Название документа: Решение экономического суда Брестской области от 17.03.2015 (дело N 14-13/2015)
Обстоятельства: Поскольку в договоре уступки права требования не был определен размер существующей задолженности по договору комиссии, не указан срок погашения задолженности, экономический суд пришел к выводу о том, что договор является незаключенным и отказал в иске о взыскании основного долга, пени и процентов
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
17.03.2015 Дело N 14-13/2015
Г. Брест
Экономический суд Брестской области, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску закрытого акционерного общества “И” (далее – ЗАО “И”) г. М. к совместному обществу с ограниченной ответственностью “А” (далее – СООО “А”) Брестской обл. г. Б., третье лицо – ООО “Э” (Брестская обл., П. р-н, д. Л., ул. П.), о взыскании 331 370 122 рублей, с участием представителей истца, ответчика (в т. ч. директора), третьего лица (в т. ч. директора П.)
Установил:
Истец (ЗАО “И” г. М.) предъявил иск к СООО “А” Брестской обл. г. Б., третье лицо – ООО “Э” (Брестская обл., П. р-н, д. Л., ул. П.), о взыскании 331 370 122 рублей.
В судебном заседании истец заявил об увеличении исковых требований и просил взыскать 41 014 522 рубля основного долга, 190 340 260 рублей – пени, 129 939 514 рублей – процентов за пользование чужими денежными средствами и всего – 361 294 296 рублей.
В силу ст. 63 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ХПК) суд принимает уточнение исковых требований.
В судебном заседании представитель ответчика представил дополнительное соглашение к договору поставки от 16.04.2014.
Истец заявил ходатайство вызвать в суд руководителей ответчика и третьего лица для пояснений в отношении даты написания данного дополнительного соглашения. Более того, истец просил заседание после перерыва проводить с использованием ВКС.
Суд ходатайство удовлетворил, обязал явиться в суд руководителей ответчика и третьего лица.
Объявлен перерыв до 15 ч 00 мин 10.03.2015 посредством ВКС через экономический суд г. Минска.
После перерыва представители ответчика и третьего лица (директор) пояснили порядок подписания данного спорного дополнительного соглашения к договору поставки.
Истец заявил об изменении правового основания заявленных требований со ссылкой на ст. ст. 167, 169, 290, 291, 293, 311, 353, 355, 366, 476, 486, 880, 883 Гражданского Кодекса Республики Беларусь (далее – ГК).
Суд не принял изменение правового основания, т. к. оно не оформлено в письменном виде в соответствии со ст. 63 ХПК.
Истец заявил ходатайство об объявлении перерыва до 16 ч 30 мин 17.03.2015 для письменного оформления изменения правовых оснований.
Стороны не возражали, суд определил ходатайство удовлетворить, объявить перерыв до 17.03.2015.
После перерыва истец изменил правовые основания заявленных требований со ссылкой на ст. ст. 167, 169, 290, 291, 293, 311, 353, 355, 366, 476, 486, 880, 883 ГК. Более того, истец просил увеличить исковые требования в части взыскания пени до 199 428 753 рублей и уменьшить в части взыскания процентов до 110 485 760 рублей в связи с неверно примененной ставкой.
Суд определил принять изменение правового основания заявленных требований. Принял уменьшение в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, в части взыскания пени увеличение требований не принял в связи с отсутствием доказательств уплаты государственной пошлины.
Таким образом, рассматриваются требования о взыскании 41 014 522 рублей основного долга, 190 340 260 рублей – пени, 110 485 760 рублей – процентов за пользование чужими денежными средствами.
Истец в судебном заседании исковые требования поддержал и указал, что согласно договору комиссии от 09.04.2014, заключенному между истцом и ООО “Э”, последний, действуя в статусе комиссионера, обязался за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет истца (комитента).
Во исполнение данного договора ООО “Э” заключило с ответчиком договор поставки от 16.04.2014, во исполнение которого поставщик – ООО “Э” отгрузил, а покупатель – СООО “А” принял продукцию на общую сумму 6 103 044 052 рубля, что подтверждается следующими отгрузочными документами: ТН от 05.05.2014 – 512 029 530 рублей, ТН от 14.07.2014 – 290 584 861 рубль, ТН от 29.05.2014 – 509 023 709 рублей, ТН от 15.07.2014 – 278 896 009 рублей, ТН от 03.06.2014 – 525 252 815 рублей, ТН от 28.07.2014 – 281 701 333 рубля, ТН от 10.06.2014 – 528 542 498 рублей, ТН от 05.08.2014 – 281 420 387 рублей, ТН от 25.06.2014 – 547 403 351 рубль, ТН от 14.08.2014 – 264 035 344 рубля, ТН от 26.06.2014 – 493 452 540 рублей, ТН от 25.08.2014 – 293 988 370 рублей, ТН от 30.06.2014 – 496 084 286 рублей, ТН от 01.09.2014 – 298 184 677 рублей, ТН от 02.07.2014 – 502 444 342 рубля.
19.11.2014 между истцом и третьим лицом в соответствии со ст. 353 ГК был заключен договор уступки права требования от 19.11.2014, в соответствии с которым ООО “Э” (первоначальный кредитор) передало истцу (новому кредитору) право требования к ответчику, вытекающее из договора поставки от 16.04.2014, в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в том числе права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе права на пеню и на неуплаченные проценты со стороны покупателя (должника).
На момент подписания (19.11.2014) со стороны нового кредитора договора уступки права требования от 19.11.2014 объем передаваемого права в части основного долга составлял 241 014 522 рубля. Вплоть до 25.11.2014 первоначальный кредитор уклонялся от выполнения обязанностей, предусмотренных ч. 2 ст. 883 ГК, а именно уклонялся от требования истца (комитента) передать последнему права и документы по сделке, заключенной во исполнение договора комиссии от 09.04.2014 и удостоверенной договором поставки от 16.04.2014. Первоначальный кредитор передал договор уступки права требования от 19.11.2014 новому кредитору лишь 25.11.2014.
Поскольку первоначальный кредитор уклонялся и от исполнения обязанности по уведомлению должника о состоявшейся уступке права требования, то новый кредитор, руководствуясь ст. 353 ГК, был вынужден самостоятельно уведомить должника о необходимости исполнить обязательство новому кредитору заказным письмом (от 25.11.2014) с требованием уплатить долг в размере 241 014 522 рубля до 01.12.2014. Данное уведомление получено должникам 27.11.2014.
Первоначальный кредитор уведомил 28.11.2014.
27.11.2014 новому кредитору – ЗАО “И” стало известно, что должник до получения уведомления о состоявшейся уступке требования сделал два платежа в адрес первоначального кредитора – ООО “Э”: 19.11.2014 – на сумму 100 000 000 рублей, 26.11.2014 – на сумму 100 000 000 рублей.
Поскольку должник на дату совершения платежей еще не был уведомлен о состоявшейся уступке требования, указанные платежи в силу п. 3 ст. 353 ГК признаются исполнением надлежащему кредитору.
Указанное обстоятельство повлекло внесение изменений в договор уступки права требования в части размера суммы основного долга, который составил 41 014 522 рубля, и между первоначальным кредитором (третьим лицом) и новым кредитором (истцом) было подписано дополнительное соглашение к договору уступки права требования от 19.11.2014.
Таким образом, задолженность должника перед новым кредитором на дату получения должником уведомления (27.11.2014) фактически составила 41 014 522 рубля основного долга.
По настоящее время (11.03.2015) должник основной долг в размере 41 014 522 рубля надлежащему новому кредитору не уплатил.
Истец неоднократно обращался к ответчику с требованием о погашении задолженности (письма от 25.11.2014, 05.12.2014, 14.01.2015, телефонные звонки), однако сумма задолженности за поставленную продукцию в размере 41 014 522 белорусских рубля не оплачена ответчиком до настоящего времени.
Кроме того, между ответчиком и третьим лицом имеется дополнительное соглашение от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014 о том, что “ни одна из Сторон не вправе передавать свои права и обязанности по настоящему договору третьей Стороне без письменного согласия другой Стороны”. О наличии указанного дополнительного соглашения истец не был уведомлен ни третьим лицом в момент подписания договора уступки права требования, ни позднее ответчиком, так как ответчик оставил без ответа направленные в его адрес претензии и не дал письменного ответа на направленное в его адрес уведомление о состоявшейся уступке права требования.
Истец считает, что указанное дополнительное соглашение от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014 в части условия, ограничивающего права кредитора на уступку права требования, ничтожно, так как указанное дополнительное соглашение в этой части не соответствует законодательству и законодательство не устанавливает, что такая сделка оспорима (п. 3 ст. 883, ст. 169 ГК).
Таким образом, истец считает, что дополнительное соглашение от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014 не порождает для сторон никаких правовых последствий и не оказывает юридического воздействия на заключенный между первоначальным кредитором и новым кредитором договор уступки права требования от 19.11.2014.
Согласно подп. 5.3 договора поставки от 16.04.2014 за просрочку оплаты поставленной продукции покупатель уплачивает пеню в размере 0,1 % стоимости неоплаченного товара за каждый день просрочки.
Подпункт 2.5 договора поставки от 16.04.2014 предусматривает отсрочку оплаты 15 дней с даты отгрузки за каждую партию, иные сроки оплаты указаны в спецификациях, что отражено в уточненном расчете пени и процентов за пользование чужими денежными средствами. Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами.
В судебном заседании истец подтвердил, что договор уступки права требования от 19.11.2014 был подписан истцом 19.11.2014, а третьим лицом – 25.11.2014.
С учетом всего вышеизложенного и принимая во внимание, что ответчик не исполнил обязательство по договору поставки надлежащему кредитору, а также с учетом того, что в период исполнения договора поставки от 16.04.2014 ответчик исполнял обязательства не в соответствии с условиями договора, допуская просрочку по оплате полученной продукции, а также то, что третьим лицом новому кредитору передано не только право на получение основного долга, но и право на взыскание с ответчика (должника) штрафных санкций, руководствуясь ст. ст. 167, 169, 290, 291, 293, 311, 353, 355, 366, 476, 486, 880, 883 ГК, истец просит удовлетворить заявленные требования.
Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал и указал, что согласно акту сверки, подписанному между СООО “А” и ООО “Э”, расчеты за поставленный товар были произведены полностью на сумму 6 162 565 542 рубля в период с 08.05.2014 по 01.12.2014.
Ответчик указал, что между СООО “А” и ООО “Э” было заключено 18.04.2014 дополнительное соглашение к договору поставки от 16.04.2014. Согласно п. 1 вышеуказанного дополнительного соглашения “ни одна из Сторон не в праве передавать свои права и обязанности по настоящему Договору третьей Стороне без письменного согласия другой Стороны”. Ответчик считает, что согласно п. 2 ст. 353 ГК для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника, если иное не предусмотрено законодательством или договором. Следовательно, свое согласие СООО “А” на передачу – уступку права требования ни устно, ни письменно ООО “Э” не давало.
В связи с вышеизложенным и на основании ст. 353 ГК просит экономический суд Брестской области в иске отказать.
Более того, ответчик указал, что не обязан был письменно давать ответ истцу на направленное в его адрес уведомление о состоявшейся уступке права требования, а тем более сообщать ему о том, что между ООО “Э” и СООО “А” было заключено дополнительное соглашение от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014.
Согласно подп. 2.3.2 договора уступки права требования от 19.11.2014 в течение 5 дней с даты заключения настоящего договора первоначальный кредитор обязан передать новому кредитору документы, удостоверяющие право требования к должнику. Передача документов оформляется двусторонним актом, подписываемым первоначальным кредитором и новым кредитором и являющимся неотъемлемой частью настоящего договора. Как видно из условий договора уступки права требования от 19.11.2014, эта обязанность была возложена на первоначального кредитора.
Далее, согласно представленному истцом акту передача документов была произведена 25.11.2014. Таким образом, ответчик предполагает, что данный договор мог быть заключен именно 25.11.2014, а не 14.11.2014, как указанно в подп. 4.1 договора.
Так, 05.12.2014 истец направил по факсу ответчику предсудебное уведомление (претензию) на сумму 241 014 522 рубля, затем оригинал направил по почте.
В ответ по факсу ответчик направил истцу уведомление о том, что задолженности перед ООО “Э” по состоянию на 05.12.2014 не имеет, так как платежными поручениями от 19.11.2014 на сумму 100 000 000 рублей, от 26.11.2014 на сумму 100 000 000 рублей и от 01.12.2014 на сумму 41 014 522 рубля перечислил на расчетный счет ООО “Э” всего денежных средств на сумму 241 014 522 рубля.
Таким образом, ответчик считает, что СООО “А” полностью выполнило свои договорные обязательства перед ООО “Э” по договору поставки от 16.04.2014, оплатило весь поставленный товар.
Согласно подп. 2.4 договора уступки права требования от 19.11.2014 в случае исполнения обязательств должником первоначальному кредитору после заключения настоящего договора первоначальный кредитор обязуется в течение 3 дней передать исполненные должником обязательства новому кредитору.
В связи с чем директор третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, пояснил, что он информировал ЗАО “И” о том, что 01.12.2014 на расчетный счет ООО “Э” поступило 41 014 522 рубля от СООО “А” и по условиям (подп. 2.4) договора уступки права требования от 19.11.2014 он намеревается перечислить данную сумму на счет истца.
Однако в свою очередь истец по факсу 02.12.2014 потребовал от третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, в случае поступления после 19.11.2014 в адрес ООО “Э” сумм от контрагентов (в том числе СООО “А”) возвращать поступившие суммы обратно плательщикам и информировать их о необходимости погашать задолженность в адрес ЗАО “И”.
Таким образом, ответчик считает, что истец был уведомлен третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований, и ответчиком 05.12.2014 по факсу о том, что был произведен полный расчет с ООО “Э” по договору поставки от 16.04.2014.
Однако истец 30.12.2014 по почте направил в адрес ответчика предсудебное уведомление (претензию) на сумму 41 014 522 рубля, в котором указал, что с учетом двух оплат в адрес ООО “Э” 19.11.2014 и 26.11.2014 на общую сумму 200 000 000 рублей, с учетом договора уступки права требования от 19.11.2014 основной долг СООО “А” перед ЗАО “И” по договору поставки от 16.04.2014 на 27.11.2014 составляет 41 014 522 рубля.
Директор ответчика также подтвердил, что он в апреле 2014 года подписывал дополнительное соглашение от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014.
Он также пояснил, что в случае неподписания данного соглашения сторонами СООО “А” отказалось бы от покупки товара у ООО “Э”. Поскольку в 2014 году еще с 4 – 5 поставщиками были заключены договоры на поставку такого же товара (битума), тогда бы пришлось увеличить объем покупки битума у других поставщиков.
Таким образом, ответчик считает, что СООО “А” правомерно перечислило 01.12.2014 на расчетный счет ООО “Э” сумму долга – 41 014 522 рубля, тем самым выполнило свои обязательства по договору поставки от 16.04.2014 и просило отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований.
Третье лицо пояснило, что подготовку договора уступки права требования взяло на себя ЗАО “И”. Все существенные пункты договора были предложены ЗАО “И”. Процесс согласования условий и заключения договора уступки права требования от 19.11.2014 составил более 3 недель. За этот период происходили погашения должником задолженности по основному договору (поставки) ООО “Э”, о чем ЗАО “И” постоянно информировалось. В связи со сложностями согласования размера уступки права требования ЗАО “И” принципиально настояло на включении подп. 2.4 в договор уступки права требования от 19.11.2014. Договор уступки права требования от 19.11.2014 был подписан ООО “Э” 25.11.2014.
Директор третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, пояснил, что акт приемки-передачи документов по договору уступки требования готовил истец, платежные поручения об уплате сумм поставленного товара истцу (новому кредитору) не были переданы, так как его представитель платежные поручения об оплате товара не требовал, и были переданы только те документы, которые потребовал новый кредитор.
Как пояснил директор, не заявляющий самостоятельных требований, он действительно подписывал данное дополнительное соглашение от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014 в апреле 2014 года.
Заключением договора и обменом оригиналами документов занимался его заместитель, который лично в апреле 2014 года привозил и отвозил в СООО “А” договор поставки от 16.04.2014, а также подписанное дополнительное соглашение.
Инициатором дополнительного соглашения от 18.04.2014 было СООО “А”, которое настаивало на подписании данного дополнительного соглашения, так как из договора поставки усматривалось, что ООО “Э” не являлось производителем товара.
Первая отгрузка товара была произведена 05.05.2014, а именно после подписания сторонами дополнительного соглашения от 18.04.2014 к договору поставки от 16.04.2014 и обмена оригиналами.
Более того, представитель третьего лица в заседании указал, что невозможно определить объем переданного истцу обязательства, т. к. в договоре данное обстоятельство четко не указано, все документы, подтверждающие наличие либо отсутствие обязательства, истцу не передавались и последним не требовались. Проверить расчет заявленных требований не представляется возможным.
Оценив представленные доказательства, изучив позиции сторон, суд пришел к выводу, что требования истца не подтверждены надлежащими документами и доказательствами, не соответствуют законодательству, поэтому не подлежат удовлетворению в полном объеме.
Расходы по государственной пошлине относятся на истца.
Изучив справку-расчет издержек, связанных с рассмотрением дела N 14-13/2015, суд признает указанные расходы в размере 191 000 рублей необходимыми и подлежащими взысканию с должника в пользу экономического суда Брестской области.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 288, 290, 310, 311, 353, 355, 356, 476, 486, 880, 883 ГК, ст. ст. 63, 100, 102, 103, 108, 133, 140, 142, 190 – 194, 201, 203, 204, 330 ХПК,
Решил:
В иске отказать.
В порядке первоочередного исполнения взыскать с ЗАО “И” г. М. судебные издержки, признанные судом необходимыми, связанные с рассмотрением дела, в сумме 191 000 рублей в республиканский бюджет.
Должнику представить суду платежный документ, подтверждающий уплату судебных расходов, до вступления решения в законную силу.
Судебный приказ выдать после вступления решения в законную силу.
Решение может быть обжаловано в экономический суд апелляционной инстанции экономического суда Брестской области в течение 15 дней со дня его принятия в порядке, установленном ст. ст. 267 – 270 ХПК.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь в порядке, установленном ст. ст. 282 – 286 ХПК, лишь после надлежащего обращения с соответствующей жалобой в экономический суд апелляционной инстанции.
МОТИВИРОВОЧНАЯ ЧАСТЬ
ЗАО “И” г. М. предъявило иск к СООО “А” Брестской обл. г. Б., третье лицо – ООО “Э” (Брестская обл., П. р-н, д. Л., ул. П.), о взыскании 331 370 122 рублей.
В судебном заседании истец заявил об увеличении исковых требований и просил взыскать 41 014 522 рубля основного долга, 190 340 260 рублей – пени, 129 939 514 рублей – процентов за пользование чужими денежными средствами и всего – 361 294 296 рублей.
В силу ст. 63 ХПК суд принимает уточнение исковых требований.
В судебном заседании представитель ответчика представил дополнительное соглашение к договору поставки от 16.04.2014.
Истец заявил ходатайство вызвать в суд руководителей ответчика и третьего лица для пояснений в отношении даты написания данного дополнительного соглашения. Более того, истец просил заседание после перерыва проводить с использованием ВКС.
Суд ходатайство удовлетворил, обязал явиться в суд руководителей ответчика и третьего лица.
Объявлен перерыв до 15 ч 00 мин 10.03.2015 посредством ВКС через экономический суд г. Минска.
После перерыва представители ответчика и третьего лица (директор) пояснили порядок подписания данного спорного дополнительного соглашения к договору поставки.
Истец заявил об изменении правового основания заявленных требований со ссылкой на ст. ст. 167, 169, 290, 291, 293, 311, 353, 355, 366, 476, 486, 880, 883 ГК.
Суд не принял изменение правового основания, т. к. оно не оформлено в письменном виде в соответствии со ст. 63 ХПК.
Истец заявил ходатайство об объявлении перерыва до 16 ч 30 мин 17.03.2015 для письменного оформления изменения правовых оснований.
Стороны не возражали, суд определил ходатайство удовлетворить, объявить перерыв до 17.03.2015.
После перерыва истец изменил правовые основания заявленных требований со ссылкой на ст. ст. 167, 169, 290, 291, 293, 311, 353, 355, 366, 476, 486, 880, 883 ГК. Более того, истец просил увеличить исковые требования в части взыскания пени до 199 428 753 рублей и уменьшить в части взыскания процентов до 110 485 760 рублей в связи с неверно примененной ставкой.
Суд определил принять изменение правового основания заявленных требований. Принял уменьшение в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, в части взыскания пени увеличение требований не принял в связи с отсутствием доказательств уплаты государственной пошлины.
Таким образом, рассматриваются требования о взыскании 41 014 522 рублей основного долга, 190 340 260 рублей – пени, 110 485 760 рублей – процентов за пользование чужими денежными средствами.
Истец в судебном заседании требования поддержал.
Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал по мотивам, указанным в отзыве.
Третье лицо в пояснениях, данных в ходе судебного заседания, поддержало позицию ответчика.
Оценив представленные доказательства, изучив позиции сторон, суд пришел к выводу, что требования истца не подтверждены надлежащими документами и доказательствами, не соответствуют законодательству, поэтому не подлежат удовлетворению в полном объеме на основании следующего.
Согласно ст. 100 ХПК каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законодательством.
Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до завершения подготовки дела к судебному разбирательству или в пределах срока, установленного судом. Лица, участвующие в деле, в процессе доказывания определяют объем фактов, подлежащих доказыванию, собирают доказательства, подтверждающие факты, подлежащие доказыванию, представляют доказательства, участвуют в исследовании доказательств в судебном заседании, высказывают суду свое мнение по оценке доказательств.
Объем фактов, подлежащих доказыванию, может быть изменен в суде, рассматривающем экономические дела, первой инстанции в связи с изменением истцом основания или предмета иска и (или) предъявлением ответчиком встречного иска.
Согласно ст. 288 ГК в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т. п. либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
В соответствии со ст. 290 ГК обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями.
По договору комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по поручению другой стороны (комитента) за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет комитента. По сделке, совершенной комиссионером с третьим лицом, приобретает права и становится обязанным комиссионер, хотя бы комитент и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки (ст. 880 ГК).
Комиссионер не отвечает перед комитентом за неисполнение третьим лицом сделки, заключенной с ним за счет комитента, кроме случаев, когда комиссионер не проявил необходимой осмотрительности в выборе этого лица либо принял на себя ручательство за исполнение сделки (делькредере). В случае неисполнения третьим лицом сделки, заключенной с ним комиссионером, комиссионер обязан немедленно сообщить об этом комитенту, собрать необходимые доказательства, а также по требованию комитента передать ему права по такой сделке с соблюдением правил об уступке требования (ст. ст. 353 – 357, 359, 360 ГК). Уступка прав комитенту по сделке на основании ст. 883 ГК допускается независимо от соглашения комиссионера с третьим лицом, запрещающего или ограничивающего такую уступку. Это не освобождает комиссионера от ответственности перед третьим лицом в связи с уступкой права в нарушение соглашения о ее защите или об ограничении (ст. 883 ГК).
По договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования их в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки (ст. ст. 476, 486 ГК).
Согласно п. 1 ст. 353 ГК право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании акта законодательства.
Статьей 355 ГК установлен объем прав кредитора, переходящих к другому лицу: если иное не предусмотрено законодательством или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.
Из анализа норм ст. 353 ГК вытекает, что в обязательстве между кредитором и должником происходит замена прежнего кредитора, который выбывает из обязательства, другим лицом, к которому переходит право прежнего кредитора. Одним из оснований уступки права требования является договор между первоначальным и новым кредитором, в котором стороны определяют объем передаваемого права, а также порядок его перехода.
При уступке требования по сделке первоначальный кредитор заключает договор с лицом, которому он уступает свое требование и которое становится новым кредитором в уже существующем обязательстве.
Под существующим правом (требованием) понимается право (требование) по уже заключенному договору с исполненной встречной обязанностью, срок исполнения которого наступил.
Таким образом, при заключении договора уступки требования стороны должны соблюдать такое существенное условие, как указание обязательства, из которого вытекает обязанность по погашению образовавшейся задолженности или право требования. Помимо этого необходимо также определять характер юридической связи между сторонами договора, то есть на каких условиях кредитор уступает право требования.
Как следует из материалов дела, 09.04.2014 между истцом и ООО “Э” заключен договор комиссии, в рамках которого последний, действуя в статусе комиссионера, обязался за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет истца (комитента).
Во исполнение данного договора ООО “Э” заключило ряд договоров, в том числе и с ответчиком договор поставки от 16.04.2014 (с дополнительным соглашением от 18.04.2014), во исполнение которого поставщик – ООО “Э” отгрузил, а покупатель – СООО “А” принял продукцию на общую сумму 6 103 044 052 рубля, что подтверждается следующими отгрузочными документами: ТН от 05.05.2014 – 512 029 530 рублей, ТН от 14.07.2014 – 290 584 861 рубль, ТН от 29.05.2014 – 509 023 709 рублей, ТН от 15.07.2014 – 278 896 009 рублей, ТН от 03.06.2014 – 525 252 815 рублей, ТН от 28.07.2014 – 281 701 333 рубля, ТН от 10.06.2014 – 528 542 498 рублей, ТН от 05.08.2014 – 281 420 387 рублей, ТН от 25.06.2014 – 547 403 351 рубль, ТН от 14.08.2014 – 264 035 344 рубля, ТН от 26.06.2014 – 493 452 540 рублей, ТН от 25.08.2014 – 293 988 370 рублей, ТН от 30.06.2014 – 496 084 286 рублей, ТН от 01.09.2014 – 298 184 677 рублей, ТН от 02.07.2014 – 502 444 342 рубля.
Как следует из материалов дела, 19.11.2014 между истцом и третьим лицом был подписан договор уступки права требования от 19.11.2014 (с дополнительным соглашением от 26.11.2014, подписанным 02.12.2015).
Как установлено в судебном заседании и признано сторонами, данный договор подписан обеими сторонами 25.11.2014.
По условиям данного договора ООО “Э” (первоначальный кредитор) передало истцу (новому кредитору) право требования к ответчику, вытекающее из договора поставки от 16.04.2014, в размере 41 014 522 рубля основного долга, а также в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в том числе права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе права на пеню и на неуплаченные проценты со стороны покупателя (должника) (подп. 1.2, 2.1 – 2.2 договора).
Согласно условиям данного договора (подп. 1.4) на момент заключения данного договора первоначальный кредитор имел задолженность перед новым кредитором по договору комиссии от 09.04.2014, которая будет частично погашена переуступаемым правом требования.
В судебном заседании установлено, что в рамках договора комиссии третьим лицом было заключено 3 договора поставки товара, что следует из отчетов комиссионера (представленных в судебном заседании). Стоимость поставленного и реализованного товара третьим лицом в рамках данного договора – 13 436 361 420 рублей.
При этом в договоре уступки права требования не определен размер существующей задолженности перед истцом по договору комиссии, не определен состав документов, которые подтверждают наличие данной задолженности, не имеется доказательств того, что срок погашения данной задолженности наступил.
Следовательно, не определен объем передаваемого права, а также порядок его перехода.
Согласно подп. 2.3.2, 2.3.3, 2.2 договора уступки права требования первоначальный кредитор в течение 5 дней с даты заключения данного договора обязан передать новому кредитору документы, удостоверяющие право требования к должнику (передача оформляется двусторонним актом, являющимся неотъемлемой частью договора), а также в 3-дневный срок после подписания договора письменно уведомить должника о состоявшемся переходе прав по договору от 16.04.2014.
Новый кредитор уведомил должника 27.11.2014, первоначальный кредитор – 28.11.2014.
25.11.2014 между сторонами был подписан акт приема-передачи документов к договору уступки права требования от 09.11.2014, согласно которому ООО “Э” передает, а ЗАО “И” принимает следующие документы: договор поставки от 16.04.2014, ТН в количестве 14 шт. (ТН от 05.08.2014 – 281 420 387 рублей, ТН от 14.08.2014 – 264 035 344 рубля, ТН от 25.08.2014 – 293 988 370 рублей, ТН от 01.09.2014 – 298 184 677 рублей, ТН от 05.05.2014 – 512 029 530 рублей, ТН от 29.05.2014 – 509 023 709 рублей, ТН от 03.06.2014 – 525 252 815 рублей, ТН от 10.06.2014 – 528 542 498 рублей, ТН от 25.06.2014 – 547 403 351 рубль, ТН от 26.06.2014 – 493 452 540 рублей, ТН от 30.06.2014 – 496 084 286 рублей, ТН от 02.07.2014 – 502 444 342 рубля, ТН от 14.07.2014 – 290 584 861 рубль, ТН от 15.07.2014 – 278 896 009 рублей) на общую сумму 5 821 342 719 рублей, спецификации на общую сумму 10 999 506 816 рублей.
При этом ТН от 28.07.2014 на сумму 281 701 333 рубля, как следует из данного акта, истцу не передавалась.
В заседании было установлено, что данная накладная была передана после составления данного акта, а именно 26.11.2014, директором третьего лица П., что не оспаривалось сторонами и следует из даты, указанной последним на ТН. Изменений в акт не вносилось.
Из акта не следует, что договор подряда от 16.04.2014 передавался вместе с дополнительным соглашением от 18.04.2014.
В судебном заседании судом были затребованы и представлены истцом отчеты комиссионера о реализации товара за май – сентябрь 2014 года на сумму 13 436 361 420 рублей, спецификации по договору комиссии на общую сумму 25 047 616 312 рублей (5-я спецификация не учитывалась, т. к. представлено письмо о ее аннулировании), а также спецификации, полученные по акту передачи в рамках договора уступки права требования от третьего лица, – на сумму 10 999 506 816 рублей.
При этом ответчик представил в судебное заседание свои экземпляры спецификаций, суммы в которых отличаются от сумм спецификаций, представленных истцом; общая сумма спецификаций – 13 631 253 696 рублей.
Это также является доказательством того, что на момент заключения договора уступки права требования не определен объем передаваемого права, а также порядок его перехода.
Более того, из представленных сторонами и третьим лицом документов не представляется возможным установить объем поставленного и реализованного товара, размер существующей между истцом и третьим лицом задолженности по договору комиссии.
Как указывалось выше, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (ст. 355 ГК).
Размер, срок и условия исполнения обязательства не изменяются при уступке требования.
Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования (п. 1 ст. 356 ГК).
Из смысла статьи следует, что основное обязательство может уступаться как в полном объеме, так и в части.
Отношения по уплате неустойки являются обязательственными, следовательно, на них распространяются положения гл. 24 ГК. Данная глава не содержит императивных предписаний, запрещающих передавать акцессорные права без перемены лиц в основном обязательстве. Нет запрета на перевод обязанности по уплате неустойки в отрыве от обязанности по исполнению основного обязательства как в случае исполнения основного обязательства в полном размере, так и в случае, если основное обязательство исполнено в части.
Это дает основания полагать, что договор уступки права (требования) в отношении обязательства на уплату штрафных санкций (пени и процентов за пользование чужими денежными средствами) отдельно от основного обязательства может быть заключен при условии четко определенного предмета и размера обязательства.
При этом при заключении договора уступки права требования стороны должны соблюдать такое существенное условие, как указание обязательства, из которого вытекает право требования.
Таким образом, договор уступки права требования зависит от следующих характеристик его предмета: право требования должно быть реальным, т. е. возникнуть на момент заключения договора; оно должно быть четко определенным; уступка требования в отношении данного предмета не должна противоречить законодательству.
Согласно п. 1 ст. 402 ГК договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законодательстве как существенные, необходимые или обязательные для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (ч. 2 п. 1 ст. 402 ГК).
Если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме не достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, такой договор считается незаключенным (ч. 1 п. 1 ст. 402 ГК).
Существенным условием договора уступки права требования является только предмет договора (поскольку иное в законодательстве не предусмотрено).
Предметом договора уступки права требования является право (требование), возникшее из конкретного обязательства.
Договор уступки права требования признается незаключенным, если его предмет, то есть уступаемое право (его объем), не согласован сторонами.
Как следует из уточненных исковых требований, истец просит взыскать 41 014 522 рубля основного долга, 190 340 260 рублей – пени, 110 485 760 рублей – процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом пеня и проценты за пользование чужими денежными средствами взыскиваются истцом за несвоевременную оплату товара, поставленного по договору поставки ответчику на сумму 6 062 029 530 рублей.
Как указано выше, в соответствии с подп. 2.3.2 договора уступки права требования по акту передана ТН в подтверждение объема переводимого права на сумму 5 821 342 719 рублей, спецификации на общую сумму 10 999 506 816 рублей.
Согласно акту сверки, представленному сторонами в судебное заседание, поставлено товара по договору поставки ответчику на сумму 6 162 565 542 рубля.
Истец не представил доказательства в обоснование взыскиваемых сумм пени и процентов (платежных поручений, иных первичных бухгалтерских документов), т. к. они ему третьим лицом при заключении договора уступки права требования не передавались.
Истец в судебном заседании указал, что данные документы им у ответчика, третьего лица не требовались. Расчет производился на основании акта сверки, составленного ответчиком и третьим лицом на 30.09.2014.
Ответчик, третье лицо данный акт в судебном заседании не признали, указав, что он подписан неуполномоченным лицом и не может являться основанием для расчета штрафных санкций.
В судебном заседании истец просил затребовать платежные поручения, иные первичные бухгалтерские документы, подтверждающие оплату поставленного товара, у ответчика.
Однако суд отклонил данное ходатайство в силу ст. 100 ХПК, а также в силу ст. 101 ХПК, т. к. истец самостоятельно данные документы не требовал.
Оценив в совокупности представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что договор является незаключенным, поскольку стороны не согласовали предмет договора: не определили конкретный объем уступаемых прав по каждому из обязательств и не указали, из каких конкретно обязательств вытекают данные права.
При таких обстоятельствах основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.
В соответствии с частью первой ст. 133 ХПК расходы истца по госпошлине возмещению не подлежат и относятся на истца.
Все иные доводы и возражения истца с учетом положений ст. ст. 103, 104, 108 ХПК суд оценивает как не влияющие на рассмотрение спора по существу.