Представляется, что предотвращение такого общественно опасного явления, как пьянство за рулем, оправдывает введение даже суровых санкций в виде конфискации транспортного средства. Крайне важно, чтобы применяемые государством меры были нацелены именно на правонарушителя и не нарушали прав и законных интересов других лиц.
Как уже отмечалось, специальная конфискация автомобиля формально не является мерой наказания, а правила, предусмотренные для конфискации имущества как вида дополнительного наказания, в данном случае не применяются. Вместе с тем применение специальной конфискации транспортного средства усугубляет имущественное положение преступника по сравнению с его положением, существовавшим ранее, т.е. представляет собой меру имущественной ответственности. В связи с этим порядок применения специальной конфискации транспортного средства, не принадлежащего правонарушителю, должен предусматривать механизм обеспечения прав добросовестного собственника или иного владельца. На это прямо ориентировал Конституционный Суд Республики Беларусь в своем решении от 05.07.2013 N Р-836/2013 “О соответствии Конституции Республики Беларусь Закона Республики Беларусь “О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь по вопросам усиления мер ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения”, рассмотрев в порядке обязательного предварительного контроля конституционность Закона Республики Беларусь от 12.07.2013 N 60-З “О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь по вопросам усиления мер ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения”. В указанном решении Конституционный Суд Республики Беларусь обращает внимание правоприменителя на необходимость обеспечения защиты прав собственника транспортного средства и принятия им необходимых мер в случае привлечения лица, которому доверено управление таким средством, к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ст. 18.16 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – КоАП). Суд, органы, ведущие административный процесс, и их должностные лица должны надлежащим образом уведомить собственника транспортного средства, явившегося орудием или средством совершения правонарушения, о возможной специальной конфискации транспортного средства независимо от права собственности при повторном (в течение года после наложения административного взыскания) совершении указанным лицом аналогичного противоправного деяния.
В случае конфискации транспортного средства, не принадлежащего лицу, совершившему преступление, предусмотренное ст. 317-1 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее – УК), защита прав собственника (законного владельца, пользователя) может осуществляться путем взыскания согласно ст. 364 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) убытков с лица, осужденного по приговору суда.
Конституционный Суд Республики Беларусь также считает, что при дальнейшем совершенствовании правового регулирования общественных отношений в данной сфере законодателю следует учесть указанную правовую позицию. При этом допускается применение и иных законодательных подходов в целях защиты конституционного права собственности, в частности предоставления собственнику транспортного средства возможности получения информации о привлечении к административной ответственности лица, которому предполагается доверить управление транспортным средством.
Изучение правоприменительной практики показывает, что в ряде случаев указанные меры не могут быть применены или оказываются неэффективными, а материальные потери (по сути, имущественную ответственность) несет невиновный собственник транспортного средства.
Так, например, в начале текущего года был конфискован погрузчик, за рулем которого оказался рабочий строительной организации, управлявший им в состоянии опьянения. Дорогостоящую технику оценили примерно в 53 тысячи долларов США. Конфискованное имущество находилось у строительной организации во владении и пользовании на основании договора лизинга, что еще больше осложнило ситуацию. Таким образом, имущественную ответственность в конечном счете понес не водитель и даже не его наниматель, а лизинговая компания, которой принадлежал погрузчик [1]. Данный пример не единичный. Особый интерес вызывают случаи конфискации сельскохозяйственной и строительной техники, принадлежащей субъектам хозяйствования, в том числе государственным предприятиям [2]. При этом собственников конфискованных транспортных средств, как правило, нельзя упрекнуть в недобросовестности (в части передачи транспортного средства лицам, не имеющим права управления), поскольку, будучи ранее лишенными данного права (за управление в состоянии опьянения), они продолжали работать, пользуясь действительным удостоверением тракториста-машиниста.
Анализируя сложившуюся ситуацию, находим необходимым обратить внимание на правовую природу конфискации, применяемой при привлечении к ответственности за преступление, предусмотренное ст. 317-1 УК.
Термином “конфискация” в законодательстве Республики Беларусь определены два явления, схожих по своему результату, но отличных по цели их применения. В обоих случаях конфискация состоит в принудительном безвозмездном изъятии имущества и передаче его в собственность государства.
В первом случае конфискация представляет собой меру имущественной ответственности лица за совершение правонарушения, при этом основанием к ее применению может служить совершение уголовного преступления, административного правонарушения, а также нарушение норм гражданского законодательства.
Во втором случае речь идет о “специальной конфискации”, предусмотренной уголовным и административным законодательством. Согласно ч. 6 ст. 61 УК специальная конфискация применяется независимо от категории преступления и вида назначенного наказания одновременно с конфискацией имущества или без нее в отношении орудий и средств совершения преступления, принадлежащих осужденному; вещей, изъятых из оборота; имущества, приобретенного преступным путем, дохода, полученного от использования этого имущества, а также предметов, которые непосредственно связаны с преступлением, если они не подлежат возврату потерпевшему или иному лицу.
Согласимся с мнением А.И.Лукашова о том, что государство применяет конфискацию, предусмотренную в законодательстве об административной ответственности исключительно в качестве специальной [3].
На разграничение видов конфискации ориентирует Верховный Суд Республики Беларусь, отметив в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 23.09.1999 N 8 “О практике назначения судами конфискации имущества по уголовным делам”, что “…от конфискации имущества как вида дополнительного наказания следует отличать специальную конфискацию, заключающуюся в изъятии соответствующего имущества и обращении его в доход государства в порядке ст. 98 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь”.
Именно в порядке применения второго вида конфискации осуществляется изъятие транспортного средства при совершении преступления, предусмотренного ст. 317-1 УК, что, на наш взгляд, и обуславливает описываемые в настоящей статье сложности в осуществлении защиты права собственности.
На возможные проблемы применения конфискации транспортных средств за правонарушения, связанные с управлением транспортным средством в состоянии опьянения, еще до внесения соответствующих изменений указывал Д.В.Шилин, помимо прочего предположив, что “…институт конфискации транспортного средства может быть введен в уголовный закон посредством расширения сферы применения нормы ч. 6 ст. 61 УК о специальной конфискации орудий и средств совершения преступления. Однако в этой ситуации возникает противоречие с существующей концепцией уголовного закона. Так, при управлении автомобилем в состоянии опьянения (в случае, когда не было причинено вреда имуществу, жизни и здоровью граждан) он не может рассматриваться как средство либо орудие совершения преступления. Таковым в большей степени будет являться алкогольная продукция, посредством употребления которой лицо привело себя в состояние опьянения” [4].
Рассуждая над мерами, направленными на сведение риска конфискации к минимуму, Г.Войтович справедливо отмечает отсутствие способов, которые могли бы гарантировать имущественные интересы организации при совершении преступления, предусмотренного ст. 317-1 УК, с использованием принадлежащего ей транспортного средства. Например, автор обращает внимание, что согласно ст. 819 ГК объектами страхования могут быть только не противоречащие законодательству имущественные интересы, поэтому застраховать себя от специальной конфискации нельзя. Кроме того, необходимо согласиться со сложностью применения в отношении юридического лица основания, сформулированного в ч. 6 ст. 61 УК как “выбытие транспортного средства из законного владения собственника (пользователя) помимо его воли”, а также с тем, что не совсем понятно, “…кто применительно к уголовным правоотношениям может определять волю юридического лица – директор, общее собрание, мажоритарный участник или лицо, уполномоченное доверенностью…”. Неоднозначна ситуация, когда транспортное средство передается лицу, например, с целью ремонта, поскольку, как замечает автор, “…в УК говорится не о неправомерном завладении, а о неправомерном выбытии транспортного средства. В описанном же случае выбытие автомобиля произошло правомерно”.
Исходя из этого, считает Г.Войтович, залогом спокойствия юридического лица может быть периодическая (не реже раза в полгода, а также при приеме на работу) проверка работника на предмет наличия права управления транспортным средством [5].
Мы не беремся давать оценку согласованности норм уголовного законодательства. Однако отметим, что, по нашему мнению, даже указанная мера не сможет полностью обезопасить организацию, например в случае с управлением спецтехникой, или же будет носить в определенной степени дискриминационный характер. В данном случае представляется более актуальным проанализировать специальную конфискацию с точки зрения соотношения целей и целесообразности ее применения, а также соответствия установленным ограничениям применительно к конкретной описанной проблеме.
Основанием к возможности принудительного безвозмездного изъятия имущества служит норма, закрепленная в ч. 5 ст. 44 Конституции Республики Беларусь. Конституция Республики Беларусь не содержит норм, из содержания которых можно было бы сделать вывод о невозможности применения конфискации имущества, принадлежащего лицу, не являющемуся субъектом правонарушения, что находит свое развитие в ч. 6 ст. 61 УК и ст. 6.10 КоАП. Вместе с тем в ст. 44 Конституции Республики Беларусь предусмотрены обязательные условия принудительного отчуждения имущества, которое допускается лишь по мотивам общественной необходимости при соблюдении условий и порядка, определенных законом, со своевременным и полным компенсированием стоимости отчужденного имущества, а также согласно постановлению суда. На это обратил внимание Конституционный Суд Республики Беларусь, отметив, что нормы, содержащиеся в ст. 61 и 317-1 УК, согласуются со ст. 44 Конституции Республики Беларусь, в соответствии с которой осуществление права собственности не должно противоречить общественной безопасности, ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц, принудительное отчуждение имущества допускается согласно постановлению суда, а также ч. 1 ст. 23 Конституции Республики Беларусь, устанавливающей, что ограничение прав и свобод личности допускается только в случаях, предусмотренных законом, в интересах общественного порядка, защиты прав и свобод других лиц.
Близкой правовой позиции придерживается и зарубежная практика. Например, Конституционный Суд Российской Федерации, рассмотрев аналогичный вопрос, указал: “…сама возможность ограничений, так и их характер должны определяться законодателем не произвольно, а в соответствии с Конституцией Российской Федерации, в том числе с ее статьей 55 (часть 3), устанавливающей, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
…Все такого рода меры, как связанные с ограничением права собственности, должны отвечать требованиям справедливости, быть соразмерны конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния. Такие меры допустимы, если они основываются на законе, служат общественным интересам и не являются чрезмерными” [6].
Говоря о специальной конфискации в отношении средств, орудий совершения правонарушения, нужно иметь в виду, что целью применения данной меры является “разоружение” правонарушителя и (или) изъятие из оборота запрещенных вещей. Поэтому следует безоговорочно согласиться с мнением А.В.Каравая, что “…в рассматриваемых случаях конфискация должна рассматриваться не в качестве меры юридической ответственности собственника такой вещи, который не причастен к совершенному правонарушению, а как правовая санкция, направленная на лишение лица, совершившего правонарушение, обладания соответствующей вещью” [7].
Таким образом, следует сделать следующие выводы относительно применения специальной конфискации транспортных средств (строительной, сельскохозяйственной техники), не принадлежащих правонарушителю (при условии добросовестного поведения собственника (владельца) имущества).
1. Исходя из правовой природы специальной конфискации изъятие транспорта как средства совершения преступления производится с целью предупреждения совершения преступником аналогичных правонарушений в будущем. Императивная норма, закрепленная в ч. 6 ст. 61 УК, не позволяет суду рассмотреть вопрос о применении или неприменении конфискации в зависимости от конкретных обстоятельств дела, ставя во главу угла лишь правомерность завладения транспортным средством.
2. Конституция Республики Беларусь допускает возможность конфискации независимо от принадлежности права собственности на имущество при условии, что такая мера отвечает требованиям справедливости, основывается на законе, служит общественным интересам и не является чрезмерной. В связи с этим можно предположить, что в описанных случаях безвозмездное изъятие транспортного средства нецелесообразно, поскольку не в полной мере соответствует общественным интересам и справедливости и, кроме того, влечет безосновательное причинение ущерба субъектам хозяйствования, не причастным к совершению правонарушений. Дальнейшая защита имущественных прав путем предъявления иска о взыскании убытков с лица, осужденного по приговору суда, представляется неэффективной и не может в полной мере обеспечить интересы лица, лишившегося имущества, поскольку реальное исполнение решения по возмещению понесенного ущерба ввиду его размера может растянуться на долгие годы.
3. На наш взгляд, в описанных случаях эффективной и достаточной мерой, направленной на предотвращение совершения лицом, осужденным по ст. 317-1 УК, аналогичных правонарушений в будущем, является лишение правонарушителя права на управление специальной техникой, что исключит возможность его участия в дорожном движении в качестве водителя любых транспортных средств.
4. Представляет интерес существующая зарубежная практика. Так, например, согласно ст. 104.2 “Конфискация денежных средств или иного имущества взамен предмета, подлежащего конфискации” Уголовного кодекса Российской Федерации, если конфискация определенного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета или иного имущества соответствующей стоимости.
5. Считаем целесообразным изложить ч. 6 ст. 61 УК в следующей редакции:
“Независимо от категории преступления и вида назначенного наказания применяется специальная конфискация, которая состоит в принудительном безвозмездном изъятии в собственность государства орудий и средств совершения преступления, принадлежащих осужденному; вещей, изъятых из оборота; имущества, приобретенного преступным путем, дохода, полученного от использования этого имущества, а также предметов, которые непосредственно связаны с преступлением, если они не подлежат возврату потерпевшему или иному лицу. Независимо от права собственности подлежит специальной конфискации транспортное средство, которым управляло лицо, совершившее преступление, предусмотренное ст. 317-1 УК (за исключением транспортных средств, выбывших из законного владения собственника (пользователя) помимо его воли или в результате противоправных действий других лиц, а также транспортных средств, принадлежащих субъектам хозяйствования, используемых в момент совершения преступления лицом при исполнении им трудовых обязанностей)”.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
- Гомыляев, А. Лизинговая компания: закон о конфискации больно ударил по нашим услугам, поставил под угрозу бизнес автопроката и аренды [Электронный ресурс] / А.Гомыляев // Onliner.by. – Режим доступа: http://auto.onliner.by/2014/04/08/lizing. – Дата доступа: 15.04.2014.
- Николаева, Е. Дошло дело и до тракторов: у сельхозпредприятий из-за пьяных работников конфискуют технику [Электронный ресурс] / Е.Николаева // Onliner.by. – Режим доступа: http://auto.onliner.by/2014/02/10/zakon-51/. – Дата доступа: 15.04.2014.
- Лукашов, А.И. Конфискация: нужна ли реформа? [Электронный ресурс]: [по состоянию на 23.05.2011] / А.И.Лукашов // ИБ “КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2014.
- Шилин, Д.В. Угрозы безопасности дорожного движения: классификация и проблемы предупреждения [Электронный ресурс]: [по состоянию на 05.12.2012] / Д.В.Шилин // ИБ “КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2014.
- Войтович, Г. Специальная конфискация транспортных средств организаций [Электронный ресурс] / Г.Войтович // Юрист.by. – Режим доступа: http://jurist.by/luchshie-stati/zhurnal-yurist-2013/468-spetsialnaya-konfiskatsiya-transportnykh-sredstv-organizatsij.html. – Дата доступа: 15.04.2014.
- Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.1999 N 8-П “По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380 Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества “Сибирское агентство “Экспресс” и гражданина С.И.Тененева, а также жалобой фирмы “Y. & g. Reliable Services, Inc.” [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс: Россия / ЗАО “КонсультантПлюс”. – М., 2014.
- Каравай, А.В. Конфискация имущества, не являющегося собственностью правонарушителя [Электронный ресурс]: [по состоянию на 01.10.2004] / А.В.Каравай // ИБ “КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2014.