Аннотация
В статье обсуждаются правила изменения приговора к худшему в суде второй инстанции. На основе анализа действующего законодательства и судебной практики уточняются требования к содержанию апелляционных жалоб и протестов, обосновывается недопустимость ухудшения положения обвиняемого по инициативе суда.
Изучение судебной практики показало, что изменение приговора в худшую для обвиняемого сторону ограничивалось, как правило, только такими уголовными делами, по которым не допущено существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора; правильно установлены все юридически значимые факты; полно и всесторонне проведено судебное следствие; дополнительные материалы бесспорны и не требуют проверки и оценки судом первой инстанции.
Вместе с тем имели место случаи, когда при судебном рассмотрении дела было допущено сразу несколько нарушений: неполнота судебного следствия, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела или существенные нарушения уголовно-процессуального закона и одновременно неправильное применение уголовного закона либо несоответствие назначенного судом наказания вследствие его мягкости.
Так, приговором Брестского областного суда от 26.04.2013 Г. был осужден по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 347 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее – УК) к 15 годам лишения свободы и оправдан по ч. 1 ст. 14, ч. 2 ст. 166 УК. В протесте ставился вопрос об отмене судебного решения по двум основаниям: необоснованное оправдание Г. по ч. 1 ст. 14, ч. 2 ст. 166 УК и отсутствие в резолютивной части приговора указания о применении в отношении его принудительного лечения от хронического алкоголизма в соответствии со ст. 107 УК. Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь от 16.07.2013 протест государственного обвинителя был отклонен в полном объеме. В обоснование такого определения суд указал, что неприменение к обвиняемому принудительных мер безопасности и лечения как к лицу, страдающему хроническим алкоголизмом, не является существенным нарушением закона, влекущим безусловную отмену приговора. При этом была сделана ссылка на п. 6 ч. 3 ст. 396 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – УПК) о праве государственного обвинителя при принесении протеста просить об изменении приговора и применении положений ст. 107 УК, которым он не воспользовался.
Ориентируясь на это определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь от 16.07.2013, судебная коллегия по уголовным делам Брестского областного суда определением от 03.12.2013 по аналогичным основаниям отклонила протест прокурора на отмену приговора суда Ленинского района г. Бреста от 21.10.2013 в отношении Т., осужденного по ст. 417 УК к 2 годам 10 дням лишения свободы с отсрочкой исполнения наказания. В протесте государственный обвинитель указал на необоснованное применение ст. 77 УК и ошибочное неприменение ст. 107 УК. Судебная коллегия пришла к выводу, что отсрочка исполнения наказания отвечает целям уголовной ответственности, а право изменить приговор и применить положения ст. 107 УК по собственной инициативе суду второй инстанции не предоставлено.
При таких обстоятельствах можно вести речь о так называемой частичной апелляции. Однако при ее применении возникают следующие вопросы: какую просьбу необходимо указывать в резолютивной части протеста – об отмене или об изменении приговора; возможно ли изложение альтернативных требований?
Полагаем, что при наличии нескольких оснований, свидетельствующих о незаконности или необоснованности приговора и необходимости его поворота к худшему, апелляционный протест не может ограничиваться одним требованием. Такая же форма протеста с различными просьбами в резолютивной части применяется в случае, если по одним статьям уголовного закона обвиняемый оправдан, а по другим – осужден.
Использование альтернативных предложений (двух просьб на выбор суда) в резолютивной части протеста считаем недопустимым, как и принесение дополнительного протеста с иной просьбой, чем в первоначальном протесте. Позиция прокурора должна быть с самого начала определена однозначно, как и в суде первой инстанции, где альтернативные предложения государственного обвинителя исключены. Уточнить требование апелляционного протеста можно лишь в рамках ранее сформулированной просьбы, а не заменить ее на другую. Такие же требования распространяются и на апелляционную жалобу.
В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 396 УПК по апелляционным жалобам потерпевшего, частного обвинителя, их представителей, апелляционному протесту прокурора суд второй инстанции вправе, не выходя за пределы предъявленного обвинения или за пределы обвинения, поддержанного при судебном разбирательстве уголовного дела государственным или частным обвинителем, применить закон о более тяжком преступлении и назначить в связи с этим более строгое наказание. Реализация данной нормы свидетельствует о том, что судами второй инстанции по-разному трактуется понятие “закон о более тяжком преступлении”, особенно в случае отсутствия в резолютивной части приговора квалифицирующих признаков преступления при их фактическом установлении по делу.
Одни суды исходят из того, что применение закона о более тяжком преступлении имеет место только тогда, когда происходит изменение квалификации содеянного на часть статьи либо статью УК, предусматривающую более строгую ответственность. Остальные случаи изменения приговора, в том числе дополнение его резолютивной части ошибочно исключенным квалифицирующим признаком либо признаком преступления, которые не меняют правовой оценки содеянного на иную часть статьи либо статью УК, не относятся к применению закона о более тяжком преступлении. Другие суды связывают данное понятие с любым ухудшением положения обвиняемого.
Так, определением судебной коллегии по уголовным делам Гродненского областного суда от 13.08.2013 в соответствии с доводами протеста государственного обвинителя был изменен приговор суда Октябрьского района г. Гродно от 31.05.2013 в отношении Л., осужденного по ч. 2 ст. 167 УК. Приговор был дополнен указанием о наличии в действиях обвиняемого квалифицирующего признака преступления – “совершенное повторно” с увеличением срока назначенного наказания до 9 лет. Из определения судебной коллегии следует, что суд первой инстанции, установив в описательно-мотивировочной части приговора совершение Л. насильственных действий сексуального характера повторно, при их юридической оценке по ч. 2 ст. 167 УК по ошибке не указал данный признак в резолютивной части приговора.
Приговором суда Каменецкого района Брестской области от 26.08.2013 К. и Ш. были осуждены по ч. 2, 3 ст. 205 УК с применением ст. 70 УК к 1 году исправительных работ с удержанием 25% заработка в доход государства, но не менее одной базовой величины ежемесячно. В своем протесте прокурор указал, что судом ошибочно при квалификации действий обвиняемых не были приведены признаки хищения – “совершенное повторно, группой лиц”, и поставил вопрос об отмене приговора. Определением судебной коллегии по уголовным делам Брестского областного суда от 05.11.2013 приговор был изменен. Суд второй инстанции посчитал, что с учетом положений п. 3 ч. 3 ст. 396 УПК дополнение описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора квалифицирующими признаками при их фактическом установлении в ходе рассмотрения дела не является основанием для отмены приговора, так как не ухудшает положение обвиняемых, а является основанием для его изменения.
В то же время судебная коллегия по уголовным делам Могилевского областного суда 12.03.2013 принесенный по аналогичным основаниям протест на изменение приговора суда Славгородского района от 17.01.2013 в отношении К., осужденного по ч. 2 ст. 205 УК, оставила без удовлетворения. Государственным обвинителем в протесте предлагалось внести в приговор изменения в связи с тем, что суд, фактически установив совершение К. тайного хищения имущества повторно, группой лиц, с проникновением в жилище, в резолютивной части приговора ошибочно не указал эти квалифицирующие признаки. Отклоняя протест, судебная коллегия отметила, что “отсутствие в резолютивной части приговора всех квалифицирующих признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205 УК, в котором К. признан виновным, не повлияло на решение вопроса о его виновности или невиновности, на правильность применения уголовного закона и определение меры наказания”.
Полагаем, что словосочетание “закон о более тяжком преступлении”, которое содержится в п. 1 ч. 3 ст. 396 УПК, необходимо трактовать как любое ухудшение положения обвиняемого. Подтверждением этой позиции является постановление Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 28.09.2001 N 9 “О приговоре суда”, где в ч. 2 п. 6 указано: “Разъяснить судам, что более тяжким обвинением признается обвинение, квалифицированное по закону, предусматривающему более строгое наказание или иным образом ухудшающее положение обвиняемого”. Думается, что аналогия с более тяжким преступлением здесь вполне уместна.
В связи с этим полагаем, что просьба прокурора о дополнении резолютивной части приговора квалифицирующим признаком, содержащимся в его описательно-мотивировочной части, направлена на ухудшение положения обвиняемого. Следовательно, в этом случае в протесте должен ставиться вопрос об изменении приговора в соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 396 УПК, а не о его отмене.
В то же время просьба прокурора об исправлении каких-либо дефектов приговора (несоответствия между его описательно-мотивировочной и резолютивной частями) обязательно должна сопровождаться требованием о назначении в связи с этим более строгого наказания. Если вопрос о наказании в протесте не ставится, то внесение изменений в приговор будет противоречить п. 1 ч. 3 ст. 396 УПК. Указанная норма основана на принципе целесообразности вмешательства апелляционной инстанции в приговор нижестоящего суда и разрешает его пересмотр только в случае мягкости назначенного наказания. Если же в протесте на это не указано, то апелляционная инстанция не вправе изменять приговор путем устранения его недостатков в худшую для обвиняемого сторону и по собственной инициативе определять более строгое наказание. Однако на практике это требование закона не всегда находит понимание и правильное применение со стороны прокуроров.
Так, приговором суда Горецкого района Могилевской области от 07.08.2013 М. и С. были осуждены по ч. 2 ст. 205 УК. В протесте прокурора предлагалось изменить приговор, поскольку суд, правильно установив обстоятельства совершенных преступлений, ошибочно не указал в нем квалифицирующий признак кражи, “совершенной повторно”. Определением судебной коллегии по уголовным делам Могилевского областного суда от 17.10.2013 протест был отклонен в связи с тем, что в нем наряду с просьбой о дополнении приговора квалифицирующим признаком не ставился вопрос об усилении наказания обвиняемым.
По-разному решается судами второй инстанции вопрос о возможности внесения в приговор иных ухудшающих положение обвиняемого дополнений (рецидив, отягчающее ответственность обстоятельство и др.).
Так, приговором суда Советского района г. Минска от 22.10.2012 Р. был осужден по ч. 2 ст. 205, ч. 2 ст. 206 УК к 3 годам лишения свободы. В его действиях признано наличие рецидива преступлений. В принесенном прокурором района протесте предлагалось признать в действиях обвиняемого наличие опасного рецидива преступлений. Определением судебной коллегии по уголовным делам Минского городского суда от 15.01.2013 приговор изменен в соответствии с протестом, при этом наказание осталось прежним.
Между тем аналогичный протест прокуратуры Фрунзенского района г. Минска по делу в отношении Д. о необходимости признания в его действиях опасного рецидива преступлений судебной коллегией по уголовным делам Минского городского суда 18.01.2013 был отклонен. Суд второй инстанции указал, что изменение вида рецидива на более строгий, если не ставится вопрос о мягкости наказания, не предусмотрено ч. 3 ст. 396 УПК.
Определением судебной коллегии по уголовным делам Минского городского суда от 17.12.2013 по протесту прокурора изменен приговор суда Центрального района г. Минска от 02.09.2013 в отношении К. В его действиях признан опасный рецидив преступлений вместо рецидива, и увеличено наказание с 6 месяцев ареста до 3 лет лишения свободы.
Отсутствие единообразия в понимании и толковании правовых норм, регулирующих изменение приговора в худшую сторону, приводит к нарушению конституционного принципа равенства граждан перед законом и судом и права обвиняемого на защиту. При этом выявляются и другие проблемные вопросы, нуждающиеся в разъяснении.
Так, согласно ч. 3 ст. 373 УПК, если в жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их представителей, протесте прокурора содержится просьба об отмене или изменении приговора по основаниям, которые могут повлечь ухудшение положения обвиняемого, их копии вручаются обвиняемому, а копия протеста – и потерпевшему независимо от его просьбы. Вместе с тем в отдельных случаях имеют место трудности с вручением перечисленных документов участникам процесса, особенно обвиняемым, не находящимся под стражей. До последнего времени уголовно-процессуальный закон не оговаривал меры воздействия и последствия невручения указанных документов, в связи с чем возникали сомнения в законности определений суда второй инстанции, принятых в отсутствие обвиняемого.
Например, приговором суда Октябрьского района г. Гродно от 20.06.2013 Ш. осужден по ч. 3 ст. 174 УК к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием 15% заработка. Прокурором г. Гродно был принесен протест, в котором ставился вопрос о назначении обвиняемому наказания в виде 1 года 6 месяцев ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа. В связи с тем что после провозглашения приговора Ш. скрылся, вручить ему копию протеста не представилось возможным. Определением судебной коллегии по уголовным делам Гродненского областного суда от 28.11.2013 протест прокурора был отклонен.
В настоящее время данная ситуация получила в законе иное решение. Если обвиняемый после провозглашения приговора скрылся и вручить ему копию протеста (жалобы) на мягкость назначенного наказания не представляется возможным, то это не является препятствием для рассмотрения дела судом второй инстанции (п. 2 ч. 4 ст. 383 УПК).
В заключение хотелось бы подчеркнуть, что пределы полномочий суда второй инстанции при повороте решения к худшему определяются, по-нашему мнению, не только рамками жалобы (протеста), но и позицией стороны обвинения в суде первой инстанции, а также ее оценкой в приговоре. Исходя из этого прокурор не должен в апелляционном протесте просить более строгое наказание, чем предлагал государственный обвинитель в судебном разбирательстве в суде первой инстанции. Если же приговор постановлен в полном соответствии с позицией прокурора, поддерживавшего обвинение в суде, то ни последний, ни вышестоящий прокурор не должны иметь право ставить вопрос об отмене либо изменении такого судебного решения. В противном случае принижается роль государственного обвинителя, нарушается принцип единства органов прокуратуры, а центр тяжести в осуществлении правосудия переносится из суда первой инстанции в апелляционное производство. Полагаем, что исключением из этого правила может быть только явная ошибка в исчислении срока наказания при применении п. 4 ч. 3 ст. 396 УПК. Изложенные требования предъявляются и к содержанию апелляционной жалобы потерпевшего, частного обвинителя или их представителей.
Таким образом, анализ положений УПК о деятельности суда второй инстанции при повороте решения к худшему, практики их применения и теоретических основ апелляционного пересмотра приговоров, не вступивших в законную силу, приводит к следующим выводам:
- пределы вмешательства суда второй инстанции в приговор с целью его изменения к худшему определяются содержанием апелляционной жалобы или протеста;
- суд второй инстанции при повороте решения к худшему не имеет права на собственную инициативу и замену предлагаемых решений;
- просьба субъекта апелляционного обжалования или опротестования об изменении приговора в худшую сторону не должна выходить за границы его требований в суде первой инстанции;
- целесообразно дополнить ст. 394 УПК перечнем случаев, влекущих отмену приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, когда доводы, содержащиеся в апелляционных жалобе или протесте, и доказательства, имеющиеся в деле, требуют проверки и оценки судом первой инстанции.
Полагаем, что реализация этих выводов и предложений будет способствовать единообразному пониманию и применению законодательства при пересмотре приговоров, не вступивших в законную силу, и позволит повысить его эффективность.
Резюме
При пересмотре приговора, не вступившего в законную силу, апелляционная инстанция вправе ухудшить положение обвиняемого. При этом суд не может действовать по собственной инициативе, а должен руководствоваться только требованиями, содержащимися в апелляционной жалобе или протесте.