Исполнение внутренних и иностранных арбитражных решений (часть 1)

Заключая арбитражное соглашение, стороны не только подчиняют свой спор юрисдикции определенного международного арбитражного суда, но и признают тем самым для себя обязательность будущего арбитражного решения. В связи с этим сторона, против которой международным арбитражным судом вынесено решение, в добровольном и беспрекословном порядке должна исполнить все содержащиеся в этом решении предписания и в установленный им срок <1>. Однако, как показывает практика, такое случается далеко не всегда, что порождает необходимость принудительной реализации арбитражных решений.

<1> В данном случае имеются в виду арбитражные решения о присуждении — решения, которыми на сторону спора возлагается обязанность совершить определенные действия (или воздержаться от их совершения) в пользу другой стороны конфликта. Арбитражные решения о признании и преобразовании в исполнении как таковом не нуждаются, они реализуются в том смысле, что стороны в своих дальнейших взаимоотношениях исходят из правового положения, установленного решением арбитражного суда.

Международные арбитражные суды не обладают властными полномочиями и не могут обеспечить принудительное исполнение своих решений, тем более на территории другого государства. Поэтому принудительное исполнение арбитражных решений осуществляют компетентные власти государства места нахождения (жительства) обязанной стороны. Исполнение арбитражных решений обычно входит в компетенцию тех органов (служб, структур), которые согласно национальному законодательству занимаются принудительным исполнением постановлений государственных судов и иных юрисдикционных актов.

Вместе с тем одного факта наличия арбитражного решения еще недостаточно для того, чтобы компетентные власти страны начали деятельность по его принудительной реализации: по общему правилу арбитражные решения не обладают непосредственной исполнительной силой. Для придания арбитражному решению исполнительной силы и получения возможности его принудительного исполнения заинтересованному лицу (стороне, в пользу которой вынесено арбитражное решение) необходимо соблюсти определенные условия и процедуры, которые различаются в зависимости от того, идет ли речь об исполнении арбитражных решений, вынесенных на территории данного государства (внутренних арбитражных решений), или арбитражных решений, постановленных за его пределами (иностранных арбитражных решений).

Исполнение внутренних арбитражных решений

Условия и процедура приведения в исполнение внутренних арбитражных решений регулируются национальным законодательством соответствующего государства. В Республике Беларусь этому вопросу посвящена ст. 44 Закона Республики Беларусь от 09.07.1999 N 279-З «О международном арбитражном (третейском) суде» (далее — Закон), которая определяет, какие арбитражные решения следует считать внутренними <2> и в каком порядке они подлежат исполнению.

<2> Непосредственно сам термин «внутренние» в ст. 44 Закона не употребляется, однако исходя из ее смысла и содержания те арбитражные решения, о которых в указанной норме идет речь, следует квалифицировать (за некоторыми исключениями, о которых будет указано ниже) именно таким образом.

К внутренним арбитражным решениям ст. 44 Закона относит «решения постоянно действующего международного арбитражного суда, создаваемого в соответствии с главой 2 настоящего Закона, а также решения международного арбитражного суда для рассмотрения конкретного спора, который находится на территории Республики Беларусь». Как видно, внутренними ст. 44 Закона признает только те арбитражные решения, которые были вынесены арбитражными судами (как институциональными, так и ad hoc), находящимися на территории Республики Беларусь. Аналогичный подход реализован и в ст. 328 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее — ХПК), которая среди подлежащих исполнению актов называет решения международных арбитражных (третейских) судов, находящихся на территории Республики Беларусь. Таким образом, в качестве критерия отнесения арбитражных решений к внутренним законодателем было избрано не место вынесения арбитражного решения (другими словами, место арбитража), а место нахождения арбитражного суда, что вряд ли можно признать удачным решением этого вопроса <3>.

<3> На данную проблему в отечественной литературе уже обращалось внимание (см.: Перерва, И.В. Особенности определения «национальности» арбитражного решения в праве Республики Беларусь / И.В.Перерва // Промышленно-торговое право. — 2006. — N 3. — С. 140 — 149).

С одной стороны, подобное положение вещей неоправданно сужает сферу действия ст. 44 Закона: предусмотренный данной статьей порядок исполнения невозможно распространить на арбитражное решение, которое хотя и вынесено (или считается вынесенным согласно договоренности сторон о месте арбитража <4>) на территории Республики Беларусь, но является решением иностранного арбитражного суда <5>. Причем ситуация усугубляется тем обстоятельством, что такое арбитражное решение не подпадает и под режим исполнения иностранных арбитражных решений, регламентированный ст. 45 Закона, поскольку ст. 45 Закона имеет в виду только те решения иностранного арбитражного суда, которые были вынесены в иностранном государстве <6>.

<4> Выбор сторонами в качестве места арбитража территории определенной страны еще не означает того, что на ее территории непременно будет проходить и фактическое разбирательство спора с вынесением арбитражного решения. Эти действия вполне могут быть совершены и на территории другой страны (стран). Тем не менее арбитражное решение в этом случае все равно будет считаться вынесенным на территории страны, определенной сторонами местом арбитража. Место арбитража — это, скорее, юридический инструмент, с помощью которого стороны выбирают национальное право, применимое к процедуре арбитража, в том числе к арбитражному решению (lex arbitri), нежели реальное место проведения арбитражного разбирательства. Как справедливо было отмечено В.В.Хвалеем, «по сути, место арбитража является юридической фикцией, которая служит для определения lex arbitri, а также компетентного суда, в который может быть обжаловано вынесенное арбитражное решение» (см.: Хвалей, В.В. Как «убить» арбитражное соглашение [Электронный ресурс] / В.В.Хвалей // ИБ «КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск» / ООО «ЮрСпектр». — Минск, 2016).

<5> Такая ситуация может иметь место в том случае, когда местом арбитражного разбирательства по спору, переданному сторонами в иностранный арбитраж (институциональный или ad hoc), была определена территория Республики Беларусь.

<6> Проблема может быть решена только за счет применения положений Конвенции Организации Объединенных Наций «О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений» (заключена в г. Нью-Йорке 10.06.1958) (далее — Нью-Йоркская конвенция), о чем более подробно будет указано при рассмотрении вопроса об исполнении иностранных арбитражных решений.

По нашему мнению, решение иностранного арбитражного суда, вынесенное на территории Республики Беларусь, все-таки более правильно квалифицировать как внутреннее арбитражное решение и исполнять его в соответствующем порядке. Ведь иностранный арбитражный суд, рассматривая на территории Республики Беларусь спор и постановляя по нему решение, должен руководствоваться, по идее, в своей деятельности тем же правовым актом, что и белорусские арбитражные суды, — Законом, поскольку, как уже было отмечено выше, место арбитража определяет применимое к арбитражному разбирательству право <7>. В такой ситуации признавать внутренний характер исключительно за решениями белорусских арбитражных судов и отрицать его в отношении вынесенных на территории Республики Беларусь решений иностранных арбитражей (лишь на том основании, что эти арбитражи организационно находятся за рубежом) представляется не совсем логичным.

<7> Правило о том, что право, применимое к арбитражному разбирательству, определяется местом арбитража, является общепризнанным в теории и практике коммерческого арбитража и отражено на уровне целого ряда международных источников его регулирования. Например, подп. «d» п. 1 ст. V Нью-Йоркской конвенции предусматривает следующее основание к отказу в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения: «состав арбитражного органа или арбитражный процесс не соответствовали соглашению сторон или, при отсутствии такового, не соответствовали закону той страны, где имел место арбитраж». Под соглашением сторон в этой норме понимается договоренность сторон (обычно она находит закрепление в арбитражном соглашении) относительно тех или иных процедурных аспектов проведения арбитражного разбирательства, которые стороны устанавливают по собственному усмотрению (но никак не соглашение о выборе национального права, применимого к процедуре арбитража, подобное соглашение стороны заключать не вправе). Чаще всего стороны или вообще не регулируют своим соглашением процедуру арбитража, или предусматривают в нем лишь какие-то отдельные, наиболее существенные для себя процедурные моменты (например, количество арбитров). Понятно, что в этих случаях в остальной, не урегулированной соглашением сторон части арбитражное разбирательство будет подчиняться, как следует из подп. «d» п. 1 ст. V Нью-Йоркской конвенции, праву страны места арбитража. Но даже если стороны решат своим соглашением достаточно подробно урегулировать процедуру арбитража, следует иметь в виду, что это соглашение не должно противоречить безусловно обязательным для соблюдения нормам национального законодательства об арбитраже, в частности принципу равенства сторон, правилу «компетенции — компетенции», нормам об арбитрабильности споров и др. Таким образом, право страны арбитража имеет определяющее значение для регулирования процедуры арбитражного разбирательства, что на теоретическом уровне находит свое обоснование в процессуальной и смешанной теориях правовой природы арбитража.

Вместе с тем редакция ч. 1 ст. 4 Закона делает несколько проблематичной реализацию указанного правила. Согласно буквальному тексту данной нормы действие Закона распространяется только на арбитражные суды (институциональные и ad hoc), находящиеся на территории Республики Беларусь, к иностранным арбитражным судам, рассматривающим на территории Республики Беларусь споры, Закон с формальной точки зрения неприменим. Представляется, что в этом плане норма ч. 1 ст. 4 Закона требует корректировки.

С другой стороны, отмеченное регулирование дает повод для излишне широкого применения ст. 44 Закона. По буквальному смыслу данной нормы получается, что она допускает исполнение решений белорусского арбитражного суда как внутренних арбитражных решений даже в том случае, когда арбитражное решение было вынесено (согласно избранному сторонами месту арбитража) на территории иностранного государства. Но если арбитражное решение было вынесено за рубежом, значит, арбитражное разбирательство должно было подчиняться арбитражному закону иностранного государства. Поэтому постановленное по результатам такого разбирательства арбитражное решение (даже если оно вынесено белорусским арбитражным судом) в целях защиты национального правового пространства желательно рассматривать как иностранное арбитражное решение и исполнять его в соответствии со ст. 45 Закона.

Таким образом, полагаем, есть предпосылки для того, чтобы изменить предусмотренный ст. 44 Закона подход к определению внутренних арбитражных решений, а именно поставить разрешение этого вопроса в зависимость не от места нахождения арбитражного суда, а от места вынесения арбитражного решения и тем самым признавать арбитражные решения внутренними по критерию их вынесения на территории Республики Беларусь. Помимо этого, ст. 44 Закона целесообразно дополнить указанием на то, что она регулирует исполнение соответствующих арбитражных решений только на территории Республики Беларусь <8>. Отсутствие в ст. 44 Закона подобной оговорки может дать повод думать, что данная статья имеет отношение к процедуре исполнения предусмотренных ею арбитражных решений и за рубежом. В действительности, однако, за рубежом процедура исполнения арбитражных решений, вынесенных на территории Республики Беларусь, определяется национальным законодательством и международными договорами соответствующего иностранного государства.

<8> Это актуально и для ст. 45 Закона.

Согласно ст. 44 Закона внутренние арбитражные решения исполняются в порядке, установленном хозяйственным процессуальным законодательством Республики Беларусь. Хозяйственное процессуальное законодательство относит решения международных арбитражных судов, находящихся на территории Республики Беларусь, к числу актов, подлежащих исполнению, или, как их еще называют в теории, основаниям исполнения (абз. 6 ст. 328 ХПК), вместе с тем допускает их принудительную реализацию лишь при условии выдачи на основании арбитражного решения исполнительного документа — судебного приказа суда, рассматривающего экономические дела (абз. 2 ст. 329 ХПК).

Процедура выдачи исполнительного документа на основании внутреннего арбитражного решения в первоначальной редакции ХПК была урегулирована очень фрагментарно, что порождало на практике ряд сложностей (в частности, было не совсем понятно, распространяется ли на внутренние арбитражные решения процедура признания, предусмотренная для иностранных арбитражных решений; оставался открытым вопрос о сроке для обращения в суд за получением исполнительного документа и др.) <9>. В действующей редакции ХПК указанная процедура получила более подробное регулирование и была включена законодателем в состав нового вида хозяйственного производства, предусмотренного гл. 29 ХПК (порядку выдачи исполнительных документов на основании решений арбитражных судов посвящены ст. 257 — 261 ХПК <10>).

<9> Сысуев, Т.В. Международный коммерческий арбитраж. Общие вопросы признания и исполнения иностранных судебных и арбитражных решений // Международное регулирование внешнеэкономической деятельности / Д.П.Александров [и др.]; под ред. В.С.Каменкова. — М.: Изд-во деловой и учеб. лит.; Минск: Дикта, 2005. — С. 749 — 752.

<10> По правилам ст. 257 — 261 ХПК выдаются исполнительные документы также на основании решений третейских судов и иных арбитражных органов, однако рассмотрение этих вопросов выходит за рамки настоящей работы.

Разрешение вопроса о выдаче исполнительного документа на основании арбитражного решения, как следует из ч. 8 ст. 51, ч. 1 ст. 257 ХПК, относится к компетенции суда, рассматривающего экономические дела, по месту нахождения или месту жительства должника, а если оно неизвестно — по месту нахождения его имущества. Вместе с тем в гл. 29 ХПК не определена родовая подсудность данных дел. Анализ ст. 48 ХПК и постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 24.12.2010 N 12 «О подсудности дел Высшему Хозяйственному Суду Республики Беларусь» позволяет сделать вывод, что дела о выдаче исполнительного документа на принудительное исполнение арбитражного решения подсудны экономическим судам областей (г. Минска).

С заявлением о выдаче исполнительного документа вправе обратиться сторона арбитражного разбирательства, в пользу которой было принято решение арбитражного суда, или ее представитель <11>. Прокурор (ст. 66 ХПК) и государственные органы (ст. 67 ХПК) исходя из содержания ч. 1 ст. 257, ст. 258 ХПК, а также с учетом частноправовой природы арбитража правом на подачу такого заявления, на наш взгляд, не обладают. В силу принципа диспозитивности (ст. 23 ХПК) экономический суд не вправе рассматривать вопрос о выдаче исполнительного документа и по собственной инициативе.

<11> Право на подачу такого заявления ч. 1 ст. 79 ХПК прямо не относит к специальным полномочиям представителя, что, однако, следует считать скорее ошибкой законодателя, нежели результатом целенаправленного регулирования. Поэтому, принимая во внимание абз. 12 и 17 ч. 1 ст. 79 ХПК (регламентирующие близкие к анализируемой ситуации отношения), полагаем, что право на подачу заявления о выдаче исполнительного документа на основании арбитражного решения все-таки следует рассматривать в качестве специального полномочия представителя со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Заявление может быть подано в экономический суд в течение шести месяцев со дня окончания срока для добровольного исполнения арбитражного решения (срок для добровольного исполнения указывается в самом арбитражном решении). По смыслу ч. 6 ст. 257 ХПК срок на подачу заявления имеет процессуальную природу: его соблюдение обусловливает лишь возможность совершения процессуального действия — подачи заявления о выдаче исполнительного документа на основании арбитражного решения — и не оказывает никакого влияния на результат рассмотрения этого заявления по существу. В случае пропуска данного срока по уважительным причинам он может быть восстановлен экономическим судом в соответствии с правилами ст. 138 ХПК. Последствия отказа в восстановлении данного срока ХПК не урегулированы, однако они, на наш взгляд, должны быть идентичны последствиям отказа экономического суда в выдаче исполнительного документа на принудительное исполнение арбитражного решения (об этих последствиях будет указано ниже).

Заявление о выдаче исполнительного документа должно содержать ряд реквизитов: наименование экономического суда, в который подается заявление; наименование, место нахождения и состав международного арбитражного суда; наименование сторон арбитражного разбирательства, их место нахождения или место жительства; номер арбитражного решения, дату и место его вынесения; требование о выдаче исполнительного документа; подпись заинтересованного лица или его представителя.

Кроме того, согласно ч. 4 ст. 257 ХПК к заявлению следует приложить: оригинал или копию арбитражного решения (копия решения институционального арбитражного суда должна быть заверена председателем этого суда, а копия решения арбитражного суда ad hoc — в нотариальном порядке); оригинал или надлежащим образом удостоверенную копию арбитражного соглашения; документ, подтверждающий уплату государственной пошлины (в настоящее время размер государственной пошлины составляет десять базовых величин); доказательства, подтверждающие факт неисполнения арбитражного решения другой стороной; доверенность представителя (если заявление подается через представителя).

Выполнение требования о приложении к заявлению оригинала (копии) арбитражного соглашения может иметь свои особенности в зависимости от того, каким способом было заключено арбитражное соглашение. Так, если арбитражное соглашение было включено в качестве оговорки в гражданско-правовой договор, то к заявлению следует прилагать данный гражданско-правовой договор или его копию. Если арбитражное соглашение было заключено путем обмена сообщениями, то вместе с заявлением должна быть представлена соответствующая переписка (или иного рода сообщения) сторон. Если арбитражное соглашение было заключено путем конклюдентных действий (посредством обращения истца в арбитражный суд и непредставления ответчиком выражений против компетенции арбитражного суда), то существование арбитражного соглашения будут подтверждать арбитражное решение (в той его части, где содержится обоснование компетенции арбитражного суда на рассмотрение дела) и материалы арбитражного производства (например, исковое заявление и отзыв на него).

Факт неисполнения арбитражного решения может подтверждаться различными доказательствами. Выбор конкретного доказательства во многом обусловлен характером тех действий, которые должник обязан совершить в пользу взыскателя. Так, если арбитражным решением с должника были взысканы денежные средства, то факт неисполнения арбитражного решения будет подтверждать документ банка, обслуживающего взыскателя, об отсутствии поступлений на банковский счет взыскателя денежных средств от должника. Если должник был присужден к иным действиям (помимо передачи денежных средств), то доказательством неисполнения арбитражного решения может являться переписка сторон по вопросу реализации решения. В качестве доказательств могут выступать также фотографии, видеозаписи определенной местности, объекта и т.п., если, например, на должника была возложена обязанность по осуществлению строительных или других работ.

По смыслу ч. 7 ст. 257 ХПК вопрос о принятии заявления к рассмотрению должен быть решен экономическим судом в пятидневный срок со дня поступления заявления. Несоблюдение требований, предъявляемых к заявлению <12>, а также подача заявления по истечении установленного шестимесячного срока <13> влекут возврат заявления подавшему его лицу. О возвращении заявления экономическим судом выносится определение, которое может быть обжаловано в апелляционном порядке.

<12> Сложно согласиться с законодателем в том, что несоблюдение предъявляемых к заявлению требований должно влечь его возврат. Представляется, что правильнее было бы оставлять заявление без движения, а возвращать его лишь в том случае, если соответствующие недостатки не будут устранены лицом в установленный судом срок.

<13> В гл. 29 ХПК не урегулирован вопрос о последствиях обнаружения экономическим судом пропуска шестимесячного срока для подачи заявления уже после принятия заявления к рассмотрению. Полагаем, что в этом случае суду следует разъяснить лицу его право заявить ходатайство о восстановлении указанного срока. Если такое ходатайство лицом будет заявлено и удовлетворено судом, разбирательство дела должно продолжиться в обычном порядке. Если же ходатайство не последует или в его удовлетворении будет отказано, заявление о выдаче исполнительного документа рассматриваться по существу не может (поскольку срок для подачи данного заявления имеет процессуальный характер) и процесс должен быть завершен или в форме прекращения производства по делу (ст. 149 ХПК), или в форме оставления заявления без рассмотрения (ст. 151 ХПК). Правда, проблема заключается в том, что ни ст. 149 ХПК, ни ст. 151 ХПК не предусматривают такого основания для завершения процесса, как пропуск срока для подачи заявления о выдаче исполнительного документа. Представляется, что этот пробел должен быть законодателем устранен, а до того момента, как это произойдет, к описанной ситуации возможно применение по аналогии норм ст. 149 или ст. 151 ХПК.

Если заявление принято к рассмотрению, то в силу предписаний ст. 217 ХПК дальнейшее производство по нему осуществляется экономическим судом по всем общим правилам хозяйственного процесса с учетом особенностей, предусмотренных гл. 29 ХПК. Так, согласно ч. 1 ст. 259 ХПК заявление о выдаче исполнительного документа подлежит рассмотрению единолично судьей экономического суда в срок не позднее одного месяца со дня поступления этого заявления в суд.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству по ходатайству участвующих в деле лиц судья может истребовать из международного арбитражного суда материалы соответствующего дела. Представляется, что с учетом ч. 8 ст. 84, ч. 7 ст. 100 ХПК судья вправе истребовать материалы дела и по собственной инициативе, если это необходимо в целях выявления оснований для отказа в выдаче исполнительного документа, предусмотренных ч. 2 ст. 260 ХПК.

Заявление подлежит рассмотрению в судебном заседании. О времени и месте заседания должны быть извещены стороны арбитражного разбирательства. Их неявка, при условии что они были извещены надлежащим образом, не препятствует рассмотрению заявления по существу.

В ч. 4 ст. 259 ХПК говорится, что экономический суд в судебном заседании «устанавливает наличие или отсутствие оснований для выдачи исполнительного документа… предусмотренных статьей 260 настоящего Кодекса». Данная формулировка закона является не совсем верной, поскольку ст. 260 ХПК предусматривает основания не для выдачи, а для отказа в выдаче исполнительного документа. Следовательно, в судебном заседании судья должен устанавливать наличие или отсутствие оснований именно для отказа в выдаче исполнительного документа, предусмотренных ст. 260 ХПК.

Указанные основания делятся на две группы: 1) основания, которые могут быть установлены исключительно по инициативе той стороны, против которой было вынесено арбитражное решение, и подлежат доказыванию ею (ч. 1 ст. 260 ХПК), и 2) основания, которые могут быть установлены по инициативе самого экономического суда (ч. 2 ст. 260 ХПК). Основания первой группы носят частный характер, а основания второй группы — публичный <14>. Помимо этого, ч. 3 ст. 260 ХПК допускает возможность отказа в выдаче исполнительного документа также по иным основаниям, предусмотренным законодательными актами Республики Беларусь, однако, как справедливо отмечалось в литературе <15>, такие основания в настоящее время отсутствуют.

<14> Данилевич, А.С. Международный коммерческий арбитраж: курс лекций: в 2 ч. / А.С.Данилевич. — Минск: Акад. упр. при Президенте Респ. Беларусь, 2006. — Ч. 2. — С. 164 — 165.

<15> Там же. — С. 165 — 166.

В целом предусмотренные ст. 260 ХПК основания для отказа в выдаче исполнительного документа практически полностью совпадают с основаниями к отмене арбитражных решений (ст. 43 Закона) и основаниями к отказу в признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (ст. V Нью-Йоркской конвенции). Поэтому мы не будем на них подробно останавливаться и обратим внимание лишь на некоторые особенности.

Согласно абз. 6 ч. 1 ст. 260 ХПК отказ в выдаче исполнительного документа допускается на том основании, что арбитражное решение еще не стало обязательным для сторон арбитражного разбирательства или его исполнение было приостановлено судом, рассматривающим экономические дела. Между тем практически применить данное основание не представляется возможным. Согласно ч. 3 ст. 41 Закона решение международного арбитражного суда вступает в законную силу, т.е. становится обязательным для сторон, с момента его вынесения. Что же касается приостановления исполнения арбитражного решения, то таким полномочием суды, рассматривающие экономические дела, не наделены.

Абзац 3 части 2 статьи 260 ХПК содержит довольно необычную для отечественного коммерческого арбитража формулировку: решение международного арбитражного суда нарушает основополагающие принципы права Республики Беларусь (для сравнения: ст. 43 Закона и ст. V Нью-Йоркской конвенции в аналогичной норме используют выражение «противоречит публичному порядку»). Поскольку действующее законодательство не содержит дефиниции или перечня основополагающих принципов права Республики Беларусь, реализация нормы абз. 3 ч. 2 ст. 260 ХПК может быть сопряжена с определенными трудностями.

Дискуссионным является вопрос о том, может ли служить основанием для отказа в выдаче исполнительного документа факт исполнения арбитражного решения должником. С одной стороны, в ст. 260 ХПК такое основание отсутствует, с другой — ч. 4 ст. 257 ХПК требует от заявителя представления доказательств неисполнения должником арбитражного решения. По нашему мнению, если в судебном заседании будет достоверно установлено, что арбитражное решение обязанной стороной исполнено, экономический суд применительно к ч. 3 ст. 260 ХПК вправе отказать в выдаче исполнительного документа на принудительное исполнение арбитражного решения, т.к. выдавать исполнительный документ в описанной ситуации уже не имеет никакого смысла.

В судебном заседании судья не вправе исследовать какие-либо иные обстоятельства, помимо оснований к отказу в выдаче исполнительного документа, в частности, судья не может проверять правильность арбитражного решения по существу.

Наличие (отсутствие) оснований для отказа в выдаче исполнительного документа устанавливается судом с помощью представленных сторонами доказательств, при этом в силу ч. 1 ст. 260 ХПК основное бремя доказывания несет сторона, против которой было вынесено арбитражное решение (что же касается заявителя, то доказывание им осуществляется фактически лишь постольку, поскольку это необходимо для опровержения доказательств, представленных должником). Вместе с тем, как уже отмечалось выше, доказательства могут быть истребованы и самим экономическим судом.

Определение экономического суда, вынесенное ранее по делу об обжаловании арбитражного решения, при рассмотрении заявления о выдаче исполнительного документа на основании этого арбитражного решения будет иметь согласно ч. 2 ст. 106 ХПК преюдициальное значение <16>. Если же производство по делу об обжаловании арбитражного решения еще не завершено, то, как указано в ч. 5 ст. 259 ХПК, рассмотрение заявления о выдаче исполнительного документа на основании такого арбитражного решения может быть по ходатайству заявителя отложено с возложением на противную сторону обязанности предоставить надлежащее обеспечение <17>. Представляется, однако, что в этой ситуации более правильно было бы приостанавливать производство по делу в соответствии с абз. 2 ст. 145 ХПК.

<16> Хозяйственный процессуальный кодекс Республики Беларусь: науч.-практ. коммент. / А.Д.Авдеев [и др.]; под общ. ред. В.С.Каменкова, И.Н.Колядко. — Минск: ГИУСТ БГУ, 2006. — С. 452 — 453.

<17> Аналогичные последствия ч. 5 ст. 259 ХПК предусматривает и для случая, когда в производстве суда, рассматривающего экономические дела, находится ходатайство о приостановлении исполнения соответствующего арбитражного решения. Однако в этой части указанная норма не может быть реализована, поскольку, как уже отмечалось, суды, рассматривающие экономические дела, не обладают правом приостанавливать исполнение арбитражных решений.

По результатам рассмотрения заявления экономический суд выносит определение, которое помимо реквизитов, указанных в ст. 213 ХПК, должно содержать: сведения о наименовании и составе международного арбитражного суда; наименования сторон арбитражного разбирательства; сведения об арбитражном решении; предписание о выдаче либо об отказе в выдаче исполнительного документа. Определение может быть обжаловано в апелляционном порядке.

В случае удовлетворения требований заявителя экономический суд выдает на основании арбитражного решения судебный приказ, который подлежит исполнению по правилам раздела IV ХПК <18>. Если в выдаче исполнительного документа отказано, то такой отказ не препятствует повторному обращению в международный арбитражный суд за разрешением спора при условии, что возможность такого обращения не утрачена (ч. 3 ст. 261 ХПК). Выражение «возможность такого обращения не утрачена» с учетом содержания ч. 4 ст. 261 ХПК необходимо трактовать следующим образом: арбитражное соглашение является действительным, исполнимым, продолжает действовать и однозначно относит рассмотрение соответствующего спора к компетенции указанного в арбитражном соглашении международного арбитражного суда. В противном случае (если хотя бы одно из этих условий не соблюдается) за разрешением спора заинтересованному лицу надлежит обращаться в суд, рассматривающий экономические дела.

<18> Пробелом действующего законодательства является вопрос о сроке, в течение которого может быть предъявлен к принудительному исполнению судебный приказ, выданный на основании арбитражного решения. Указанный в ч. 1 ст. 337 ХПК срок, на наш взгляд, имеет отношение к исполнению только постановлений государственных судов: под судебным постановлением, о котором говорится в ч. 1 ст. 337 ХПК, подразумевается именно то судебное постановление, которым спор сторон экономическим судом был разрешен по существу, а не судебное постановление, которым была санкционирована выдача судебного приказа на основании арбитражного решения, поскольку срок на предъявление к принудительному исполнению исполнительного документа всегда отсчитывается с момента вступления в законную силу основного юрисдикционного акта, т.е. юрисдикционного акта, ликвидирующего конфликт сторон. В рассматриваемом случае таким основным юрисдикционным актом является арбитражное решение, но о нем в ст. 337 ХПК не говорится ни слова.