарушает оно и норму ст. 22 Конституции Республики Беларусь о равенстве всех перед законом. Наконец, подобное регулирование игнорирует решение Конституционного Суда Республики Беларусь от 24 июня 1999 г. N Р-84/99 “О совершенствовании законодательства о государственной пошлине”, которым была признана необходимость регламентации ставок госпошлины в гражданском процессе по аналогии с тем, как это имеет место в хозяйственном судопроизводстве.
Государственная пошлина по спорам о недействительности сделок
Закон N 96-З, исключив из НК ст. 254, перенес ряд ее положений в ст. 252 НК, которая теперь, после изложения ее Законом N 96-З в новой редакции, содержит общие и для гражданского, и для хозяйственного судопроизводства правила исчисления и уплаты госпошлины.
Так, из абзаца шестнадцатого п. 1 ст. 254 НК в абзац тридцать второй п. 1 ст. 252 НК “перекочевало” правило о том, что в случае подачи искового заявления о признании сделки недействительной (установлении факта ничтожности сделки) и применении последствий ее недействительности, госпошлина должна уплачиваться отдельно за каждое требование, причем за последнее из них она подлежит уплате в зависимости от характера соответствующих последствий. Тем не менее, хоть это правило теперь и имеет общий характер, его реализация в гражданском и хозяйственном процессах может иметь существенные отличия.
Во-первых, из абзаца тридцать второго п. 1 ст. 252 НК следует, что требования об установлении факта ничтожности сделки и о применении последствий ее недействительности являются самостоятельными со всеми вытекающими отсюда последствиями – каждое из них подлежит оплате госпошлиной, может быть предметом отдельного судебного дела и пр. Такого подхода придерживается и практика хозяйственного процесса (см. п. 8 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 28 октября 2005 г. N 26 “О некоторых вопросах применения хозяйственными судами законодательства, регулирующего недействительность сделок”).
Однако в гражданском судопроизводстве установление факта ничтожности сделки и применение последствий ее недействительности всегда рассматривалось как одно неделимое требование (см. п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 2 июня 2011 г. N 1 “О практике взыскания судебных расходов по гражданским делам и процессуальных издержек по уголовным делам” (далее – постановление N 1)).
Во-вторых, норма абзаца тридцать второго п. 1 ст. 252 НК не предрешает вопрос о характере указанных в ней требований (являются они имущественными или же нет) и соответственно о действующих в отношении их ставках госпошлины. В хозяйственном судопроизводстве требования о недействительности сделок однозначно квалифицируются как неимущественные притязания (п. 3 приложения 16 к НК), а требования о применении последствий недействительности сделок – в зависимости от характера данных последствий (как это предусматривал ранее абзац шестнадцатый п. 1 ст. 254 НК и предписывает сейчас абзац тридцать второй п. 1 ст. 252 НК).
В гражданском же процессе за притязаниями и первого, и второго рода традиционно признавался только имущественный характер (см. п. 8 части первой ст. 120 ГПК, п. 14, 15 постановления N 1).
Правда, Законом N 343-З приложение 14 к НК было дополнено новым п. 6-1, согласно которому за рассмотрение в гражданском процессе требования о признании сделки недействительной (установлении факта ее ничтожности) подлежит уплате госпошлина по ставке в 5 базовых величин. Отсюда следует, что за названным требованием теперь признается неимущественный характер и что оно, по-видимому, может быть заявлено отдельно от требования о применении последствий недействительности сделки. Тем не менее, окончательно проблема не решена, т.к. соответствующие изменения не были внесены в ст. 120 ГПК и постановление N 1.
Государственная пошлина и отказ от иска
Законом N 96-З действовавшее ранее только в хозяйственном процессе правило о том, что госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден при предъявлении иска, подлежит взысканию с него в случае проигрыша им дела (см. абзац восемнадцатый п. 1 ст. 254 НК, часть пятую ст. 133 ХПК), было распространено и на гражданское судопроизводство – абзац тридцать третий п. 1 ст. 252 НК.
Такое решение законодателя в целом следует признать верным: если истец оказался в споре неправ, то нет оснований не возмещать государству расходы, которое оно понесло в связи с освобождением такого истца от уплаты госпошлины на этапе возбуждения дела. При этом нужно иметь в виду, что сумма в возмещение госпошлины не подлежит взысканию с истца, освобожденного от уплаты госпошлины “по судебным делам” (см. п. 12 ст. 257 НК). Чтобы акцентировать внимание правоприменителей на последнем моменте, Законом N 343-З в абзац тридцать третий п. 1 ст. 252 НК была включена ссылка на п. 12 ст. 257 НК.
Вместе с тем в гражданском процессе реализация правила абзаца тридцать третьего п. 1 ст. 252 НК может быть сопряжена с рядом затруднений: в ГПК, в отличие от ХПК, нет нормы, аналогичной абзацу тридцать третьему п. 1 ст. 252 НК, а п. 8 постановления N 1 содержит разъяснение прямо противоположного характера: если лицо освобождено от уплаты госпошлины при предъявлении исковых требований, то при отказе в их удовлетворении госпошлина взысканию с него не подлежит.
Государственная пошлина по жалобам на действия судебных исполнителей
Законом N 224-З приложение 14 к НК было дополнено ставкой госпошлины за рассмотрение судами жалоб на постановления, действия (бездействие) судебных исполнителей (см. подп. 2.3 п. 2), при этом не было конкретизировано, имеет эта ставка отношение к исполнительному производству в целом или же только к исполнительному производству по гражданским делам. Лишь исходя из общего контекста приложения 14 к НК, а также содержания ст. 479 ГПК и ст. 353 ХПК, можно сделать вывод, что законодатель имел в виду именно второй вариант регулирования.
Возник вопрос и о том, предусмотрена ли аналогичная ставка госпошлины для исполнительного производства по экономическим делам. Изначально прямые предписания на этот счет в приложении 16 к НК отсутствовали. Примечание (введено Законом N 96-З) к п. 2 приложения 16 к НК говорило лишь, что предусмотренные им ставки госпошлины распространяются на любые дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений неимущественного характера. Однако можно ли к таким делам относить дела по жалобам на действия судебных исполнителей, из содержания ХПК, в том числе его ст. 42 и ст. 353, оставалось неясным (хотя, например, судьями данный вопрос всегда решался положительным образом). Эту неясность устранил только Закон N 343-З, благодаря которому в п. 2 приложения 16 к НК появилось непосредственное указание на соответствующие жалобы.
В целом, введение госпошлины за рассмотрение названных жалоб не способствует защите интересов участников исполнительного производства, тем более что по каждому исполнительному производству судебными исполнителями совершается (выносится) немалое число процессуальных действий (постановлений). Кроме того, ставки этой госпошлины в гражданском и хозяйственном процессах не должны различаться столь кардинальным образом, как это предусмотрено сейчас подп. 2.3 п. 2 приложения 14 и п. 2 приложения 16 к НК.
Государственная пошлина в органах принудительного исполнения
Закон N 224-З включил в НК новое приложение 16-1 “Ставки государственной пошлины при обращении в органы принудительного исполнения”. Заметим, что ставка госпошлины за предоставление сведений об исполнительных производствах, возбужденных в отношении должников, достаточно высока (3 базовые величины) и явно непропорциональна тем затратам, которые возникают у органов принудительного исполнения в связи с совершением указанных действий.
Правда, Закон N 224-З дополнил ст. 257 НК новым п. 1-1, предусматривавшим освобождение взыскателей от госпошлины при предоставлении им сведений о некоторых исполнительных производствах (о взыскании алиментов и др.). Однако целесообразность такого правила вызвала сомнения.
Ведь если в п. 1-1 ст. 257 НК имелись в виду взыскатели именно по тем видам исполнительных производств, что перечислены в данной норме, то п. 1-1 ст. 257 НК тогда совершенно излишен: ознакомление с любыми материалами “своего” исполнительного производства согласно части первой ст. 56 ГПК, части второй ст. 345 ХПК является безусловным правом взыскателей, и его реализация не может быть поставлена в зависимость от уплаты госпошлины. Если же п. 1-1 ст. 257 НК подразумевал взыскателей по иным видам исполнительных производств, то предоставление льгот по госпошлине в данном случае становилось еще более непонятным.
Закон N 343-З изложил п. 1-1 ст. 257 НК в новой редакции, однако осмысленности в регулировании соответствующего вопроса не прибавил: теперь эта норма однозначно воплощает в своем содержании первый из предложенных выше вариантов толкования ее первоначальной редакции, т.е. говорит об освобождении от госпошлины взыскателей именно по исполнительным производствам о взыскании алиментов и др.
Адекватная реализация приложения 16-1 к НК требует также внесения некоторых корректировок в ГПК и ХПК. Так, ХПК, в отличие от ГПК, не предусматривает объединения исполнительных производств, возбужденных в отношении одного и того же должника, в сводное исполнительное производство (с которым могли бы знакомиться все “объединенные” взыскатели). Вследствие этого взыскатели, чтобы узнать о наличии в отношении “своего” должника “чужих” исполнительных производств и оценить свои перспективы на получение реального исполнения, всякий раз вынуждены уплачивать немаленькую денежную сумму. В этой связи ХПК было бы целесообразно дополнить нормами, аналогичными содержащимся в частях первой – третьей ст. 533 ГПК.
В свою очередь в ГПК имеет смысл заимствовать положения ст. 407 ХПК, поскольку отсутствие подобных правил делает фактически невозможным получение заинтересованными лицами (например, потенциальными контрагентами) сведений об исполнительных производствах по гражданским делам даже при условии уплаты ими госпошлины в соответствии с п. 3 приложения 16-1 к НК.
<1> Статья публикуется в авторской редакции.