О практике рассмотрения дел по искам государственного учреждения «Национальный центр интеллектуальной собственности» в интересах авторов музыкальных произведений с текстом о взыскании компенсации в связи с нарушением исключительного права на объекты авторского права

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 16 Закона Республики Беларусь от 17.05.2011 N 262-З «Об авторском праве и смежных правах» (далее — Закон) автору в отношении его произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право на произведение, а также иные имущественные права в случаях, предусмотренных Законом. Исключительное право на произведение означает право автора или иного правообладателя использовать произведение по своему усмотрению в любой форме и любым способом. При этом автору или иному правообладателю принадлежит право разрешать или запрещать другим лицам использовать произведение. Использованием произведения признаются в том числе: воспроизведение произведения; публичное исполнение произведения; передача произведения в эфир; передача произведения по кабелю; иное сообщение произведения для всеобщего сведения. За каждый способ использования произведения автор имеет право на получение авторского вознаграждения. Авторы музыкальных произведений не всегда имеют возможность проконтролировать, где, когда и кем используются созданные ими произведения, выплачивается ли им авторское вознаграждение, нарушается ли при использовании произведений их авторское право. В целях обеспечения имущественных прав авторов или иных правообладателей в случаях, когда их практическое осуществление в индивидуальном порядке затруднительно, а также в случаях, когда Законом предусмотрена выплата вознаграждения за использование произведений или объектов смежных прав, осуществляемое без согласия авторов или иных правообладателей, законодательством Республики Беларусь предусмотрено создание организаций по коллективному управлению имущественными правами. Указанные организации вправе заниматься деятельностью в области коллективного управления имущественными правами после их государственной аккредитации (п. 3 ст. 47 Закона). В силу абз. 5 п. 1 ст. 49 Закона организация по коллективному управлению имущественными правами наряду с другими функциями, указанными в ст. 49 Закона, представляет в суде в соответствии с законодательством Республики Беларусь интересы авторов и иных правообладателей, правами которых она управляет, а также совершает иные юридические действия, необходимые для защиты прав авторов или иных правообладателей. В соответствии с приказом Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь от 27.02.2012 N 73 государственная аккредитация в качестве организации по коллективному управлению имущественными правами, в том числе в сфере управления исключительными правами на музыкальные произведения с текстом, была предоставлена государственному учреждению «Национальный центр интеллектуальной собственности» (далее — Национальный центр интеллектуальной собственности). Осуществляя и охраняя на коллективной основе имущественные права авторов и иных обладателей авторского права и смежных прав, в том числе авторов и иных правообладателей музыкальных произведений с текстом, Национальный центр интеллектуальной собственности действует лишь в пределах полученных от авторов полномочий на основании устава и не вправе самостоятельно осуществлять использование произведений, полученных для коллективного управления. Полномочия на коллективное управление имущественными правами передаются ему непосредственно обладателями авторских прав на основе письменных договоров, а также по соответствующим договорам с иностранными организациями, управляющими аналогичными правами. Такие договоры не являются авторскими, а поэтому на них не распространяются требования законодательства, предъявляемые к авторским договорам. Как свидетельствует судебная практика, ежегодно судебной коллегией по делам интеллектуальной собственности Верховного Суда Республики Беларусь рассматривается до двух десятков исков о взыскании компенсации, предусмотренной п. 2 и 3 ст. 56 Закона, поданных в интересах национальных и иностранных авторов и иных правообладателей. Избрание такого способа защиты авторского права обусловлено тем, что компенсация подлежит взысканию лишь при доказанности факта принадлежности истцу исключительного права авторского права и нарушения этого права ответчиком. При этом истец не обязан доказывать размер причиненных ему убытков. При разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права, суд исходит из того, что ответчик обязан доказать выполнение им требований Закона при использовании произведений, а истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права или права на их защиту, а также факт нарушения данных прав ответчиком. Характер нарушений по рассмотренным судом спорам выражался в использовании субъектами хозяйствования Республики Беларусь без разрешения авторов музыкальных произведений следующими способами: путем публичного исполнения произведений непосредственно артистами-исполнителями либо с помощью технических средств (радиоприемника или CD-проигрывателя, установленных в зале кафе, бара и др.); путем сообщения произведений для всеобщего сведения по проводам; путем передачи в эфир. Подавляющее большинство исков в интересах авторов было заявлено Национальным центром интеллектуальной собственности о взыскании компенсации в связи с нарушениями исключительного права на произведения, выразившимися в том, что ответчики использовали музыкальные произведения без заключения договоров с Национальным центром интеллектуальной собственности, а также без выплаты авторам вознаграждения. Ответчиками по делам выступали юридические лица: организации эфирного вещания, операторы кабельного вещания, владельцы Домов культуры и иных концертных площадок, владельцы ресторанов, кафе и др. Как показывает судебная практика, в последние два года большинство исков предъявлялось Национальным центром интеллектуальной собственности в интересах авторов музыкальных произведений с текстом к операторам кабельного вещания. В статье судьи Верховного Суда Республики Беларусь Е.Н.Троско «Есть ли авторские права в кабельной сети, или Чем грозит отсутствие лицензии?» были рассмотрены некоторые вопросы использования произведений путем передачи по кабелю в системах кабельного телевидения, а также приведены примеры из судебной практики.

Следует отметить, что вышеуказанные иски, заявленные Национальным центром интеллектуальной собственности в интересах авторов музыкальных произведений с текстом, были признаны судом законными и обоснованными, в пользу авторов взыскивалась компенсация исходя из минимального размера, предусмотренного ч. 1 п. 2 ст. 56 Закона, за каждый случай нарушения их исключительного права на произведения. Национальный центр интеллектуальной собственности при обращении в суд с исками о защите имущественных прав авторов не является самостоятельным истцом, поскольку выступает в защиту не своих прав. Истцами по делам выступают обладатели авторских прав, в интересах которых предъявлены иски и которые вправе как поддержать заявленные в их интересах требования, так и отказаться от них. В практике судебной коллегии по делам интеллектуальной собственности Верховного Суда Республики Беларусь имели место факты, когда истцы — авторы музыкальных произведений с текстом отказывались от исков, предъявленных в их интересах Национальным центром интеллектуальной собственности. Принимая отказ от иска истца Е. о взыскании с ЗАО «Э.» компенсации в связи с нарушением его авторского права и прекращая производство по делу, суд исходил из того, что Национальный центр интеллектуальной собственности самостоятельным истцом по делу не является, а действует лишь в пределах полномочий, предоставленных ему по договору с автором. При рассмотрении дела по иску, предъявленному Национальным центром интеллектуальной собственности в интересах автора М. к индивидуальному предпринимателю Р. о взыскании компенсации в связи с нарушением авторского права, истец отказался от иска. По некоторым делам между сторонами спора заключались мировые соглашения. Судом принимался отказ истцов от исков, утверждались мировые соглашения, поскольку они не противоречили законодательству и не ущемляли интересы и права других лиц. При рассмотрении гражданского дела по иску Национального центра интеллектуальной собственности в интересах Л. и К. к ЧТУП «М.М.» о взыскании компенсации в связи с нарушением авторского права было установлено, что согласно п. 6.3 договора об управлении имущественными правами на коллективной основе, заключенного между истицей Л. и учебно-исследовательским республиканским унитарным предприятием интеллектуальной собственности «РУПИС» (РУП «РУПИС») (РУП «РУПИС» было переименовано в РУП «Белорусское авторское общество» и в 2006 году было присоединено к Национальному центру интеллектуальной собственности, которое стало правопреемником его прав и обязанностей), РУП «РУПИС» осуществляет управление имущественными правами только в отношении произведений, зарегистрированных в РУП «РУПИС». На момент предъявления Национальным центром интеллектуальной собственности иска произведение «У.с.» истицей Л. в РУП «РУПИС» зарегистрировано не было, в связи с чем у Национального центра интеллектуальной собственности не возникло право на предъявление иска о взыскании компенсации за бездоговорное его воспроизведение ответчиком. Оставляя без рассмотрения исковое заявление Национального центра интеллектуальной собственности, поданное в интересах истицы Л. на основании п. 3 ч. 1 ст. 165 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь, суд в соответствии с требованиями процессуального законодательства разъяснил автору этого произведения право на самостоятельное предъявление иска к унитарному предприятию УП «М.М.» о взыскании компенсации в связи с нарушением авторского права. В судебной практике имели место случаи, когда суд отказывал Национальному центру интеллектуальной собственности в заявленных в интересах авторов требованиях.

Так, решением суда Национальному центру интеллектуальной собственности было отказано в иске к унитарному предприятию «Д.С.» о взыскании компенсации в связи с нарушением авторского права на объекты авторского права, поданному в интересах зарубежных авторов, чьи музыкальные произведения с текстом были публично исполнены в ходе концерта группы «D.P.». По мнению Национального центра интеллектуальной собственности, ответчик допустил нарушение исключительного права авторов на публичное исполнение произведений, поскольку использование музыкальных произведений этих авторов путем их публичного исполнения было осуществлено ответчиком без заключения договора. Судом в ходе судебного разбирательства было установлено, что 26 декабря 2001 г. между РУП «РУПИС» и ответчиком был заключен договор об использовании произведений литературы и искусства путем публичного исполнения. Согласно указанному договору пользователю было разрешено на условиях, определенных настоящим договором, использовать обнародованные произведения белорусских и зарубежных авторов, переданные РУП «РУПИС» для коллективного управления. РУП «РУПИС» разрешил пользователю во время действия настоящего договора использовать произведения путем их публичного исполнения. Договор распространялся на все случаи публичного исполнения произведения как артистами-исполнителями, так и при помощи технических средств в звуковой (механической) записи. В силу п. 2.1 договора пользователь обязан был перечислять на расчетный счет РУП «РУПИС» авторское вознаграждение для последующего распределения авторам исходя из ставок, установленных Правительством Республики Беларусь, за использование произведений на основании настоящего договора самим пользователем, а в случаях, определенных законодательством, — иными лицами, осуществляющими публичное исполнение произведений на площадке пользователя. Данный договор действовал и на момент проведения вышеуказанного концерта, что следовало из самого договора. Факт действия этого договора по состоянию на 27 марта 2011 г. — день проведения концерта группы «D.P.» подтвердил в судебном заседании и представитель Национального центра интеллектуальной собственности. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что ответчик использовал произведения, о которых был заявлен спор, в соответствии с договором от 26.12.2001, а поэтому исключительное право истцов на публичное исполнение этих музыкальных произведений нарушено не было. Доводы представителя Национального центра интеллектуальной собственности о том, что в силу вышеуказанного договора ответчик имел право использовать музыкальные произведения путем их публичного исполнения только на своей площадке, суд счел несостоятельными, поскольку данное условие в договоре отсутствовало и из других пунктов договора этого не следовало. Решением суда Национальному центру интеллектуальной собственности было отказано в иске, заявленном в интересах автора П., о взыскании компенсации в связи с нарушением исключительного права на объекты авторского права. Заявляя указанное требование, Национальный центр в заявлении суду указал, что 23 февраля 2015 г. в помещении ответчика — унитарного предприятия «С.Б.» (УП «С.Б.») было проведено культурно-зрелищное мероприятие (концерт), на котором были публично исполнены музыкальные произведения, автором музыки и текста которых является истец П. По мнению Национального центра интеллектуальной собственности, использование в ходе указанного концерта произведений автора П. является незаконным ввиду отсутствия договора между ответчиком и Национальным центром интеллектуальной собственности, осуществляющим управление имущественными правами П. на использование этих произведений. Истец П. также не заключал с ответчиком договор, предоставлявший последнему право использования произведений, прозвучавших на концерте. В судебном заседании представитель ответчика иск не признала. Не оспаривая факт проведения концерта в помещении УП «С.Б.» и исполнения истцом П. музыкальных произведений, указанных в иске, утверждала, что концерт проходил на добровольной и безвозмездной основе; билеты на указанное мероприятие не распространялись, поскольку концертная программа носила благотворительный характер и существовала устная договоренность с автором о его безвозмездном выступлении. По делу было установлено, что в помещении ответчика УП «С.Б» состоялся концерт для лиц, находившихся в помещении УП «С.Б.». Вход для зрителей был бесплатным. В ходе концерта прозвучали произведения (песни), автором текста и музыки которых являлся П. Публичное исполнение произведений осуществлялось самим автором — истцом П., К. и Н. по выбору автора и с его согласия. Суд, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, пришел к выводу, что истец самостоятельно использовал свое исключительное право на произведения, о которых заявлен спор, путем их публичного исполнения, а поэтому такое исполнение не может нарушать принадлежащее ему исключительное право на использование произведений указанным способом и свидетельствовать о незаконном их использовании ответчиком.

Некоторые авторы музыкальных произведений (песен), заключившие договор с Национальным центром интеллектуальной собственности об управлении имущественными правами на коллективной основе, ссылаясь на его загруженность, самостоятельно обращаются в суд с иском о взыскании компенсации в связи с нарушением их исключительного права на объекты авторского права. Вышеназванные договоры не содержат запрет на самостоятельное обращение авторов в суд с указанным иском. В ходе подготовки дел к судебному разбирательству суд привлекает Национальный центр интеллектуальной собственности к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, на стороне истцов — авторов произведений.

Следует отметить, что Национальный центр интеллектуальной собственности по искам, заявленным в интересах авторов, в соответствии с подп. 1.41 п. 1 ст. 257 Налогового кодекса Республики Беларусь освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу в суд исковых заявлений. Авторы, обращаясь в суд с исками о нарушении их исключительного права на объекты авторского права, уплачивают государственную пошлину в размере 5% от цены иска, которая может составлять значительную сумму.

Размер компенсации, который автор вправе требовать в случае нарушения его исключительного права, зависит от количества произведений, в отношении которых было нарушено право автора, и количества случаев нарушения этого права (в отношении одного произведения право автора может быть нарушенным неоднократно). В соответствии с ч. 1 п. 2 ст. 56 Закона минимальный размер компенсации составляет 10 базовых величин. В судебной практике имели место случаи, когда по искам Национального центра интеллектуальной собственности в интересах авторов, а также по искам самих авторов с ответчиков взыскивались десятки миллионов (неденоминированных) белорусских рублей исходя из минимального размера компенсации. Взысканные в пользу истцов — авторов произведений суммы значительно превышали размер авторского вознаграждения, который был бы получен ими в случаях, если бы их исключительное право на произведения нарушено не было (в случае заключения договоров на использование произведений). Установление в Законе минимального размера компенсации исключает для суда возможность учитывать вышеуказанное обстоятельство.

В соответствии с Законом Республики Беларусь от 05.02.1993 N 2181-XII «О товарных знаках и знаках обслуживания» (далее — Закон о товарных знаках) владелец товарного знака или лицо, которому предоставлено право использования товарного знака по договору исключительной лицензии, могут по своему выбору требовать от лица, нарушившего исключительное право на товарный знак, вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от одной до пятидесяти тысяч базовых величин, определяемом судом с учетом характера нарушения (п. 3 ст. 29). Согласно абз. 3 п. 2 ст. 980 Гражданского кодекса Республики Беларусь товарные знаки и знаки обслуживания, являющиеся средством индивидуализации участников гражданского оборота, товаров, работ или услуг, также как и произведения науки, литературы и искусства, исполнения, фонограммы и передачи организаций вещания и др. относятся к объектам интеллектуальной собственности. Поэтому, по нашему мнению, в случае нарушения права на указанные объекты размер компенсации, предусмотренной в Законе и Законе о товарных знаках, должен быть одинаков.

Таким образом, с учетом вышеизложенного в ч. 1 п. 2 ст. 56 Закона, полагаем, целесообразно внести изменения в части минимального размера компенсации, а именно автор или иной правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации «в размере от одной до пятидесяти тысяч базовых величин».