Требование о понуждении к восстановлению положения, существовавшего до нарушения прав истца

Как правило, лицо, чьи права нарушены, имеет право выбрать любой способ защиты, установленный законодательством. В частности, пунктом 2 статьи 11 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК) закреплен такой способ защиты нарушенных гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. Указанный способ используется сторонами как самостоятельно, так и с помощью суда. Однако следует отметить, что не всегда требование о понуждении к восстановлению положения, существовавшего до нарушения прав, подлежит удовлетворению.

Рассмотрим пример.

Экономический суд первой инстанции 03.04.2014 рассмотрел дело по иску индивидуального предпринимателя П. (далее — ИП П., истец) к индивидуальному предпринимателю К. (далее — ИП К., ответчик) о понуждении к восстановлению положения, существовавшего до нарушения прав истца.

Истец ссылался на допущенное ответчиком нарушение своих прав владельца квартиры 18, расположенной в доме 18 по ул. Ч., приобретенной для осуществления предпринимательской деятельности, требовал обязать ответчика восстановить положение, существовавшее до нарушения прав истца, понудив ответчика произвести снос конструкций входной группы (козырек, пандус) в нежилом изолированном помещении (бывшая квартира 3 дома 18 по ул. Ч., в котором проживает истец).

Истец приводит следующие факты, доказательства и нормы законодательства: 1) 01.04.2013 истец приобрел двухкомнатную квартиру 18 в доме 18 по ул. Ч. для использования ее в предпринимательской деятельности; 2) в 20-х числах апреля 2013 г. под окнами выкупленной квартиры стали возводить пандус, притом что ни истец, ни прежний собственник квартиры согласия на указанные действия не давали; 3) истец обратился в районный исполком, однако получил ответ от 13.05.2013, из которого следовало, что решением районного исполкома К. было разрешено проектирование и строительство объекта «Реконструкция нежилого помещения под АТП по ул. Ч., д. 18, кв. 3». Согласно разработанной проектной документации нежилое помещение оборудовано отдельным доступом с устройством крыльца и пандуса во исполнение государственной программы по созданию безбарьерной среды жизнедеятельности физически ослабленных лиц на 2011 — 2015 годы. Также в письме было указано, что при переводе истцом жилого помещения в нежилое существующий пандус будет демонтирован для устройства общей входной группы; 4) решением районного исполкома от 10.06.2013 истцу было выдано разрешение на перевод купленной им квартиры в нежилой фонд для реконструкции под АТП с оборудованием собственного входа, при этом в соответствии с архитектурно-планировочным заданием объекта «Реконструкция нежилого помещения под АТП по адресу: ул. Ч., д. 18, кв. 18» на земельном участке отсутствуют какие-либо сооружения; 5) К. также возвел металлическую конструкцию — козырек над своим окном и над окном истца; 6) районный исполком оставил без удовлетворения обращения истца по поводу нарушения К. прав истца, мотивировав свою позицию ссылками на строительные нормы и правила СНиП 2.08.02-89 «Общественные здания и сооружения», утвержденные и введенные в действие постановлением Государственного строительного комитета СССР от 16.05.1989 (далее — СНиП 2.08.02-89), и технический кодекс установившейся практики «Здания и помещения розничных торговых объектов. Строительные нормы проектирования» (ТКП 45-3.02-240-2011 (02255)), утвержденный приказом Министерства архитектуры и строительства Республики Беларусь от 22.04.2011 N 133 «Об утверждении и введении в действие технических нормативных правовых актов в строительстве», которые регламентируют требования к входу для физически ослабленных лиц, и на то, что согласия собственников соседних квартир многоквартирного жилого дома (участников совместного домовладения) при переводе жилого помещения в нежилое с реконструкцией его для использования по другому назначению не требуется; 7) входная группа возведена собственником помещения, смежного по отношению к изолированному помещению, занимаемому истцом; 8) таким образом, имело место обустройство входной группы, когда истец разрешения не давал, действия ответчика противоречат п. 28, 33 ст. 1, ст. 172 Жилищного кодекса Республики Беларусь (далее — ЖК), ст. 246, 249, 250, 272 — 274 ГК; 9) реконструкцией было затронуто общее имущество, устройство пандуса нарушает права других собственников дома 18, в большей степени были нарушены права владельца квартиры 7, но он не предъявлял требования; 10) правоотношения по совместному домовладению ответчик имел с предыдущим владельцем — нарушено право на частную жизнь, т.к. все три окна истца расположены под пандусом, на сооружение которого следовало получить согласие всех жильцов; 11) в результате нарушения истец не может организовать собственный вход, в дождь перед окном собираются люди; 12) устройство пандуса уменьшило общее имущество собственников дома; 13) в постановлении Совета Министров Республики Беларусь от 16.05.2013 N 384 «О некоторых вопросах переустройства и перепланировки, установки на крышах и фасадах многоквартирных жилых домов индивидуальных антенн и иных конструкций, а также реконструкции жилых домов» не указано, что должно быть согласие, но это следует из ЖК; 14) входная группа — пандус, крыльцо, козырек, при этом не важно, какой статус имеет помещение — жилое / нежилое (об этом свидетельствует новая практика в связи со вступлением в законную силу ЖК в новой редакции); 15) работы произведены в апреле 2013 г. еще до получения разрешения на строительство; 16) санитарные нормы и правила позволяют заменить стационарный пандус на съемный, который более дешевый, весит 5 — 6 кг; 17) ответчик устроил входную группу таким образом, чтобы обесценить помещение истца, которое К. в конечном итоге хотел бы выкупить для себя.

Ответчик в своем отзыве на исковое заявление просил в иске отказать на основании следующего: 1) 18.09.2012 ответчик купил квартиру 3 в д. 18 по ул. Ч.; 2) решением районного исполкома от 05.11.2012 квартира 3 была переведена в нежилое помещение и ответчику было разрешено проведение проектно-изыскательских работ по объекту «Реконструкция нежилого помещения под АТП по ул. Ч., д. 18, кв. 3 с оборудованием отдельного доступа к нему без использования вспомогательных помещений многоквартирного жилого дома». Причем этим же решением ответчику было предписано до начала строительных работ разработать проект, провести государственную экспертизу проектной документации, получить разрешение на строительные работы, выполнить строительные работы и предъявить объект для приемки в эксплуатацию; 3) 25.04.2013 ответчиком было получено положительное заключение государственной экспертизы по проекту, 27.05.3013 — решение о разрешении на производство строительных работ; 4) входная группа построена в соответствии с проектом, 06.08.2013 был подписан акт приема объекта в эксплуатацию, который был утвержден решением районного исполкома от 09.09.2013; 5) требования истца не основаны на законе и согласия собственников соседних жилых помещений не требовалось, ответчик действовал в соответствии с жилищным законодательством, ст. 21 ЖК, Указом Президента Республики Беларусь от 25.09.2009 N 479 «О переводе жилых помещений в нежилые» (далее — Указ N 479), Указом Президента Республики Беларусь от 26.04.2010 N 200 «Об административных процедурах, осуществляемых государственными органами и иными организациями по заявлениям граждан» (далее — Указ N 200), выполнив все требования и получив положительное заключение государственной экспертизы; 6) при организации своей входной группы ответчик действовал добросовестно и разумно, при этом истцу было предложено организовать вход в его помещение рядом со входом ответчика, но истец отказался; 7) ссылки истца на Закон Республики Беларусь от 08.01.1998 N 135-З «О совместном домовладении» являются необоснованными, т.к. его действия не распространяются на отношения собственности в жилом фонде (ч. 2 ст. 2 указанного Закона), а П. числится в едином государственном регистре недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним собственником жилого помещения — квартиры 3; 8) истец не являлся собственником квартиры 18, когда квартира 3 была переведена в нежилое помещение и исключена из жилого фонда и когда ответчику было разрешено проведение проектно-изыскательских работ; 9) ответчик требует возмещения за счет истца своих расходов на получение юридической помощи в размере 5500000 бел.руб.

Суду представлено следующее дополнение к исковому заявлению с учетом поступившего отзыва: 1) наличие решений районного исполкома и положительного заключения экспертизы само по себе не подтверждает отсутствие нарушения прав истца, а отсутствие в административных процедурах (единый перечень административных процедур, осуществляемых государственными органами и иными организациями в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, утвержденный постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 17.02.2012 N 156 «Об утверждении единого перечня административных процедур, осуществляемых государственными органами и иными организациями в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, внесении дополнения в постановление Совета Министров Республики Беларусь от 14 февраля 2009 г. N 193 и признании утратившими силу некоторых постановлений Совета Министров Республики Беларусь») требования о согласии собственников соседних жилых помещений не исключает действия п. 33 ст. 1 ЖК; 2) реконструкция затрагивает общее имущество всех собственников многоквартирного жилого дома, поэтому исходя из п. 28, 33, 34, 53 ст. 1, ст. 165 ЖК правоотношения по совместному домовладению были у ИП К. и предыдущего собственника квартиры 18 (П.), а также иных собственников жилых и нежилых помещений в указанном доме; 3) при возведении пандуса нарушаются права собственников квартиры 18 на частную жизнь, ставится под угрозу личная безопасность жильцов квартиры и безопасность жилища, равно как и при возведении козырька, позволяющего доступ посторонних лиц в квартиру; 4) совместное домовладение в доме 18 по ул. Ч. существует, поскольку это следует из п. 34, 53 ст. 1, раздела V ЖК; 5) исходя из п. 33 ст. 1, ст. 169, 172 ЖК возведенная входная группа могла иметь место только при наличии согласия собственников дома; 6) поскольку крыльцо и пандус возведены К. не в качестве увеличения общего имущества, а являются его собственностью, то такая реконструкция привела к уменьшению размера общего имущества, а в соответствии с п. 3 ст. 172 ЖК, если реконструкция объектов недвижимого имущества приведет к уменьшению размера общего имущества, на ее проведение требуется письменное согласие всех участников совместного домовладения; 7) согласно п. 1 ст. 246 ГК имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности, при этом согласно ст. 249, 250 ГК владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех его участников.

Третье лицо стороны ответчика письменного отзыва не представило, однако уполномоченный представитель отметил следующее. Если жилое помещение переведено в нежилое для использования в предпринимательских целях, то согласования с остальными жильцами дома не требуется. В противном случае допускаемое законом использование таких помещений в предпринимательских целях будет невозможно на практике. Перевод в нежилое помещение означает запрет на пользование общим подъездом, следует устраивать отдельный вход со стороны улицы. Административная процедура не предусматривает получения согласия собственников других квартир. Нарушений нет, проектная документация согласована с главным архитектором полностью в пределах его компетенции, прошла экспертизу. В то же время по согласованию проектной документации П. решение еще не принято. Представитель третьего лица на стороне ответчика не считает нарушением прав других собственников возведение пандуса под окнами, исходя из принципа «нет нарушения градостроительных норм — нет нарушения прав граждан». Стена, фундамент дома относятся к общему имуществу, поскольку это указано в ЖК. Пандус возведен К. на землях общего пользования города, к земельному участку домовладения не относится (архитектурно-планировочное задание).

Урегулирование спора в примирительной процедуре к заключению мирового соглашения не привело.

Суд отклонил ходатайство ответчика о прекращении производства по делу, поскольку спор возник в связи с использованием обоих помещений, принадлежащих сторонам, в предпринимательских целях. Иск должен быть рассмотрен экономическим судом по существу.

Суд отклонил ходатайство истца об истребовании землеустроительного дела в целях определения принадлежности земельного участка, поскольку ответ на данный вопрос содержит письмо землеустроительной службы районного исполкома от 02.04.2014, имеющееся в материалах дела.

Установленные судом обстоятельства, имеющие значение, сведения фактического характера, которые приводят стороны, подтверждены достаточными и непротиворечивыми доказательствами. Содержание норм законодательства воспроизведено верно.

Ответчик 18.09.2012 приобрел квартиру, которая переведена в нежилой фонд 05.11.2012 (решение районного исполкома). Ответчик обратился в проектную организацию 16.11.2012, что подтверждается заявлением. Архитектурно-планировочное задание от 26.10.2012 согласовано 09.11.2012. Проект прошел государственную экспертизу 25.04.2013, что подтверждается письмом о направлении экспертного заключения.

Письмо районного исполкома от 13.05.2013 не содержит указания, за чей счет будет осуществлен демонтаж возведенного К. пандуса и кто будет возмещать причиненные ему убытки. В этой части суд констатировал декларативный характер письма, который не согласуется с принятыми решениями, разрешающими К. строительство входной группы, — эти решения не являются ни условными, ни временными.

Технически возможно устроить совместную входную группу, однако П. настаивал на организации отдельного входа с использованием для этой цели окна зала, в то время как К. органы власти предлагали компромиссное решение в виде реконструкции под входную группу окна спальни принадлежащей П. квартиры, непосредственно примыкающего к входной группе в помещение ответчика, при этом П. не намерен был участвовать в финансировании переустройства пандуса, возведенного К. Конфликт интересов П. и К. не затрагивает прав других собственников помещений в доме, за исключением владельца квартиры 7, под окном которого устроен козырек и с которым К. пришел к компромиссному соглашению.

Рассмотрев материалы дела, выслушав стороны, экономический суд первой инстанции пришел к следующим выводам. В п. 33 ст. 1 ЖК, на который ссылается истец, указано, что общее имущество — это помещения, расположенные за пределами квартир и (или) нежилых помещений и предназначенные для обслуживания двух и более жилых и (или) нежилых помещений в жилом доме, ином капитальном строении (здании, сооружении), а также крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, обслуживающее два и более жилых и (или) нежилых помещения и находящееся внутри или за пределами жилого дома, иного капитального строения (здания, сооружения), групповые приборы учета расхода воды, тепловой и электрической энергии, газа, а также объекты, расположенные на придомовой территории и предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства жилого дома, иного капитального строения (здания, сооружения).

Исходя из п. 53 ст. 1 ЖК, на который ссылается истец, совместное домовладение — правоотношения собственников объектов недвижимого имущества, находящихся в собственности двух и более собственников. Квартиры 3 и 18, впоследствии переведенные в нежилые помещения, являются изолированными помещениями с определенной зарегистрированной площадью и имеют собственников — К. и П. Истец П. не имеет доли в изолированном помещении, принадлежащем К.

Как следует из п. 1 — 3 ст. 172 ЖК, на которые ссылался истец, участник совместного домовладения пользуется общим имуществом согласно целевому назначению этого имущества, не препятствуя осуществлению прав на это имущество других участников совместного домовладения. Часть общего имущества с письменного согласия двух третей от общего количества участников совместного домовладения может быть отчуждена либо передана во владение и пользование одному или нескольким участникам совместного домовладения и (или) иным лицам в случае, если это не нарушает прав и законных интересов участников совместного домовладения. Изменение размера общего имущества возможно в процессе реконструкции объектов недвижимого имущества путем надстройки и (или) пристройки с письменного согласия простого большинства от общего количества участников совместного домовладения. В случае если реконструкция объектов недвижимого имущества приведет к уменьшению размера общего имущества, на ее проведение требуется письменное согласие всех участников совместного домовладения.

Организация входной группы имеет целью обеспечение использования нежилого помещения, принадлежащего К., в соответствии с обязательными требованиями законодательства: СНиП 2.08.02-89, государственного стандарта Республики Беларусь СТБ 2030-2010 «Среда обитания для физически ослабленных лиц. Основные положения», утвержденного постановлением Государственного комитета по стандартизации Республики Беларусь от 28.04.2010 N 18 «Об утверждении, введении в действие, изменении и отмене технических нормативных правовых актов в области технического нормирования и стандартизации». То есть действия К. по реконструкции пандуса и козырька рассматривались судом, прежде всего, в этом контексте, а не в контексте увеличения / уменьшения общей собственности. Однако суд учел, что спорный пандус возведен на землях общего пользования города, поскольку это следует из справки землеустроительной службы районного исполкома от 02.04.2014. При таких обстоятельствах доводы истца об изменении общей собственности судом были отклонены как недостаточно обоснованные. Также судом отклонены последующие доводы истца о необходимости согласования в данном конкретном случае реконструкции входной группы с другими собственниками помещений в доме 18 по ул. Ч.

Из абз. 3 ч. 1 подп. 1.6 п. 1 Указа N 479, действовавшего вплоть до 18.05.2013, следовало, что исполнительный комитет принимает решение об отказе в переводе жилого помещения в нежилое, если доступ к жилому помещению невозможен без использования вспомогательных помещений многоквартирного жилого дома или такой доступ технически невозможно оборудовать. Из законодательного акта следует, что решение вопроса всецело зависит от исполнительного комитета и дополнительные согласования, в частности с другими собственниками квартир, не требуются. Суд констатировал, что проблема взаимоотношений предпринимателя и собственников жилья в данном случае разрешается в принципе путем организации отдельного входа в помещение, используемое предпринимателем для своих целей. Кроме того, иные нормы Указа N 479 определяют дополнительные меры, сопряженные с таким переводом, в том числе вынос общедомовых сетей водо-, газо-, электро- и теплоснабжения, установку приборов индивидуального учета расхода тепловой и электрической энергии, воды, т.е. перевод жилого помещения в нежилое сопряжен с достаточным техническим обособлением от остального домовладения.

Как следует из статьи 17 Закона Республики Беларусь от 05.07.2004 N 300-З «Об архитектурной, градостроительной и строительной деятельности в Республике Беларусь» (далее — Закон N 300-З), а также из письма Министерства архитектуры и строительства Республики Беларусь от 04.01.2013 N 01-1-15/п-1354, вопрос о соответствии проектного решения входной группе (пандус, горизонтальная площадка, козырек) в нежилое помещение по ул. Ч., д. 18, кв. 3 находится в компетенции местных исполнительных и распорядительных органов. Все необходимые согласования и разрешения для строительства входной группы к своему помещению К. были получены в установленном порядке. Требования подп. 1.1 п. 1 Указа N 479, действовавшего вплоть до 18.05.2013, были выполнены.

Указ N 200 не содержит требования о необходимости согласования реконструкции с другими собственниками жилых и нежилых помещений в многоквартирном доме.

Поскольку истец не привел никаких доказательств обратного, суд решил, что при реконструкции К. квартиры 3 в доме 18 по улице Ч. архитектурные, градостроительные и строительные нормы были соблюдены. Соответственно суд исходил из того, что право физических лиц (собственников помещений в доме 18 по ул. Ч.) на благоприятную среду обитания, устанавливаемое статьей 4 Закона N 300-З, было обеспечено.

Таким образом, входная группа в нежилое помещение К. не является самовольным строительством. Решения уполномоченных государственных органов, разрешивших К. строительство входной группы, не могут быть отменены или признаны недействительными в частном порядке собственниками помещений в доме 18 по ул. Ч. Соблюдение К. обязательных требований законодательства не может зависеть от воли указанных лиц.

Оценив фактические обстоятельства дела, суд также учел, что согласование и получение разрешения на строительство входной группы К. имело место до представления своего проекта организации входной группы П. на рассмотрение в местные исполнительные и распорядительные органы. Обращение К. за согласованием входной группы имело место до приобретения П. квартиры 18 в доме 18 по ул. Ч., поэтому К. не мог нарушить права П. в том числе по объективным причинам. Доводы истца об отсутствии согласований с прежним владельцем квартиры 18 П. отклоняются судом как не имеющие отношения к предмету спора, поскольку законодательством критерии отказа в согласовании другими собственниками решений о реконструкции входной группы не определены, и поэтому такой отказ мотивируется субъективными представлениями каждого собственника о нарушении своего права. В итоге суд решил, что при равных условиях и возможностях первый получил преимущество и что П. должен считаться с созданной К. входной группой, поскольку при ее создании нарушений законодательства допущено не было.

Изучив материалы дела, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку достаточными и убедительными доказательствами факт нарушения прав П. не подтвержден, в то время как действия К. были направлены на выполнение требований законодательства.

На основании изложенного экономический суд первой инстанции 21.01.2016 вынес решение об отказе в удовлетворении иска полностью, взыскав с ИП П. в пользу ИП К. 4000000 бел.руб. в возмещение расходов на получение юридической помощи.