В статье рассмотрены актуальные и остро востребованные современные проблемы восстановительной медиации в уголовном процессе, реальные и конкретные возможности медиатора по уголовным делам, а также состояние и возможные перспективы их правового регулирования.
Повышенная актуальность настоящей статьи объясняется, на первый взгляд, необычностью ее темы. Медиация связывается большинством юристов с мировым соглашением, с примирением, которые присущи более гражданско-правовым, хозяйственным, банковским и иным частноправовым сферам отношений. А медиация в публично-правовой области, к которой относится уголовное право и уголовный процесс, еще не имеет очень широкого распространения.
Кроме того, статья направлена на использование медиации в практической деятельности тех, кто не видит основной целью уголовной ответственности наказание, кару.
Поэтому статья может быть интересна для следователей, дознавателей, прокуроров, адвокатов, судей, медиаторов и иных лиц, кто интересуется вопросами медиации. Не менее интересна она будет для родителей несовершеннолетних, попавших в поле зрения правоохранительных органов, для всех, кто хотел бы использовать возможность минимизировать уголовно-правовые санкции за совершенные правонарушения.
Медиация в уголовном процессе и в уголовном праве в Республике Беларусь только начинает свой путь. Как долог и сложен он будет, покажет время. Но правовые, фактологические и иные предпосылки для позитивного восприятия восстановительной медиации у нас в стране уже имеются.
Так, в подп. 16.14 п. 16 Концепции совершенствования системы мер уголовной ответственности и порядка их исполнения, утвержденной Указом Президента Республики Беларусь от 23.12.2010 N 672, прямо предусмотрено: “…принять меры по введению в уголовном процессе института медиации (посредничества) для внесудебного урегулирования конфликтов”.
Применение медиации в уголовных делах имеет в мире достаточно широкое распространение, в том числе начинается ее внедрение у наших стран-партнеров по Евразийскому экономическому союзу, таких как Российская Федерация, Казахстан.
Темы защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, развития примирительных форм урегулирования уголовно-правовых конфликтов признаны жизненными и на ином, международном уровне. К числу международных договоров, содержащих положения о способах оптимизации системы уголовного судопроизводства, о положении обвиняемых и потерпевших при производстве по уголовным делам, можно отнести Декларацию основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью 1985 года <1>; Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, 1985 года (Пекинские правила) <2>; Рекомендацию Комитета Министров Совета Европы от 17.09.1987 N R (87) 18 “Относительно упрощения уголовного правосудия” <3>; Рекомендацию Комитета Министров Совета Европы N R (85) 11 “О положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса” <4>; Основные принципы применения программ реституционного правосудия в вопросах уголовного правосудия, утвержденные Резолюцией Экономического и Социального Совета Организации Объединенных Наций 2002/12 от 24.07.2002 <5>. Названные международные акты включают указания на необходимость внедрения восстановительных технологий в уголовный процесс, исходят из необходимости дифференцированного подхода к рассмотрению уголовных дел различных категорий, инициируют внедрение примирительных процедур в уголовное судопроизводство.
<1> Принята Резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 29.11.1985 // Международные акты о правах человека: сб. документов. – М., 1999. – С. 165 – 168.
<2> Приняты Резолюцией 40/33 Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 29.11.1985 // Международные акты о правах человека: сб. документов. – М., 1999. – С. 284 – 306.
<3> Сборник документов Совета Европы в области защиты прав человека и борьбы с преступностью. – М.: СПАРК, 1998. – С. 116 – 122.
<4> Сборник документов Совета Европы в области защиты прав человека и борьбы с преступностью. – М.: СПАРК, 1998. – С. 114 – 116.
<5> Документ опубликован не был. Текст взят с официального сайта Организации Объединенных Наций [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://goo.gl/xS0WJ. – Дата доступа: 19.10.2015.
Одним из основных международных актов, непосредственно посвященным вопросам медиации по уголовным делам, признается Рекомендация Комитета Министров Совета Европы от 15.09.1999 N R(99)19 “О посредничестве по уголовным делам”. Этот документ содержит требования к процедуре медиации, а также те модельные положения, которые рекомендуются для национального законодательства при введении медиации в уголовный процесс. Отмечается, что медиация способна также уменьшить число приговоров к лишению свободы и в конечном счете сократить расходы на тюремную систему.
Но основная цель медиации в уголовном процессе, по нашему представлению, заключается в уменьшении конфликтности между потерпевшими и обвиняемыми (осужденными), в законном и справедливом снижении количества лиц, привлеченных к уголовной ответственности. В особенности это касается несовершеннолетних и иных лиц, подверженных возможному отрицательному влиянию со стороны криминальной среды, а также социально незащищенных лиц.
Нужно понимать и сущностное различие восстановительной медиации. “Существенное отличие медиации от уголовного судопроизводства – это смена главных действующих лиц процесса. Если основными участниками традиционного уголовного судопроизводства являются правонарушитель и государство, то в рамках медиации на первый план выступают пострадавший и правонарушитель, а также независимый посредник. Таким образом, к числу первостепенных задач медиации относится обеспечение сторонам возможности обсудить возникший между ними конфликт и самостоятельно урегулировать его. В рамках данного процесса пострадавшему и правонарушителю предоставляется возможность в случае их добровольного согласия с помощью беспристрастной третьей стороны (медиатора) принимать активное участие в разрешении проблем, возникших в результате преступления” <6>.
<6> Каменков, В.С., Бельская, И.А. Постатейный комментарий к Закону Республики Беларусь от 12.07.2013 N 58-З “О медиации” [Электронный ресурс] / В.С.Каменков, И.А.Бельская // ИБ “КонсультантПлюс: Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2015.
Следует подчеркнуть, что медиация в уголовно-правовой сфере – способ повышения статуса потерпевшего по отношению к другим участникам уголовного процесса.
Действующее законодательство Республики Беларусь не содержит каких-либо правовых норм и принципов, которые бы препятствовали восстановительной медиации. Наоборот, начиная с Конституции Республики Беларусь, содержащей в своей преамбуле желание обеспечить гражданское согласие, незыблемые устои народовластия и правового государства, законодательство нацелено на использование всего комплекса мер эффективного регулирования в любой сфере отношений.
Не является исключением и Уголовный кодекс Республики Беларусь (далее – УК).
Практика применения норм УК показывает, что медиативные способы урегулирования уголовно-правовых конфликтов не являются здесь инородными и имеются все основания для достаточно широкого их распространения. Так, “…в 2014 году больше всего лиц (28%), совершивших преступления, освобождено от уголовной ответственности в связи с применением мер административного взыскания, 21% – вследствие акта амнистии, 11% – в связи с примирением с потерпевшим, 7% – за истечением сроков давности” <7>.
<7> Белокопытов, В.В., Филиппенков, В.М. Освобождение от уголовной ответственности: за и против (часть 2) [Электронный ресурс] / В.В.Белокопытов, В.М.Филиппенков // ИБ “КонсультантПлюс: Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2015.
Внимание следователей, дознавателей, медиаторов и иных заинтересованных лиц необходимо в первую очередь обратить на правовые нормы, регулирующие вопросы освобождения от уголовной ответственности (гл. 12 УК) с учетом мнения потерпевшего или его поведения.
Так, ст. 31 УК посвящена совершению деяния в состоянии аффекта. Она предусматривает, что уголовная ответственность за деяние, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством, тяжким оскорблением или иными противозаконными или грубыми аморальными действиями потерпевшего либо длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего, когда лицо не могло в полной мере сознавать значение своих действий или руководить ими, наступает лишь в случае умышленного причинения смерти, тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения.
Поэтому состав любого иного преступления отсутствует и в действиях лица, совершенных в состоянии аффекта, за исключением случаев умышленного причинения смерти, тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения. Но и в этих случаях повод для использования медиативных способов урегулирования конфликта между потерпевшими и лицом, привлекаемым к уголовной ответственности, имеется.
А ст. 33 УК содержит исчерпывающий перечень деяний, влекущих уголовную ответственность лишь при наличии выраженного в установленном уголовно-процессуальным законом порядке требования лица, пострадавшего от преступления, или его законного представителя либо представителя юридического лица привлечь виновного к уголовной ответственности. Здесь также широкие возможности для применения медиации на всех стадиях развития уголовно-правовых отношений вплоть до привлечения к уголовной ответственности судом.
Кроме того, в соответствии с п. 6 примечаний к главе 24 УК уголовное преследование близких потерпевшего, совершивших кражу (ч. 1 ст. 205 УК), либо мошенничество (ч. 1 ст. 209 УК), либо присвоение или растрату (ч. 1 ст. 211 УК), либо угон транспортного средства или маломерного водного судна (ч. 1 ст. 214 УК), возбуждается только по заявлению потерпевшего.
Анализ оснований для наличия данного перечня, причин его такого состояния и возможности совершенствования, в том числе расширения самого перечня, дается некоторыми авторами <8>. Представляется, что многие из уже озвученных предложений заслуживают внимания законодателя и других исследователей, в частности об увеличении количества деяний, уголовное преследование за которые возбуждается по требованию лица, пострадавшего от преступления, о расширении перечня деяний, по которым следует учитывать мнение потерпевшего при определении наказания, и иные.
<8> См., например: Марчук, В.В. О деяниях, влекущих уголовную ответственность по требованию потерпевшего [Электронный ресурс] / В.В.Марчук // ИБ “КонсультантПлюс: Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2015; Сахарчук, А.И. Постатейный комментарий к Уголовному кодексу Республики Беларусь. Общая часть. Раздел II. Основания и условия уголовной ответственности. Глава 5. Условия уголовной ответственности (статьи 27 – 33) [Электронный ресурс] / А.И.Сахарчук // ИБ “КонсультантПлюс: Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2015; Арутюнян, А.А. Медиация в уголовном процессе / А.А.Арутюнян. – М.: Инфотропик Медиа, 2013. – 200 с.; Данилюк, С.Е. Проблема виновности в уголовном праве: опыт конституционного осмысления [Электронный ресурс] / С.Е.Данилюк // ИБ “КонсультантПлюс: Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2015.
Нормы ст. 89 УК прямо указывают на возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.
Об актуальности, востребованности и положительной динамике применения этих правовых норм в судебной практике свидетельствует новая редакция постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 29.03.2012 N 1 “О практике применения судами статей 86, 88, 89 Уголовного кодекса Республики Беларусь, предусматривающих возможность освобождения лица от уголовной ответственности” (далее – постановление). В нем подробно разъяснены проблемные вопросы об освобождении лица от уголовной ответственности с привлечением его к административной ответственности в связи с деятельным раскаянием либо примирением с потерпевшим. В частности, указывается, что под “примирением лица, совершившего преступление, с потерпевшим применительно к положениям ст. 89 УК судам следует понимать свободное и добровольное урегулирование возникшего в связи с совершением преступления конфликта между обвиняемым и потерпевшим с их последующим обращением к суду с заявлением о примирении и просьбой освободить обвиняемого от уголовной ответственности” (п. 5 постановления). Термин “судебное примирение” не используется в указанном правовом акте. Но нужно понимать, что примирение возможно и на более ранних стадиях развития уголовного дела.
Важны также разъяснения в отношении того, что:
- “…освобождение от уголовной ответственности на основании ст. 89 УК возможно, если примирение обвиняемого с потерпевшим достигнуто до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора” (п. 5 постановления);
- “…если потерпевшими от преступления признаны несколько лиц, решение вопроса об освобождении обвиняемого от уголовной ответственности возможно при условии, что примирение достигнуто с каждым из потерпевших” (п. 6 постановления);
- “…освобождение обвиняемого от уголовной ответственности по ст. 89 УК не исключается и в случае совершения преступления, посягающего сразу на несколько объектов уголовно-правовой охраны” (п. 8 постановления);
- “…заглаживание нанесенного преступлением вреда может выражаться в материальном возмещении морального вреда, принесении потерпевшему извинения, оплате его лечения, в том числе санаторно-курортного, в компенсации упущенной выгоды, оказании иной помощи потерпевшему или совершении других действий, направленных на предотвращение, устранение или уменьшение наступивших от преступления вредных последствий. При этом не имеет значения, возмещение ущерба или заглаживание вреда произведено по собственной инициативе лица, его причинившего, либо по предложению органа, ведущего уголовный процесс” (п. 10 постановления), и другие.
Не менее значимыми в смысле вероятности использования медиативных процедур и достижения желаемых результатов для лиц, совершивших правонарушения, их представителей, для следователей, дознавателей, прокуроров, адвокатов, судей, медиаторов являются правовые нормы, содержащиеся в ст. 82 – 88-1 УК, ведь в них речь идет об освобождении от уголовной ответственности по различным основаниям.
Кстати, и в этой части имеется возможность совершенствования УК. Например, в ст. 76.1 Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрено освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности в отношении лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью.
Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь (далее – УПК) также не обходит своим вниманием вероятность применения фактически медиативных способов урегулирования уголовно-правовых конфликтов.
Так, ч. 2 ст. 26 УПК содержит указание на перечень преступлений, которые являются делами частного обвинения, возбуждаются лицом, пострадавшим от преступления, его законным представителем или представителем юридического лица и производство по которым подлежит прекращению в случае примирения его с обвиняемым.
Следовательно, здесь достаточно многое может зависеть от медиатора и его профессионализма.
В ч. 3 ст. 26 УПК к делам частного обвинения отнесены также дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 205, ч. 1 ст. 209, ч. 1 ст. 211 и ч. 1 ст. 214 УК, совершенных в отношении лица, пострадавшего от преступления, членами его семьи, близкими родственниками либо иными лицами, которых оно обоснованно считает близкими. Поэтому в соответствии с п. 6 примечаний к главе 24 УК уголовное преследование в отношении этих лиц возбуждается только по заявлению потерпевшего. Значит, и здесь есть дело для медиатора.
В ч. 4 ст. 26 УПК дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 149, ст. 150 – 152, ч. 1 ст. 154, ст. 155, ч. 1 ст. 166, ч. 1 ст. 167, ч. 2 ст. 178, ст. 186, ч. 2 ст. 188, ст. 201, 204, ч. 1 ст. 218, ст. 219, 249, 255, 378 и ч. 1 ст. 384 УК, называются делами частно-публичного обвинения, они возбуждаются не иначе как по заявлению лица, пострадавшего от преступления, его законного представителя или представителя юридического лица. И в этих случаях лучше пригласить медиатора.
Нужно учитывать также, что прокурор вправе возбудить уголовное дело о преступлениях, указанных в ч. 2 и 4 ст. 26 УПК, и при отсутствии заявления лица, пострадавшего от преступления, если они затрагивают существенные интересы государства и общества или совершены в отношении лица, находящегося в служебной или иной зависимости от обвиняемого либо по иным причинам не способного самостоятельно защищать свои права и законные интересы. Дело, возбужденное прокурором, направляется для производства предварительного следствия. Производство по такому делу за примирением лица, пострадавшего от преступления, с обвиняемым в ходе предварительного следствия прекращению не подлежит.
Производство по уголовному делу за примирением лица, пострадавшего от преступления, с обвиняемым и в ходе судебного разбирательства прекращению не подлежит, если прокурор вступил в судебное разбирательство дела о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 26 УПК, и поддерживал обвинение в суде в целях защиты прав граждан, государственных или общественных интересов.
Чтобы не складывалось впечатление, что медиация и примирение возможны только в судебном разбирательстве, нужно обратиться к ст. 29 УПК. Она содержит указание на обстоятельства, исключающие производство по уголовному делу. “Уголовное дело не может быть возбуждено… а по возбужденному делу производство подлежит прекращению:
…за примирением лица, пострадавшего от преступления, с обвиняемым по уголовным делам частного обвинения…”.
Подтверждают эту мысль и нормы ст. 30 УПК. “В соответствии со ст. 86, 87, 88, 89 и 118 Уголовного кодекса Республики Беларусь суд, прокурор или следователь с согласия прокурора вправе прекратить производство по уголовному делу и освободить лицо от уголовной ответственности в связи с:
- применением мер административного взыскания;
- утратой деянием или лицом общественной опасности;
- деятельным раскаянием;
- примирением с потерпевшим”.
Если примирение между лицом, совершившим преступление, и потерпевшим от преступления – это их право, то разъяснить право на примирение – обязанность председательствующего по делу судьи (ст. 318, 427 УПК). Такую же обязанность следует закрепить в уголовно-процессуальном законодательстве для следователя, дознавателя, прокурора.
Имеются для использования медиации в уголовном процессе и программные правовые акты. В Послании о перспективах развития системы судов общей юрисдикции Республики Беларусь, утвержденном Указом Президента Республики Беларусь от 10.10.2011 N 454 “О мерах по совершенствованию деятельности судов общей юрисдикции Республики Беларусь”, прямо указано: “…шире использовать возможности по прекращению производства по уголовным делам на стадии предварительного расследования с освобождением виновных от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим и по другим основаниям, в том числе законодательно предоставив право принимать такие решения следователям с согласия прокурора”.
В УК и УПК при внимательном их исследовании можно обнаружить и иные правовые нормы, где не исключается участие медиаторов с их уникальными возможностями, например назначение наказания в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве (ст. 69-1 УК), назначение наказания при повторности преступлений, не образующих совокупности (ст. 71 УК), осуждение с отсрочкой исполнения наказания (ст. 77 УК), осуждение с условным неприменением наказания (ст. 78 УК), осуждение без назначения наказания (ст. 79 УК). Другое дело, что пока медиатор еще не стал процессуальным лицом в УПК. Будем надеяться, что скоро это произойдет. Но и в настоящее время медиативные навыки могут использовать адвокаты, прошедшие медиативную подготовку. Отметим, что специализированная подготовка медиаторов в уголовном процессе (восстановительная медиация) уже ведется.
В заключение необходимо отметить, что многие из перечисленных правовых норм применяются в настоящее время и могут применяться в будущем и без участия медиаторов. Но даже самые опытные юристы-практики, получившие дополнительное медиативное образование, соглашаются, что специальная медиативная подготовка увеличивает шансы на успех. При этом не нарушаются ни требования закона, ни права участников процесса, ни интересы государства и иных лиц. Наоборот, выигрывают все.