Первые упоминания о деньгах содержатся в глиняных табличках, найденных в развалинах Урарту, одного из древнейших среди известных в настоящее время государств планеты, и составленных за 3700 лет до н.э. В них речь идет о серебряных слитках, которыми рассчитывались за покупки [1, с. 45].
Как свидетельствует история, первые сведения о монетарном фальшивомонетничестве датируются VIII – VII веками до н.э. Уже через несколько лет после появления в античном государстве Лидия и ионических городах Малой Азии (около 700 года до н.э.) монет в них обнаружили снижение содержания золота при той же номинальной стоимости. Изначально фальшивомонетчиками были кузнецы, которые из благородного металла чеканили поддельные монеты [2, с. 10].
Во все времена фальшивомонетничество относилось к числу тяжких преступлений и, как следствие, за его совершение устанавливалось строгое наказание. Например, в Афинском государстве еще в 594 году до н.э. впервые в мировой истории законом о фальшивомонетничестве предусматривалась смертная казнь [2, с. 11].
Памятники русского уголовного права IX – XVI веков не знали такого преступления, как подделка монеты, поскольку “монетной регалии тогда не существовало (орудиями обращения были металлы по весу); можно предположить тогда только особый надзор государства за частными производителями денег, которые и подвергались наказанию за выпуск их ниже установленной пробы” [3, с. 345].
Самое раннее упоминание о русских “денежных ворах” можно найти в Новгородской летописи: в 1447 году был изобличен некий Федор Жеребец, который изготавливал гривны из неполноценного сырья [16, с. 7 – 8].
Известные практические узаконения и исследования о подделке монеты начинаются примерно с XVI века. Так, в принятом Статуте Великого княжества Литовского 1566 года, который действовал и на территории современной Беларуси, за подделку денег предусматривалась смертная казнь: “Тежъ хтобы монету нашу фалыповал и безъ воли нашое перепрацовывал и обрезовалъ, так тежъ мындзаре наши, которые золото и серебро и иншую матерею належачую и прислухаючую мындзе фальшовали бы зливали и мешали ку пожитку своему а ку шкоде Речи Посполитое, а то бы се на нихъ досведчано, тые мають быти огнемъ караны без милосердья” (раздел 1, артикул 13 вышеназванного Статута) [4, с. 56 – 57].
Ничего не изменилось и с принятием одного из самых демократичных законов того времени – Статута Великого княжества Литовского 1588 года (далее – Статут 1588 года): и в нем за подделку денег предусматривалась смертная казнь (раздел 1, артикул 17 Статута 1588 года) [15, с. 9]. Жестокость наказания (об этом свидетельствовал способ смертной казни – заливание горла виновного расплавленным оловом) обусловливалась опасностью вреда, причиняемого фальшивомонетничеством денежной системе государства. При этом наказание выступало не только возмездием за совершенное преступление, но и средством устрашения возможных преступников (наказание приводили в исполнение публично, в присутствии многих людей).
Следует отметить, что Статут 1588 года оставался одним из главных нормативных актов, регулирующих большинство общественных отношений на территории Беларуси, почти до середины XIX века. Даже после присоединения Беларуси к Российской империи (конец XVIII века) Статут 1588 года продолжал действовать. Действие его было окончательно отменено лишь 15 июня 1840 г., когда на территории Беларуси начали применяться уголовные нормы Свода законов Российской империи 1832 года [18, с. 445 – 446].
В Соборном Уложении 1649 года (далее – Уложение 1649 года) в главе “О денежных мастерах, которые учнут делать воровские деньги” устанавливался единый вид казни – заливание горла оловом без различия собственно фальшивомонетничества, пособничества и укрывательства. Уложение 1649 года приравнивало к этому преступлению мошенническую примесь в изделии из благородных металлов мастерами золотых и серебряных дел (глава V, артикулы 1 – 2 Уложения 1649 года) [13, с. 91]. Именно в Уложении 1649 года была закреплена монополия государства на чеканку монеты, которая с этого времени стала относиться исключительно к доходным статьям государства, а монетное дело было передано в приказ Большой казны как органа Центрального финансового управления Московского государства [13, с. 269].
В Петровскую эпоху по законодательству полагалась смертная казнь за перемену чекана монеты и примешивание менее ценного металла. В период царствования Екатерины II фальшивомонетничество также наказывалось смертной казнью, которая лишь в редких случаях заменялась вечной каторгой [20, с. 10, 21].
Возможность замещения золота и серебра в функции денег как средства обращения, развитие экономики и финансовых институтов нашли свое отражение в появлении бумажных денег.
С выпуском бумажных денег возникла новая разновидность фальшивомонетничества, начал формироваться и новый тип фальшивомонетчика.
Несомненно, более высокий технологический уровень изготовления бумажных денежных знаков требовал соответствующей общеобразовательной и профессиональной подготовки изготовителей фальшивых денег. Эта взаимосвязь прослеживается и в дальнейшем: фальшивомонетчики оперативно осваивали и продолжают осваивать новые технологии изготовления денежных знаков. Как следствие, меняются и совершенствуются меры, направленные на борьбу с подделкой денег и ценных бумаг.
Так, начиная с первой половины XIX века на обороте билетов Депозитной кассы Государственного коммерческого банка появилась запись: “За подделку их (билетов. – Ю.Н.) поступать по тем же узаконениям, какие существуют на счет подделки Государственных бумаг” <1>. На первых государственных кредитных билетах запись гласила: “Подделка Кредитных билетов подвергает виновных наказаниям, законами определенными”. Впоследствии она была изменена: “За подделку Кредитных билетов виновные подвергаются лишению всех прав состояния и ссылке в каторжные работы” [10, с. 191].
<1> Здесь и далее стиль и орфография сохранены.
Во второй половине XIX века, особенно после отмены крепостного права в 1861 году, в России стремительно развиваются капиталистические отношения. Основным источником уголовных законоположений вплоть до октября 1917 г. оставалось Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года (в редакции 1866 и 1885 годов) (далее – Уложение 1845 года), введенное в действие с 1 мая 1846 г. [18, с. 446].
Ответственность за фальшивомонетничество предусматривалась главой “О нарушении уставов монетных” Уложения 1845 года, которая находилась в разделе “О преступлениях и проступках против имущества и доходов казны”. Глава состояла из двух частей (“О подделке и уменьшении достоинства монеты, противозаконном переливе, привозе и вывозе оной” и “О подделке государственных кредитных бумаг”) [19, с. 170 – 176].
Статья 588 Уложения 1845 года предусматривала уголовную ответственность за подделку золотых, серебряных, платиновых и медных российских монет. За совершение указанных противоправных действий виновные подвергались лишению всех прав состояния и ссылке в каторжные работы на срок от восьми до десяти лет.
Аналогичная ответственность была установлена за ввоз на территорию России из-за границы поддельной российской монеты (ст. 595 Уложения 1845 года).
Не менее сурово преследовались подделка и выпуск в обращение фальшивых государственных кредитных билетов, ассигнаций, билетов государственного казначейства, депозитных билетов и всяких билетов кредитных установлений, “имеющих в общем обращении достоинство денег” (ст. 604 Уложения 1845 года).
При этом закон дифференцировал уголовную ответственность в зависимости от способа подделки кредитных бумаг. За подделку самой бумаги и рисунков механическими средствами, а также за увеличение достоинства банковских билетов виновные подвергались лишению всех прав состояния и ссылке в каторжные работы на срок от восьми до десяти лет. За подделку кредитных бумаг на простой бумаге посредством рисования тоже была предусмотрена уголовная ответственность, однако срок ссылки в каторжные работы был установлен от шести до восьми лет.
Следует особо отметить, что в Уложении 1845 года впервые в истории русского уголовного права за подделку, ввоз на территорию государства и выпуск в обращение фальшивых иностранных монет (ст. 590, 597 Уложения 1845 года), фальшивых ассигнаций и билетов иностранных кредитных установлений (ст. 610 Уложения 1845 года) была предусмотрена ответственность, хотя и более мягкая, чем за подделку российской валюты. За совершение указанного преступления виновные подвергались лишению всех прав состояния и ссылке на срок от четырех до шести лет.
Установление уголовной ответственности за изготовление и выпуск в обращение иностранных монет и кредитных бумаг было обусловлено расширением экономических связей России с другими государствами в результате развития капиталистических отношений: в новых условиях необходимо было обеспечить надежность разнообразных торговых сделок, при совершении которых использовалась иностранная валюта.
В марте 1903 г. было утверждено Уголовное уложение, которое должно было постепенно заменить Уложение 1845 года. Однако судьба Уголовного уложения была сложной. В течение трех лет в действие были введены лишь четыре главы: “О бунте против Верховной власти…”, “О государственной измене”, “О смуте” и “О нарушении оберегающих веру постановлений” [18, с. 449].
Одним из последствий Первой мировой войны и событий 1917 года для России стало разрушение ее денежной системы. Новая власть взяла курс на отказ от денег, опираясь на положение марксистской политэкономии об отмирании роли денег в социалистическом обществе. В связи с этим снизилась и волна фальшивомонетничества [20, с. 23 – 24].
Гражданская война, подорвавшая экономику страны, привела к появлению множества квазиденег – денежных суррогатов, которые выпускались в обращение всеми местными органами власти. Подделка таких денег также не заставила себя ждать. В связи с этим указание на наказуемость этого деяния “по законам революционного времени” имеется в ряде декретов о выпуске в обращение новых денежных знаков РСФСР и некоторых декретах о подсудности революционных трибуналов. А Декрет Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета от 20.06.1919 “Об изъятии из общей подсудности в местностях, объявленных на военном положении” устанавливает, что Всероссийской Чрезвычайной Комиссии и Губернским Чрезвычайным Комиссиям принадлежит право непосредственной расправы (вплоть до расстрела) за подделку денежных знаков [11].
В первом кодифицированном акте советского уголовного права – Уголовном кодексе РСФСР 1922 года (УК РСФСР), который действовал и на территории БССР, уголовная ответственность за подделку денег устанавливалась ст. 85 [14, с. 126 – 127]. УК РСФСР действовал в БССР без официального указания с 1 июня 1922 г. Лишь 24 июня 1922 г. III сессия Центрального Исполнительного Комитета БССР приняла постановление о распространении его действия на всю территорию БССР с 1 июня 1922 г. С 1924 года УК РСФРС стал официально называться Уголовным кодексом БССР (УК БССР 1924 года) [6, с. 269].
В соответствии с ч. 1 ст. 85 УК БССР 1924 года наказуемой являлась подделка денежных знаков, государственных процентных бумаг, марок и других знаков оплаты, если она совершалась в виде промысла. Под промыслом понималось систематическое изготовление денежных знаков и ценных бумаг, ставшее постоянным или временным, основным или дополнительным существенным источником доходов. За совершение этого преступления предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок не ниже двух лет.
Частью 2 ст. 85 УК БССР 1924 года устанавливалась повышенная уголовная ответственность за совершение действий, указанных в ч. 1 ст. 85 УК БССР 1924 года, по предварительному соглашению нескольких лиц: вплоть до высшей меры социальной защиты – расстрела, с понижением при смягчающих обстоятельствах до лишения свободы на срок не ниже трех лет.
Наказывалась и подделка мандатов, удостоверений и иных предоставляющих льготы или освобождающих от повинности документов (ч. 3 ст. 85 УК БССР 1924 года). За совершение подобных противоправных действий виновные подлежали наказанию в виде лишения свободы на срок не ниже одного года.
Таким образом, ответственность за все названные деяния устанавливалась как за наиболее опасные: был определен низший предел наказания.
Наказание за данные преступления назначалось в виде лишения свободы со строгой изоляцией (применялось лишь к лицам, не принадлежащим к классу трудящихся и совершившим преступление в силу классовых привычек, взглядов или интересов, а равно к лицам, принадлежащим к трудящимся, но признанным особо опасными для республики). Наказание сопровождалось полной или частичной конфискацией имущества.
В 1922 – 1924 годах в СССР была проведена денежная реформа, в ходе которой в обращение был выпущен ряд новых денежных знаков: государственные казначейские билеты, денежные (казначейские) боны, а также заготовленные ранее серебряные и медные монеты [10, с. 128 – 130]. В связи с появлением новых денежных знаков возникла необходимость установления уголовной ответственности за их подделку.
В 1926 году был принят новый Уголовный кодекс РСФСР (далее – УК 1926 года). Статьей 59-8 УК 1926 года была криминализирована “простая” (при отсутствии признаков промысла и предварительного соглашения) подделка металлической монеты, государственных казначейских билетов, денежных бон, банковских билетов Государственного банка и государственных ценных бумаг. Указанная ответственность была введена, вероятно, вследствие того, что участились случаи подделки денежных знаков и ценных бумаг, совершаемые не в виде промысла и без предварительного соглашения, однако в совокупности причинявшие значительный финансовый ущерб государству. Карались подобные действия лишением свободы на срок не ниже трех лет (ч. 1 ст. 59-8 УК 1926 года).
Промысел наряду с предварительным соглашением нескольких лиц стал выступать в качестве квалифицирующего признака преступления (в соответствии с ч. 2 ст. 59-8 УК 1926 года подделка национальной валюты и ценных бумаг, если она была учинена по предварительному соглашению нескольких лиц или в виде промысла, каралась в отношении всех участников и пособников расстрелом).
В 1927 году была декриминализирована (видимо, как не оправдавшая себя) “простая” подделка.
Частью 1 ст. 59-8 УК 1926 года в новой редакции устанавливалась уголовная ответственность лишь за подделку или сбыт в виде промысла поддельной металлической монеты, государственных казначейских билетов, билетов Государственного банка, государственных ценных бумаг, а также иностранной поддельной валюты. За совершение подобных действий был предусмотрен расстрел с допущением при смягчающих обстоятельствах понижения до лишения свободы со строгой изоляцией на срок не ниже двух лет (ч. 1 ст. 59-8 УК 1926 года в новой редакции). Часть 2 ст. 59-8 УК 1926 года в новой редакции предусматривала ответственность за совершение указанных действий в отношении знаков почтовой оплаты, билетов железнодорожного и водного транспорта, других проездных документов, дающих право на провоз грузов, устанавливая наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет.
Новая редакция нормы об ответственности за фальшивомонетничество восполнила пробелы прежнего законодательства. Во-первых, за сбыт поддельных денежных знаков и ценных бумаг устанавливалась ответственность как за самостоятельное преступление. Ранее сбыт фальшивок не самим изготовителем, а другими лицами квалифицировался как соучастие в их подделке. Во-вторых, было включено прямое указание о наказуемости подделки иностранной валюты [20, с. 27], известное законодательству царской России и других государств и готовившееся к включению в Международную конвенцию по борьбе с подделкой денежных знаков (заключена в г. Женеве 20.04.1929) (далее – Конвенция).
До 1928 года данные уголовно-правовые акты РСФСР применялись и на территории БССР. Лишь 23 сентября 1928 г. III сессия Центрального Исполнительного Комитета БССР VIII созыва приняла свой собственный Уголовный кодекс (далее – УК БССР 1928 года), который был введен в действие с 15 ноября 1928 г. [12].
Статьей 85 УК БССР 1928 года была дополнительно установлена ответственность за подделку в виде промысла чеков, документов на денежные вклады и вклады в ценных бумагах, а также свидетельств по денежным аккредитивам. За такие деяния предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок не ниже двух лет [7].
Конвенция предусматривала более широкий перечень уголовно наказуемых действий, составляющих объективную сторону фальшивомонетничества, по сравнению с национальным уголовным законодательством. Однако никаких изменений и дополнений в статью УК БССР 1928 года о фальшивомонетничестве после этого не было внесено.
В принятом Законе СССР от 25.12.1958 “Об уголовной ответственности за государственные преступления” (далее – Закон 1958 года) законодатель, предусмотрев состав подделки денег и сбыта поддельных денег в ст. 24, следующим образом сформулировал состав рассматриваемого преступления: “Изготовление с целью сбыта, а также сбыт поддельных государственных казначейских билетов, билетов Государственного банка СССР, металлической монеты, государственных ценных бумаг или иностранной валюты”. Таким образом, в статье содержалась специальная оговорка о цели изготовления поддельных денежных знаков ценных бумаг (изготовление с целью сбыта). Ранее в уголовном законодательстве не было указания на специальную цель, что приводило к расширительному толкованию нормы об уголовной ответственности за фальшивомонетничество [8, с. 244].
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 05.05.1961 “Об усилении борьбы с особо опасными преступлениями” было допущено применение смертной казни (расстрела) за изготовление с целью сбыта или сбыт поддельных денег и ценных бумаг, совершенные в виде промысла. В связи с этим в ст. 24 Закона 1958 года была включена ч. 2, предусматривающая ответственность за изготовление с целью сбыта и сбыт поддельных денег или ценных бумаг, совершенные в виде промысла [8, с. 245].
Статья 24 Закона 1958 года была введена со всеми упомянутыми изменениями и дополнениями в уголовные кодексы союзных республик (например, ст. 84 Уголовного кодекса БССР 1960 года (далее – УК БССР 1960 года)).
Обретение Республикой Беларусь суверенитета в 1991 году повлекло изменения в законодательном определении признаков фальшивомонетничества и характере его наказуемости.
Законом Республики Беларусь от 15.06.1993 N 2401-XII “О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Беларусь” были предусмотрены три альтернативных противоправных деяния, за которые наступала уголовная ответственность: изготовление, хранение с целью сбыта либо сбыт поддельных денежных знаков, находящихся в обращении на территории Республики Беларусь, монет, государственных или иных ценных бумаг либо иностранной валюты и ценных бумаг в иностранной валюте [5, с. 69].
В перечень преступных действий было дополнительно включено хранение поддельных денежных знаков, монет или ценных бумаг с целью их сбыта. Посредством введения понятия “ценные бумаги в иностранной валюте” был расширен предмет фальшивомонетничества. Кроме того, из ст. 84 УК БССР 1960 года исключалось указание на промысел как обстоятельство, отягчающее ответственность. Вместо этого в ч. 2 статьи 84 УК БССР были введены такие квалифицирующие признаки, как повторность и совершение преступления группой лиц.
Согласно действующему Уголовному кодексу Республики Беларусь (далее – УК) уголовная ответственность за фальшивомонетничество предусмотрена ст. 221. Наказуемыми являются изготовление или хранение с целью сбыта либо сбыт поддельной официальной денежной единицы Республики Беларусь (национальной валюты), государственных или иных ценных бумаг, номинированных в национальной валюте, иностранной валюты или ценных бумаг, номинированных в иностранной валюте.
Ранее в качестве предмета фальшивомонетничества выступали поддельные денежные знаки (расчетные (банковские) билеты Национального банка Республики Беларусь) и монеты, находящиеся в обращении на территории Республики Беларусь [17, с. 56].
Современное законодательство к предмету рассматриваемого преступления относит официальную денежную единицу Республики Беларусь (национальную валюту), представленную в виде денежных знаков, как находящихся в обращении, так и изъятых или изымаемых из обращения, но подлежащих обмену [9, с. 278], а также памятные банкноты, юбилейные и памятные монеты, слитковые (инвестиционные) монеты из драгоценных и недрагоценных металлов.
Действующая редакция ч. 2 ст. 221 УК не содержит такой квалифицирующий признак, как совершение преступления группой лиц. На наш взгляд, законодатель принял правильное решение, поскольку, как свидетельствует статистика, около половины преступлений этого вида совершаются в группе.
Одновременно в диспозицию ч. 2 ст. 221 УК введены два квалифицирующих признака: совершение преступления организованной группой и совершение преступления в особо крупном размере (в связи с повышенной общественной опасностью таких деяний).
Уголовная ответственность по сравнению с УК БССР 1960 года смягчена за счет введения наказания в виде ограничения свободы.
Следует отметить, что все описанные уголовные законы, устанавливающие ответственность за фальшивомонетничество, принимались в соответствующих исторических и социально-экономических условиях. Каждый из них предоставлял в распоряжение органов уголовного преследования и суда набор уголовно-правовых средств для борьбы с названным преступлением. В результате совершенствования указанного законодательства сформировалась система действующих в настоящее время в республике норм, определяющая основания и условия уголовной ответственности за совершение рассматриваемого преступления.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
1. Бурлачков, В. Денежная теория: исходные положения и направления развития / В.Бурлачков // Банкаўскi веснiк. – 2004. – N 31. – С. 45 – 51.
2. Вермуш, Г. Аферы с фальшивыми деньгами: из истории подделки денежных знаков / Г.Вермуш. – М.: Междунар. отношения, 1990. – 218 с.
3. Владимирский-Буданов, М.Ф. Обзор истории русского права / М.Ф.Владимирский-Буданов. – Ростов н/Д: Феникс, 1995. – 639 с.
4. Доўнар, Т.I. Статут Вялiкага княства Лiтоўскага 1566 года / Т.I.Доўнар, У.М.Столiн, Я.А.Юхо; рэдкал.: Т.I.Доўнар [i iнш.]. – Мiнск: Тэсей, 2003. – 352 с.
5. Комментарий к Уголовному кодексу Республики Беларусь (изм. и доп. 1993 – 1994 гг.) / С.Е.Данилюк, А.И.Лукашов, Э.А.Саркисова. – Минск: Репринт, 1994. – 240 с.
6. Крымiнальнае права Беларусi (закон, злачынства, адказнасць): навук. дапам. / А.У.Баркоў [i iнш.]; пад рэд. А.У.Баркова. – Мiнск: Завiгар, 1997. – 287 с.
7. Крымiнальны кодэкс Беларускай ССР: афiц. тэкст са зменамi на 1 мая 1957 г. i з дадаткамi сiстэматыз. матэрыялаў. – Мiнск: Дзярж. выд-ва БССР, 1957. – 297 с.
8. Курс советского уголовного права: в 6 т. / редкол.: А.А.Пионтковский [и др.]. – М.: Наука, 1970 – 1971. – Т. 4: Часть особенная. Государственные преступления и преступления против социалистической собственности. – 432 с.
9. Лукашов, А.И. Уголовный кодекс Республики Беларусь: сравн. анализ и коммент. / А.И.Лукашов, Э.А.Саркисова. – Минск: Тесей, 2000. – 672 с.
10. Малышев, А.И. Бумажные денежные знаки России и СССР / А.И.Малышев, В.И.Таранков, И.Н.Смиренный; под ред. В.И.Таранкова. – М.: Финансы и статистика, 1991. – 492 с.
11. Об изъятии из общей подсудности в местностях, объявленных на военном положении: Декрет Всерос. Центр. Исполн. Комитета, 20 июня 1919 г. // Собр. узаконений и распоряжений Рабочего и Крестьянского правительства. – 1919. – N 27. – Ст. 301.
12. Об утверждении и введении в действие Уголовного Кодекса БССР в редакции 1928 г.: постановление Центр. Исполн. Комитета БССР // Собр. законов и распоряжений рабоче-крестьян. правительства БССР. – 1928. – Отд. 1. – N 30. – Ст. 287.
13. Российское законодательство X – XX веков: тексты и коммент.: в 9 т. / под общ. ред. О.И.Чистякова. – М.: Юрид. лит., 1984 – 1994. – Т. 3: Акты Земских соборов. – 511 с.
14. Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР, 1917 – 1952 гг. / под ред. И.Т.Голякова. – М.: Госюриздат, 1953. – 463 с.
15. Статут Вялiкага княства Лiтоўскага 1588 года: Тэксты. Давед. Каментар. / рэдкал.: I.П.Шамякин (гал. рэд.) [i iнш.]. – Мiнск: БелСЭ, 1989. – 573 с.
16. Тарасов, А.Д. Фальшивомонетчики в России / А.Д.Тарасов. – М.: Олимп: Аст, 1998. – 476 с.
17. Уголовное право Республики Беларусь. Особенная часть: учеб. и практ. пособие / С.Е.Данилюк [и др.]; под общ. ред. А.И.Лукашова. – Минск: Тесей, 1997. – 576 с.
18. Уголовное право. Общая часть: учеб. / Н.А.Бабий [и др.]; под ред. В.М.Хомича. – Минск: Тесей, 2002. – 496 с.
19. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. – СПб.: Типография 2-го Отделения Собств. Его Императорского Величества канцелярии, 1845. – 592 с.
20. Фальшивые деньги (фальшивомонетничество) / В.Д.Ларичев [и др.]; под ред. В.Д.Ларичева. – М.: Экзамен, 2002. – 384 с.