Является ли протокол личного обыска законным источником доказательств в административном процессе?

Да, является.
Несмотря на то что личный обыск задержанного лица достаточно распространен в практике органов, ведущих административный процесс, порядок оценки его результатов вызывает некоторые сложности с точки зрения буквы закона.
Так, ч. 2 ст. 6.3 Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – ПИКоАП) к источникам доказательств относит: объяснения лица, в отношении которого ведется административный процесс, потерпевшего, свидетеля, заключение эксперта, вещественное доказательство, протокол об административном правонарушении, протокол процессуального действия, документ и другой носитель информации, полученные в порядке, установленном данным нормативным правовым актом и иными законодательными актами.
В части 2 ст. 8.6 ПИКоАП идет речь о том, что о личном обыске задержанного составляется протокол либо делается соответствующая запись в протоколе об административном правонарушении или в протоколе административного задержания физического лица. О протоколе административного задержания физического лица и протоколе об административном правонарушении в качестве источника доказательств имеется указание в рассмотренной выше норме.
Протокол такой меры обеспечения административного процесса, как личный обыск задержанного, в источники доказательств не включен. Но это не является упущением или ошибкой законодателя. Если изучить содержание некоторых иных норм ПИКоАП, то вопрос о формальном признании протокола личного обыска источником доказательств (не имеется в виду его оценка на предмет относимости, допустимости и др.) становится очевидным.
Итак, протокол процессуального действия признается законным источником доказательств. В соответствии со ст. 6.10 ПИКоАП протоколом процессуального действия является документ, составленный должностным лицом органа, ведущего административный процесс, в порядке, установленном ПИКоАП, удостоверяющий обстоятельства и факты, установленные при осмотре, освидетельствовании, административном задержании физического лица, изъятии вещей и документов, а также составленные в установленном порядке протокол опроса, протокол судебного заседания или протокол заседания коллегиального органа.
Статья же 8.9 ПИКоАП в ч. 1 закрепляет норму, согласно которой изъятием является обнаружение при административном задержании физического лица, личном обыске, осмотре или в других случаях при осуществлении служебных полномочий документов, имеющих значение для принятия решения по делу об административном правонарушении, орудий или средств совершения административного правонарушения; вещей, изъятых из оборота; имущества или доходов, полученных вследствие совершения административного правонарушения, а также предметов административного правонарушения, за совершение которого предусмотрена их конфискация. То есть изъятие вещей и документов является не только самостоятельным процессуальным действием, но и одним из элементов других процессуальных действий.
Таким образом, изъятие вещей и документов как мера обеспечения административного процесса определяется в качестве основного содержания личного обыска задержанного. Именно поэтому протокол личного обыска задержанного следует оценивать в качестве такого источника доказательств, как протокол процессуального действия.