Анализ практики расторжения инвестиционного договора

Согласно п. 18 Положения о порядке заключения, изменения, прекращения инвестиционных договоров с Республикой Беларусь, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 06.08.2011 N 1058 «О мерах по реализации Декрета Президента Республики Беларусь от 6 июня 2011 г. N 4» (далее — Положение), прекращение действия инвестиционного договора осуществляется в порядке, установленном Положением для заключения инвестиционного договора и вступления его в силу, в случаях:

  • выполнения инвестором (инвесторами) своих обязательств по договору;
  • окончания срока действия договора;
  • ликвидации инвестора — юридического лица или индивидуального предпринимателя, смерти, признания безвестно отсутствующим, объявления умершим инвестора — физического лица (этот вариант наиболее распространен, и процедура ликвидации довольно стандартная. При ликвидации юридического лица — инвестора инвестиционный договор прекращается);
  • соглашения сторон;
  • отказа Республики Беларусь от выполнения своих обязательств по инвестиционному договору при несоблюдении или ненадлежащем соблюдении инвестором (инвесторами) его обязательств.

Таким образом, для прекращения действия инвестиционного договора необходимо решение государственного органа, государственной организации, подчиненной Правительству Республики Беларусь, Управления делами Президента Республики Беларусь, областного (Минского городского) исполнительного комитета, Совета Министров Республики Беларусь по согласованию с Президентом Республики Беларусь.

Анализ практики прекращения инвестиционных договоров показывает, что основными причинами, по которым расторгаются инвестиционные договоры, являются:

  • несостоятельность инвестора в финансовых и организационных вопросах, обусловленная расчетом инвестора на посредническую роль в проекте;
  • привлечение основным инвестором соинвесторов без четких условий совместного сотрудничества по реализации инвестиционного проекта;
  • потеря инвестором интереса к проекту, для реализации которого был заключен инвестиционный договор;
  • изменение финансового положения инвестора;
  • ухудшение инвестиционного климата в стране;
  • изначальная ориентация инвестора на передачу прав на проект за вознаграждение третьим лицам, то есть отсутствие цели у инвестора реализовать проект, что приводит к нарушениям сроков договора и приостановлению финансирования;
  • неправомерные действия (бездействие) инвесторов, заказчиков (застройщиков), а также иных лиц (в том числе связанных с инвестором договорными отношениями), участвующих в реализации инвестиционного проекта;
  • невыполнение государственным органом, государственной организацией условий инвестиционного договора.

Кроме оснований, указанных в п. 18 Положения, для прекращения инвестиционного договора по законодательству Республики Беларусь предусмотрена возможность расторжения инвестиционного договора по основаниям, предусмотренным ст. 420 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК), то есть:

  • по соглашению сторон;
  • по решению суда;
  • в случае одностороннего отказа (если данное основание указано в договоре или предусмотрено законодательством).

Для таких случаев в инвестиционном договоре следует предусмотреть условие о порядке рассмотрения споров, а также органе, который будет их рассматривать. Кроме того, при возникновении между инвесторами и Республикой Беларусь споров (разногласий), связанных с осуществлением инвестиций, применяется досудебный порядок их урегулирования.

Прекращение инвестиционного договора влечет для инвестора различные неблагоприятные последствия, в том числе обязанность по уплате неустойки и проведению расчетов с бюджетом по причине утраты льгот и преференций, которые были предоставлены по инвестиционному договору, обязанность по возврату предоставленного земельного участка и уплате арендных платежей, а также иные обязанности, которые вытекают из деятельности инвестора при реализации инвестиционного договора.

Анализ практики прекращения инвестиционных договоров, в том числе судебной, показывает, что чаще всего инвестиционный договор прекращается в связи с отказом Республики Беларусь от выполнения своих обязательств по инвестиционному договору при несоблюдении или ненадлежащем соблюдении инвестором (инвесторами) его обязательств.

Между тем встречаются случаи, когда инвесторы считают, что Республика Беларусь неправомерно воспользовалась правом на отказ от исполнения договора согласно п. 18 Положения. Рассмотрим примеры из судебной практики.

Пример N 1.

Экономическим судом г. Минска было рассмотрено исковое заявление совместного общества с ограниченной ответственностью «Б» (далее — инвестор) о признании недействительным решения Минского областного исполнительного комитета от 01.02.2013 N 119 (далее — решение N 119) в части подпункта 1.1 п. 1 о прекращении (расторжении) инвестиционного договора о строительстве объекта придорожного сервиса на территории Минского района, зарегистрированного в Государственном реестре инвестиционных договоров с Республикой Беларусь.

В обоснование своей позиции инвестор ссылался на отсутствие у Минского областного исполнительного комитета права на расторжение договора либо на односторонний отказ от его исполнения.

В судебном заседании представитель инвестора свои требования поддержал, указав, что использованной Минским областным исполнительным комитетом формулировкой в оспариваемом решении «прекратить (расторгнуть)» он был введен в заблуждение относительно мотивов принятия такого решения. При этом инвестор считает, что обязательства сторон по договору, несмотря на истечение срока его действия, в силу п. 3 ст. 395 ГК не прекратились, а срок действия договора следует определять моментом окончания исполнения сторонами своих обязательств.

Минский областной исполнительный комитет с заявленными требованиями не согласился, указав, что решение N 119 в обжалуемой части принято с учетом мнения Министерства экономики Республики Беларусь, изложенного в письме от 11.02.2013 N 972, а также на основании абзаца третьего пункта 18 Положения в связи с окончанием срока действия договора.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Между Республикой Беларусь в лице Минского областного исполнительного комитета и инвестором 01.03.2011 был заключен инвестиционный договор о строительстве объекта придорожного сервиса на территории Минского района, согласно условиям которого инвестор обязался в срок до 30.09.2011 построить и ввести в эксплуатацию объект придорожного сервиса.

Согласно заключенному 29.09.2011 дополнительному соглашению к названному договору срок реализации инвестиционного проекта был перенесен на 30.06.2012.

К установленному в инвестиционном договоре сроку объект придорожного сервиса инвестором не был введен в эксплуатацию, что не оспаривается последним.

Решением N 119 действие инвестиционного договора, заключенного с инвестором, прекращено (в решении использована формулировка «прекратить (расторгнуть)»).

В соответствии с п. 3 ст. 395 ГК законодательством или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Исходя из абзаца третьего пункта 18 Положения в случае окончания срока действия инвестиционного договора его действие прекращается в порядке, установленном для заключения инвестиционного договора и вступления его в силу.

При этом выполнение инвестором своих обязательств по инвестиционному договору является самостоятельным основанием прекращения действия такого договора, предусмотренным абзацем вторым пункта 18 Положения.

На основании изложенного суд отказал инвестору в удовлетворении заявленных требований в связи с тем, что окончание срока действия инвестиционного договора является самостоятельным основанием прекращения его действия, не зависящим от исполнения сторонами договорных обязательств.

Пример N 2.

Хозяйственным судом города Минска было рассмотрено дело по иску иностранного общества с ограниченной ответственностью «Б» к производственно-торговому частному унитарному предприятию «Ц» Белорусского физкультурно-спортивного общества «Д» о признании недействительным отказа от исполнения договора от 15.10.2009 N 7 и понуждении ответчика к исполнению договора (решение хозяйственного суда города Минска от 13.02.2012 (дело N 107-21/2011/577-20/2011)).

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору инвестирования в строительство от 15.10.2009 N 7 в части сроков строительства объекта и представления отчетных документов о целевом использовании инвестиций. При этом односторонний отказ ответчика как застройщика от договора на основании пункта 9.4 договора, выраженный в письме от 10.11.2010 N 365, истец считает неправомерным в связи с тем, что финансирование по договору было приостановлено истцом как инвестором на основании пункта 6.5 договора.

Истец также указывал, что приостановление финансирования строительства объекта было вызвано непредставлением инвестору документов, подтверждающих планируемые расходы работы, незавершением работ по этапу строительства, срок выполнения которых наступил; неподписанием акта о выполнении обязательств по второму этапу и непредставлением документов, подтверждающих целевое использование полученных от истца денежных средств.

По мнению истца, в связи с подписанием сторонами дополнительного соглашения от 23.08.2010 N 2 сроки внесения платежей до подписания указанного дополнительного соглашения не могут являться основанием для одностороннего отказа ответчика от договора, поскольку ответчиком как застройщиком данные платежи были приняты в счет надлежащего исполнения обязательств и составлен новый график финансирования.

В части сохранения сторонами положений об этапности выполнения работ истец указывает, что перечень работ с указанием конкретных сроков их выполнения, а также перечисление денежных средств в счет предварительной и окончательной оплаты по конкретным видам работ подтверждают волю сторон на сохранение этапности видов работ с конкретными сроками их выполнения, платежей, представления отчетов о выполнении, документов о планируемых расходах.

Представитель ответчика заявленные исковые требования не признал, указав, что в установленном договором порядке истец приостановление финансирования строительства не производил, а акт с указанием нарушений и сроков их устранения, подписанный тремя представителями инвестора, застройщику направлен не был.

Ответчик считает, что инвестором допущена неоднократная просрочка платежей по договору на 15 рабочих дней и более, в связи с чем у ответчика как застройщика возникло право на односторонний отказ от договора по пункту 9.4 договора.

В части вопроса об этапности выполнения работ и порядка оплаты, предусмотренного разделом 3 договора, ответчик указывает, что подписанием дополнительного соглашения N 2 с новым графиком финансирования строительства объекта стороны исключили принцип целевого финансирования, целевого использования денежных средств и уплаты вознаграждения в зависимости от исполнения обязательств по конкретным этапам.

Суд, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, пришел к выводу, что заявленные исковые требования в части признания недействительным одностороннего отказа застройщика и взыскания пеней за нарушение графика выполнения работ обоснованны и правомерны на основании следующего.

Согласно статье 291 ГК односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, если иное не вытекает из законодательства или договора.

В соответствии с пунктом 3 статьи 420 ГК в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законодательством или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Основание, дающее право застройщику на односторонний отказ застройщика от договора инвестирования в строительство от 15.10.2010 N 7, зафиксировано в пункте 9.4 договора — неисполнение инвестором обязательств по внесению платежей, выражающееся в просрочке внесения платежей на 15 рабочих дней и более.

При этом данное право застройщика не распространяется на случаи приостановки инвестором финансирования, предусмотренные в пункте 6.5 договора.

По результатам оценки представленных в дело доказательств суд пришел к выводу, что ко времени направления застройщиком письменного уведомления от 10.11.2010 N 365 об отказе от договора по причине нарушения инвестором обязательств по финансированию более чем на 15 рабочих дней и пункта 9.4 договора инвестор приостановил финансирование строительства объекта, воспользовавшись своим правом, предусмотренным пунктом 6.5 договора.

Указание в абзаце четвертом подпункта 3.3.2 пункта 3.3 договора на право инвестора приостановить платежи согласно пункту 6.5 договора в случае неисполнения застройщиком встречной обязанности представить документы, определенные подпунктом 3.3.2 пункта 3.3 договора, указывает на дополнительное право инвестора (без должного встречного исполнения со стороны застройщика) приостановить начатое исполнением свое обязательство по финансированию.

Доводы ответчика о ненаправлении ему предусмотренного договором акта, подписанного тремя представителями инвестора, не влияют на право инвестора приостановить финансирование, поскольку пункт 6.5 договора, в котором имеется указание на составление одностороннего акта о допущенных застройщиком нарушениях и сроках их исправления, не устанавливает юридическую зависимость возникновения обязательства инвестора по предоставлению авансов либо дополнительного права инвестора на приостановление начатого исполнением обязательства по финансированию от составления (направления) акта.

Возражения ответчика относительно исключения из договора всех обязательств застройщика по представлению документов, перечисленных в подпункте 3.3.2 пункта 3.3 договора в связи с подписанием сторонами дополнительного соглашения от 23.08.2010 N 2, исключающего порядок оплаты выполненных работ исходя из этапности выполнения работ, суд считает несостоятельными ввиду следующего.

В соответствии со статьей 401 ГК при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой статьи 401 ГК, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, последующее поведение сторон.

Практика, сложившаяся во взаимоотношениях сторон, свидетельствует о том, что при исполнении договора стороны руководствовались принципом проведения платежей не только исходя из календарного срока, но и в зависимости от выполнения конкретных видов работ, т. е. принципа этапности.

На основании вышеизложенного суд пришел к выводу, что инвестор правомерно на основании условий договора приостановил финансирование строительства объекта в части сроков уплаты авансовых платежей 10.10.2010 ввиду неисполнения встречных обязательств застройщиком, уведомив об этом застройщика и неоднократно предлагая застройщику исполнить обязательства в части представления документов, предусмотренных в подпункте 3.3.2 пункта 3.3 договора.

В связи с тем что право застройщика на односторонний отказ от договора определено положениями пункта 9.4 договора и обусловлено неисполнением инвестором своих обязательств по внесению платежей, за исключением случаев приостановки инвестором финансирования по пункту 6.5 договора, в связи с неисполнением застройщиком своих обязательств, предусмотренных подпунктом 3.3.2 пункта 3.3 договора, и реализацией инвестором своего права на приостановление финансирования строительства, у застройщика не может возникнуть право на односторонний отказ.

Уведомление застройщика об одностороннем отказе от договора не может повлечь юридического последствия расторжения договора, так как сделано в нарушение требований статьи 291, пункта 3 статьи 420 ГК, в связи с чем суд признает односторонний отказ ответчика от договора от 15.10.2009 N 7, выраженный в письме от 10.11.2010 N 365, недействительным. В связи с этим в удовлетворении исковых требований было отказано.

Таким образом, практика расторжения инвестиционных договоров показывает, что сторонами на момент заключения такого договора должны четко определяться его условия.