Отказ в признании недействительным договора страхования риска непогашения кредита

Название документа: Постановление апелляционной инстанции экономического суда города Минска от 28.12.2015 (дело N 311-6/2015/1171А)

Требование: О признании недействительным договора страхования риска непогашения кредита.

Обстоятельства: Страховщик полагал, что страхователь при заключении договора не сообщил сведений, имевших существенное значение для определения страхового риска. В частности, страховщик ссылался на то, что кредит был выдан на реструктуризацию долгов кредитополучателя, а не на его текущую деятельность, как было указано в заявке кредитодателем.

Решение: Требование не удовлетворено, так как конкретное целевое назначение кредита для принятия решения о предоставлении страхового покрытия не являлось для страховщика существенным обстоятельством.

Примечание

Постановлением судебной коллегии по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь от 03.03.2016 (дело N 311-6/2015/1171А/207К) данное постановление и решение экономическогоо суда города Минска от 05.11.2015 (дело N 311-6/2015) оставлены без изменения.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУДА ГОРОДА МИНСКА

Апелляционная инстанция, рассмотрев апелляционную жалобу страхового общества с ограниченной ответственностью «Б» на решение экономического суда г. Минска от 05.11.2015 по иску открытого акционерного общества «П» (далее — ОАО «П») к страховому обществу с ограниченной ответственностью «Б» (далее — СООО «Б») о взыскании 367 555 456 руб., встречному иску о признании недействительным договора страхования риска непогашения кредита, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования на предмет спора, на стороне ответчика — закрытое акционерное общество «М» (далее — ЗАО «М»), с участием представителя лица, подавшего апелляционную жалобу, представителя банка, без представителя третьего лица, надлежаще уведомленного,

Установила:

Решением суда отказано в удовлетворении встречного иска страховой организации о признании недействительным заключенного с банком договора страхования риска непогашения кредита ЗАО «М». Первоначальный иск банка о взыскании 367 555 456 руб. страхового возмещения удовлетворен.

В апелляционной жалобе СООО «Б» просит решение отменить, удовлетворить встречный иск и отказать в первоначальном иске. Договор страхования был заключен под влиянием обмана со стороны банка, что выразилось в представлении недостоверных сведений и документов, имеющих существенное значение при заключении договора, а именно в том, что кредит ЗАО «М» выделяется с целевым назначением «в текущую деятельность». Причем такое назначение не предусматривалось действующей у страховщика формой заявления на страхование, установленной Правилами N 16 добровольного страхования риска непогашения кредита. При обращении к страховщику банком не были сообщены существенные обстоятельства для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков. Банку следовало указать, что кредит имел целью предоставить ЗАО «М» средства для выкупа у банка (держателя) выпущенных ЗАО «М» облигаций, а это по законодательству о бухгалтерском учете к текущей деятельности не относилось. Сумма кредита в тот же день (13.02.2014) была возвращена банку как оплата за облигации. В рассматриваемой ситуации банк действовал с отступлениями от требований Инструкции о порядке предоставления (размещения) банками денежных средств в форме кредита и их возврата, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 30.12.2003 N 226 (далее — Инструкция N 226).

В суде представитель страховой организации поддержал доводы жалобы. Пояснил также, что страховая организация на основе представляемых потенциальными страхователями документов проводит тщательную оценку степени возможных рисков неисполнения финансовых обязательств, по результатам которой нередко выносится решение об отказе в заключении договора страхования. В подтверждение представил соответствующие письма.

В отзыве ОАО «П» привело возражения на жалобу. Истцом по встречному иску не представлено доказательств представления страхователем страховщику заведомо ложных сведений. Необоснованными являются и доводы о том, что банк намеревался направить выделенную сумму кредита не на цель, предусмотренную кредитным договором («в текущую деятельность»). При заключении договора страхования стороны достигли соглашения об объекте страхования, цель кредита в заявлении на страхование была указана по согласованию со страховщиком. Перед заключением договора банком были представлены копии кредитного договора, выписка из решения кредитного комитета, баланс кредитополучателя. Каких-либо иных сведений и документов страховая организация не запрашивала.

В апелляционную инстанцию по ее запросу для приобщения к делу представлено заключение от 12.02.2014 о возможности предоставления кредита ЗАО «М», подготовленное специалистами банка.

Из материалов дела, пояснений представителей сторон усматривается следующее.

В заявлении от 13.02.2014 на страхование ОАО «П» (филиал) просило заключить договор страхования на условиях Правил N 16 добровольного страхования риска непогашения кредита по кредитному договору от 13.02.2014 на сумму 1 570 000 000 руб., кредитополучателем по которому является ЗАО «М».

В заявлении было указано об отсутствии у кредитополучателя просроченной задолженности перед банком или иной кредитно-финансовой организацией. Приведены сведения о ранее заключенных кредитных договорах. Также сообщено, что данный кредит выделяется «в текущую деятельность». К заявлению прилагались кредитный договор от 13.02.2014 и решение кредитного комитета ОАО «П» (выписка). Иные условия: «нет». Банк подтверждал достоверность изложенных в заявлении сведений, с условиями страхования был ознакомлен.

Как следует из протокола заседания кредитного комитета от 13.02.2014, было принято решение предоставить ЗАО «М» единовременно выделяемый кредит — 1,57 млрд. руб. сроком до 1 года, цель — «в текущую деятельность». Возврат по графику начиная с апреля 2014 года. В обеспечение исполнения обязательств по кредиту принималось страхование риска непогашения кредита в СООО «Б» на сумму 2,198 млрд. руб. На ЗАО «М» возлагалась обязанность обеспечить минимальные ежемесячные поступления на текущий счет в банке в размере не менее 500 млн. руб.

Между страховой организацией и банком на условиях Правил N 16 добровольного страхования риска непогашения кредита заключен договор страхования риска непогашения кредита сроком на 1 год — с 13.02.2014 по 12.02.2015 (страховой полис от 13.02.2014 серии БК). Объектом страхования являлись имущественные интересы банка, связанные с возникновением у него убытков, вызванных нарушением кредитополучателем — ЗАО «М» по кредитному договору от 13.02.2014 обязательств по погашению суммы основного долга и процентов по кредиту.

Страховой случай был определен в виде убытков вследствие нарушения кредитополучателем своих обязательств по возврату кредита (суммы основного долга) в размерах и в сроки, установленные кредитным договором от 13.02.2014.

Как следует из письма страховой организации от 24.04.2015, до принятия решения о заключении договора страхования банком был представлен кроме кредитного договора и решения кредитного комитета также баланс кредитополучателя, что позволило страховщику составить заключение относительно возможности страхования риска непогашения кредита. Степень риска и вероятность наступления страхового случая были оценены как невысокие и адекватные размеру планируемого к получению страхового взноса.

По кредитному договору от 13.02.2014 кредитодатель предоставлял кредитополучателю средства в сумме 1,57 млрд. руб. в форме единовременной выдачи «в текущую деятельность» сроком по 12.02.2015 с перечислением на счет кредитополучателя.

Согласно п. 2.5 для получения кредита кредитополучатель представляет кредитодателю документы о целевом использовании с приложением копии договора в подтверждение кредитуемой сделки, заявку на использование кредита и акт целевого использования по форме, установленной кредитополучателем.

Специалистом банка был составлен акт от 13.02.2014 проверки целевого использования кредита. Сумма кредита была направлена на погашение облигаций, выпущенных ЗАО «М» и находившихся у ОАО «П» по договору купли-продажи от 02.04.2012. Продавец обязался по окончании срока обращения облигаций, но не позднее 13.02.2014 погасить все облигации, перечислив покупателю (банку) 1,97 млрд. руб.

Сумма кредита была перечислена на текущий счет ЗАО «М» 13.02.2014. В тот же день ЗАО «М» со своего счета произвело платеж во исполнение обязательства по выкупу облигаций у ОАО «П».

В связи с неисполнением кредитополучателем своих обязательств по возврату кредита банк обращался к страховой организации с заявлениями о наступлении страхового случая с просьбой произвести выплату страхового возмещения (письма от 29.01.2015, 06.02.2015, 03.03.2015, 09.03.2015, 16.03.2015, 02.04.2015, 06.04.2015). Общий размер убытков истца, вызванных нарушением обязательств по кредитному договору, составил 367 555 456 руб.

В выплате страхового возмещения было отказано. В обоснование указывалось на то, что согласно бухгалтерским документам и пояснительной записке ЗАО «М» к балансу за 2013 год видом экономической деятельности предприятия в 2013 году являлся финансовый лизинг. Фактически текущая деятельность ЗАО «М» прокредитована не была, сумма кредита заведомо выдавалась на реструктуризацию долгов (кредитов) ЗАО «М», связанных с обязательствами по погашению ранее эмитированных ценных бумаг, при отсутствии у ЗАО «М» финансовых ресурсов как для выкупа облигаций, так и для возврата кредита. Данные существенные обстоятельства, прежде всего касающиеся обязательств по облигациям, не были сообщены страховщику с целью введения его в заблуждение при оценке страховой сделки, степени возможного страхового риска.

При вынесении постановления суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии со ст. 833 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК) условия, на которых заключается договор добровольного страхования, определяются в правилах соответствующего вида страхования, утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков и согласованных с органом, осуществляющим государственный надзор за страховой деятельностью. Условия, содержащиеся в правилах страхования, в том числе не включенные в текст договора страхования или страхового полиса (свидетельства, сертификата), обязательны для страховщика и страхователя или выгодоприобретателя.

Как установлено нормами ст. 834 ГК, при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. При этом существенными признаются во всяком случае обстоятельства, предусмотренные в договоре страхования или страховом полисе (свидетельстве, сертификате) на основании письменного или устного заявления страхователя.

Если после заключения договора будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения о вышеназванных существенных обстоятельствах, страховщик на основании п. 3 ст. 834 ГК вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 180 ГК.

Согласно п. 6.2 действующих в СООО «Б» и согласованных с Министерством финансов Республики Беларусь Правил N 16 добровольного страхования риска непогашения кредита одновременно с заявлением о страховании страхователь обязан представить страховщику, в частности, копии кредитного договора, договоров, учиненных в обеспечение возврата средств (залог, поручительство, гарантия), кредитной заявки, договоров кредитополучателя в подтверждение кредитуемых сделок, если они заключались, либо иные документы, подтверждающие целевое назначение кредита.

Согласно п. 6.3 представляются также баланс на последнюю отчетную дату и баланс за предыдущий год, отчет о прибылях и убытках.

Согласно п. 6.6 страховщиком могут быть затребованы иные документы, необходимые для определения степени риска.

Согласно п. 6.7 при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику все известные обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая.

Следуя пунктам Правил, страховая организация при решении вопроса о заключении договора страхования риска непогашения кредита ЗАО «М» (оценки возможной степени риска) могла, имея в этом реальную заинтересованность, получить от банка (страхователя) сведения, в той или иной степени конкретности, о целевом назначении запрашиваемого кредита, запросив информацию о сделках, под которые ЗАО «М» планировало получить кредит, и, с учетом этого, решить вопрос о предоставлении страхования. В феврале 2015 года банк по запросу страховой организации представил копию договора купли-продажи облигаций, который был исполнен продавцом в части выкупа облигаций с привлечением кредита.

В плане обеспеченности информацией по состоянию на 13.02.2014 страховщик счел достаточным общее указание банком в заявлении и в прилагавшемся кредитном договоре о том, что кредит выделяется «в текущую деятельность». При этом специалисты страховой организации проанализировали по балансу финансовые показатели работы кредитополучателя, включая краткосрочную и долгосрочную кредиторскую задолженность, и в итоге оценили степень риска и вероятность наступления страхового случая как невысокие.

В обоснование встречного иска к банку о признании договора страхования недействительным страховщик указывает на заведомо ложный характер содержавшихся в заявлении на страхование сведений о выделении кредита «в текущую деятельность», в то время как кредит предназначался, что было от страховщика целенаправленно скрыто, на качественно иную цель, причем в условиях отсутствия у кредитополучателя на текущий момент и невозможности получения в перспективе средств как для выкупа облигаций, так и для возврата испрашивавшегося кредита. В этой связи страховая организация указала на несоблюдение банком обязанности по оценке кредитоспособности ЗАО «М», предусмотренной п. 7 Инструкции N 226.

Юридически обосновывая свою позицию, СООО «Б» ссылается также на п. 2 Инструкции по бухгалтерскому учету доходов и расходов, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 30.09.2011 N 102 (ред. от 31.12.2013), согласно которому текущая деятельность — основная приносящая доход деятельность организации и прочая деятельность, не относящаяся к финансовой и инвестиционной деятельности; финансовая деятельность — деятельность организации, приводящая к изменениям величины и состава внесенного собственного капитала, обязательств по кредитам, займам и иных аналогичных обязательств, если указанная деятельность не относится к текущей деятельности согласно учетной политике организации. Как указывает страховая организация, исходя из данных положений расходы организации по выкупу ценных бумаг, в том числе с использованием кредита, относятся не к текущей деятельности, а к финансовой.

В свою очередь, одним из возражений банка являлась его ссылка на письмо Правления Нацбанка от 11.03.2013 N 04-21/110, согласно которому под кредитованием текущей деятельности субъектов хозяйствования банкам следовало понимать предоставление кредитов для удовлетворения кратковременной потребности кредитополучателя в средствах на формирование части текущих активов.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что на банке в силу п. 7 Инструкции N 226 лежала обязанность оценки кредитоспособности ЗАО «М» при решении вопроса о выделении ему кредита. В составленном заключении о возможности предоставления кредита от 12.02.2014 на основе анализа поступлений сумм на счет был сделан вывод об их стабильном характере, кредитная история оценена как положительная. Фактическая задолженность по обязательствам перед банками: 172,5 тыс. долл. США, 1335 млн. руб., 197,7 тыс. евро. Также были определены чистые активы на 01.10.2013 — 2303 млн. руб., произведен коэффициентный анализ отчетности, рассчитаны иные показатели, существенные для кредитования. Финансовое состояние определено как удовлетворительное.

В данном заключении отражено, что погашение кредита (по расчетам кредитополучателя) планировалось осуществлять ежемесячно равными платежами по 143 млн. руб., источник — выручка от основной деятельности (лизинговые услуги). Кредитополучателем был представлен расчет потока движения денежных средств с I квартала 2014 года по I квартал 2015 года — 23 026,1 млн. руб., в том числе лизинговый доход — 4555,1 млн. руб. Выделение кредита было признано целесообразным.

С учетом данных обстоятельств, а также принимая во внимание, что страховая организация сама (по той или иной применимой методике) производила анализ финансового состояния ЗАО «М» и оценивала степень риска непогашения кредита, доводы страховщика об уклонении от представления известных банку сведений, по сути, об установленной банком потенциальной неплатежеспособности кредитополучателя, не могут быть приняты.

Также не являются обоснованными доводы страховой организации о представлении банком заведомо ложных сведений о существенных обстоятельствах, касающихся назначения кредита «в текущую деятельность». Характер и объем произведенных страховщиком контрольно-аналитических мероприятий, в рамках которых не представлялись (и не истребовались) сведения и документы о кредитуемой сделке, указывали на то, что конкретное целевое назначение кредита для принятия решения о предоставлении страхового покрытия не являлось для страховщика существенным обстоятельством. Поскольку кредит не выдавался на какую-либо из целей, оговоренных в форме заявления на страхование (приложение 2 к Правилам), страховщик принял заявленную банком формулировку «в текущую деятельность», применимую в банковской практике в свете письма Правления Нацбанка от 11.03.2013 N 04-21/110.

Таким образом, правовые основания для признания договора страхования недействительным по ст. 834 ГК отсутствуют. Оснований для удовлетворения встречного иска не имеется. Решение суда об отказе во встречном иске не подлежит отмене.

При оценке первоначального иска суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 853 ГК страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пп. 2 и 3 настоящей статьи.

Законодательством могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Материалами дела не подтверждается наличие обстоятельств, которые бы свидетельствовали о том, что страховой случай (неисполнение обязательства ЗАО «М» по возврату кредита) наступил вследствие умысла или грубой неосторожности страхователя — ОАО «П». Решение суда первой инстанции об удовлетворении иска и взыскании суммы со страховщика является законным и обоснованным. В этой части решение отмене также не подлежит.

Поскольку страховая организация освобождена от уплаты государственной пошлины по судебным делам о страховании, госпошлина по результатам рассмотрения апелляционной жалобы не взыскивается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 279 и 281 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь, апелляционная инстанция

Постановила:

Решение экономического суда г. Минска от 05.11.2015 по делу N 311-6/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу СООО «Б» — без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента вынесения, может быть обжаловано в течение одного месяца в Верховный Суд Республики Беларусь.