В практической деятельности прокурорско-следственных и судебных органов достаточно часто возникают проблемы, связанные с установлением направленности умысла лица и квалификации его действий при совершении уничтожения или повреждения имущества в общественных местах. В такой ситуации для дачи правильной юридической оценки действиям виновных лиц необходимо в ходе уголовного процесса четко устанавливать направленность умысла лица и мотив преступления, т.е. особое внимание следует уделять субъективной стороне преступления. Поэтому неудивительно, что Верховным Судом Республики Беларусь зачастую обращается особое внимание на то, что важным требованием при рассмотрении уголовных дел данной категории является установление судом мотива совершенного преступления – побуждения, которым руководствовался виновный. Выявление такого побуждения необходимо для разграничения уголовно наказуемого хулиганства и иных составов преступлений [1, с. 36].
1. Следует отметить, что понятие хулиганского мотива в нормативных правовых актах Республики Беларусь не закреплено. Это обстоятельство негативно сказывается на правоприменительной практике, т.к. недостаточно четкое разъяснение содержащихся в уголовном законе терминов влечет проблемы правоприменения. По этой причине на практике достаточно часто возникают проблемы с установлением мотива действий лиц, повреждающих или уничтожающих имущество. В ряде случаев это влечет незаконное уголовное преследование граждан за хулиганство.
Так, приговором суда Московского района г. Бреста М., 1948 г.р., был признан виновным по ч. 1 ст. 339 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее – УК) в том, что, находясь на регулируемом перекрестке улиц, беспричинно нанес один удар правой рукой по правому зеркалу заднего вида двигавшегося в соответствии с Правилами дорожного движения (утверждены Указом Президента Республики Беларусь от 28.11.2005 N 551 “О мерах по повышению безопасности дорожного движения”) маршрутного такси, в результате чего зеркало стоимостью 120 тыс.руб. сорвалось с крепления и при падении на асфальт разбилось. Судебная коллегия по уголовным делам Брестского областного суда, рассмотрев по кассационной жалобе обвиняемого уголовное дело, приговор суда М-го района отменила и производство по делу прекратила за отсутствием в действиях М. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 339 УК. Коллегия указала, что М. по регулируемому пешеходному переходу переходил улицу и одной ногой уже ступил на тротуар, а другой ногой еще стоял на проезжей части дороги, и в это время водитель маршрутного такси Д., не дождавшись завершения перехода М. улицы, продолжил движение автомобиля в непосредственной близости от пешеходов. М. последовательно пояснил, что, ступив ногой на тротуар, имеющий уклон к проезжей части дороги, почувствовал, что нога на снегу скользит, а маршрутное такси движется у него за спиной в полуметре от него. Опасаясь попасть под колеса автомобиля, он, развернувшись, правой рукой отмахнулся от автомобиля и тыльной стороной руки попал в зеркало заднего вида автомашины, которое при падении на дорогу разбилось. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта у М. обнаружена ссадина именно на тыльной поверхности правого лучезапястного сустава, что объективно подтверждает его показания о нахождении автомобиля в непосредственной близости за спиной и отсутствие умысла на повреждение зеркала.
В иной ситуации П-им отделом Следственного комитета Республики Беларусь возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 339 УК в отношении Б., который подозревался в том, что около 2 часов ночи в деревне произвел один выстрел из охотничьего ружья в автомобиль, стоявший вблизи дома и принадлежащий К., в результате чего повредил данный автомобиль. В дальнейшем предварительное расследование по уголовному делу прекращено в связи с отсутствием в действиях Б. состава преступления. Был сделан вывод о том, что в действиях Б. отсутствовал хулиганский мотив, так как повреждение автомобиля К. было вызвано местью за нанесенные телесные повреждения Б. и его друзьям в ходе предшествовавшей незадолго до этого драки. Также не имеется объективных данных, свидетельствующих о том, что поблизости находились посторонние граждане, а также что кто-либо из жителей деревни после выстрела выходил на улицу, включал свет в своих домах. В действиях Б. усмотрено умышленное повреждение имущества, однако в связи с тем, что сумма причиненного ущерба не образовывала значительного размера, в его действиях отсутствовал состав преступления, предусмотренный ст. 218 УК. Действия Б. квалифицированы по ст. 10.9 (повреждение имущества), ст. 17.2 (стрельба из огнестрельного оружия в населенном пункте или месте, не предназначенном для стрельбы) и ст. 23.71 (незаконные действия в отношении охотничьего огнестрельного гладкоствольного оружия) Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – КоАП).
По мнению ряда криминалистов, в основе хулиганского мотива лежат такие отрицательные качества личности, как низкая культура, наглое поведение, стремление выразить в вызывающем и намеренном поведении неуважение к обществу, окружающим людям; недовольство собственной жизнью; желание проявить себя посредством грубости, буйства, жестокости; игнорирование требований морали, а также правил человеческого общежития. При совершении хулиганства могут иметь место и другие мотивы, например стремление проявить себя посредством применения насилия к кому-либо, беспричинное приставание к гражданам, негативная реакция на сделанные замечания, плохое настроение лица, связанные с неприятностями дома и на работе, и т.д. [2, с. 615]. Мотивы и цели хулиганства с точки зрения обычной житейской логики бессмысленны, однако в сценарии хулигана его действия четко мотивированы и выражаются в стремлении утвердить свою гипертрофированную исключительность в сознании неопределенного круга лиц. Цель хулиганства до примитивности проста, но для виновного желанна – ошеломить потерпевшего (потерпевших) наглым (грубым) насилием, вселить в него чувство страха и тем самым подчинить, хоть на мгновение, своей воле [3, с. 508].
М-им районным отделом Следственного комитета Республики Беларусь 28.01.2015 возбуждено уголовное дело в отношении несовершеннолетнего Р., 1998 г.р., который около 21 ч 30 мин, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в торговом павильоне, расположенном в агрогородке, “публично справил свои естественные надобности, чем привел в негодность коврик стоимостью 70 тыс.руб., лежащий у входной двери в павильон, и причинил индивидуальному предпринимателю Г. материальный ущерб на указанную сумму”. Очевидно, что указанными действиями имущество не было ни уничтожено, ни повреждено. 20.03.2015 уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием в действиях Р. состава преступления.
Как видно, в данном случае сотрудниками правоохранительных органов неправильно был истолкован уголовный закон. А для установления наличия или отсутствия в действиях субъекта хулиганского мотива необходимо выяснить субъективное отношение лица к совершаемому преступлению, причины возникшего конфликта, адекватность и общественно опасный характер поведения, объективно подтверждающего умышленное нарушение общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, а также характер взаимоотношений между виновным и потерпевшим [2, с. 621].
Следует также констатировать, что в ряде случаев следственными органами проявляется нерешительная позиция в оценке действий лиц, грубо нарушающих общественный порядок.
Б-им отделом Следственного комитета Республики Беларусь было прекращено уголовное дело по ч. 2 ст. 339 УК за отсутствием состава преступления в действиях Т. и И., которые подозревались в повреждении из хулиганских побуждений автомашины К. Следователь мотивировал принятое решение тем, что Т. и И. были знакомы с потерпевшим К. и между ними существовали неприязненные отношения из-за того, что последний якобы когда-то обидел знакомую Т., следовательно, хулиганский мотив в их действиях отсутствовал, а сумма причиненного ущерба не образовывала значительного размера, необходимого для квалификации деяния по ч. 1 ст. 218 УК. Прокуратурой постановление следователя отменено, в последующем уголовное дело направлено в суд и по делу был вынесен обвинительный приговор по ч. 2 ст. 339 УК. Суд согласился с доводами государственного обвинения о том, что Т. и И., находясь в состоянии алкогольного опьянения, увидев в гаражном массиве автомобиль “Москвич”, решили его повредить, после чего выбили стекла, нанесли многочисленные удары руками и ногами, прыгали на крыше. Версия о том, что водитель похожего автомобиля “Москвич” когда-то в ходе движения задел знакомую обвиняемого Т., признана несостоятельной и не свидетельствующей об отсутствии хулиганского мотива.
В ином случае Б-им отделом Следственного комитета Республики Беларусь дважды прекращалось уголовное дело по ч. 1 ст. 339 УК за отсутствием состава преступления в отношении Т., который около 5 часов утра фрагментами асфальта умышленно повредил четыре окна квартиры многоквартирного дома, разбив их остекление. Принимаемые решения следователь мотивировал тем, что Т. ночью проснулся от того, что из квартиры К. доносился шум, который мешал ему спать, в связи с чем действия Т. по разбитию окон были обусловлены личными неприязненными отношениями, а не хулиганским мотивом (также отсутствовал значительный размер ущерба, необходимый для квалификации таких действия по ч. 1 ст. 218 УК). Прокуратура с принятыми решениями не согласилась, так как Т. по факту шума у соседей, создаваемого малолетней внучкой, не только не обратился в государственные органы (милицию, ЖЭС), но даже не обратился к самой К., а сразу же вышел на улицу и начал бросать куски асфальта в окна квартиры, создавая угрозу травмирования находящихся в квартире людей, в том числе маленького ребенка. В результате уголовное дело было направлено в суд, Т. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 339 УК.
У С. на дороге сломался автомобиль, и ему долгое время не удавалось остановить машину для буксировки. Спустя несколько часов после поломки С., разозлившись, что водитель приближающейся автомашины не снижает скорости и не имеет намерения оказать ему помощь, преднамеренно кинул поднятым с обочины кирпичом в лобовое стекло движущегося автомобиля. В результате угрожающих безопасности дорожного движения действий С. был причинен ущерб в значительном размере. Первоначально действия виновного были квалифицированы работниками милиции как умышленное повреждение имущества, и только на последующих стадиях уголовного процесса действия С. правильно квалифицированы как хулиганство [4, с. 964].
2. Одним из проблемных вопросов при квалификации является признание при совершении хулиганских действий, сопровождающихся повреждением имущества, деяния малозначительным. Дело в том, что сегодня различными правоприменителями по-разному толкуется закрепленное в ч. 4 ст. 11 УК определение понятия малозначительности деяния, которое не причинило и не могло причинить существенный вред охраняемым уголовным законом интересам, в силу неконкретизированности этого понятия. Также заметим, что в ст. 17.1 КоАП закреплено понятие мелкого хулиганства. Согласно указанной норме под мелким хулиганством понимается нецензурная брань в общественном месте, оскорбительное приставание к гражданам и другие умышленные действия, нарушающие общественный порядок, деятельность организаций или спокойствие граждан и выражающиеся в явном неуважении к обществу.
Вместе с тем следственно-судебная практика по вопросу разграничения мелкого хулиганства и уголовно-наказуемого хулиганства складывается неединообразно. Все дело в том, что в настоящее время нет единого подхода к квалификации деяний, совершенных при схожих обстоятельствах: в одних регионах республики возбуждаются уголовные дела по ст. 339 УК, в других – принимаются решения об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления по причине малозначительности.
Так, по поступившему в ОВД М-го райисполкома сообщению местного ЖКХ по факту повреждения неустановленным лицом в городском парке пяти кустарников (туй) на сумму 1,7 млн.руб. территориальным отделом внутренних дел принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела. При этом в ходе доследственной проверки установлена причастность Я. к повреждению указанного имущества, который дважды в 2013 году осуждался судом за хулиганство, связанное с повреждением имущества ЖКХ на сумму 333 тыс. и 519 тыс.руб. соответственно. Прокуратура области с таким решением не согласилась, и постановление ОВД об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено с одновременным возбуждением уголовного дела по ч. 2 ст. 339 УК в отношении Я. В настоящее время уголовное дело передано в суд.
В другом случае по постановлению суда М-го района к административной ответственности по ст. 17.1 КоАП привлечен С. Он около полуночи, находясь в состоянии алкогольного опьянения, беспричинно повредил стоящий во дворе дома автомобиль, причинив потерпевшему ущерб на сумму 150 тыс.руб.
Приговором суда Б-го района был осужден В. по ч. 1 ст. 339 УК за то, что он около 21 ч, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь на территории гаражно-строительного потребительского кооператива, в присутствии посторонних лиц нанес один удар ногой в нижнюю секцию пролета забора, которым огорожена территория кооператива, что повлекло нарушение ее целостности и внешнего вида, тем самым причинив имущественный ущерб на сумму 100 тыс.руб.
Приведенные примеры (а это только малая их часть) свидетельствуют о том, что наибольшие разногласия существуют в разграничении понятий мелкого хулиганства и уголовно-наказуемого хулиганства в случае совершения хулиганских действий, сопровождающихся повреждением либо уничтожением чужого имущества, поскольку в настоящее время на законодательном уровне не закреплено, какой ущерб от таких действий следует признавать существенным и в каких случаях необходимо ставить вопрос о привлечении лица к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 339 УК, а в каких возможно ограничиться привлечением виновного к административной ответственности по ст. 17.1 КоАП (вместе с тем ст. 17.1 КоАП не содержит квалифицирующих признаков повреждения или уничтожения имущества, что не позволяет даже в случаях причинения незначительного ущерба имуществу в процессе хулиганских действий привлечь виновное лицо к административной ответственности).
Следует также отметить, что довольно продолжительное время была распространена практика, в соответствии с которой уголовные дела по фактам повреждения стекол в окнах домов, форточек в автомашинах, заборов и т.д. не возбуждались. По таким фактам органами дознания выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием в действиях лица составов преступлений, предусмотренных ст. 339, 341, 218 УК, если отсутствовал ущерб в значительном размере. Виновные лица в таком случае при их установлении привлекались к административной ответственности по ст. 10.9 КоАП.
Например, в ОВД администрации Ленинского района города Б. поступило заявление заведующего магазином о повреждении двери в магазин, чем причинен ущерб на сумму 774 тыс.руб. ОВД вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении. Установлено, что 25.01.2014 в 23 часа в момент закрытия магазина в двери постучал Б. с просьбой впустить его для приобретения спиртных напитков, на что ему было обоснованно отказано. В ответ Б. начал стучать в двери ногами, требуя его впустить в магазин (хотя ему неоднократно работниками универсама сообщалось о режиме работы магазина), в результате чего повредил имущество. Прокурором постановление о прекращении дела об административном правонарушении отменено, а в отношении Б. по данному факту возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 339 УК. Позже Б. был привлечен к уголовной ответственности.
В этой ситуации с целью исключения различной практики применения ст. 339 УК практическими работниками все чаще высказывается мнение о внесении изменений в указанную норму с целью декриминализации хулиганских действий, сопряженных с уничтожением или повреждением имущества в сумме, не превышающей двукратного (либо пятикратного) размера базовой величины, и внесения соответствующих изменений в ст. 17.1 КоАП, дополнив ее признаком уничтожения или повреждения чужого имущества в размерах, определяющих уголовно наказуемое хулиганство (т.е. в указанной норме следует закрепить, до какого размера причинения ущерба за хулиганство наступает административная ответственность; с этой же целью необходимо предусмотреть в ст. 339 УК, с какого размера причинения ущерба наступает уголовная ответственность).
Тем не менее сегодня мнения правоприменителей по поводу минимальной стоимости уничтоженного (поврежденного) имущества, с которой хулиганство становится уголовно наказуемым, расходятся. Высказываются суждения, что данный размер должен составлять от 1 до 10 базовых величин. Представляется, однако, что декриминализация уничтожения (повреждения) имущества из хулиганских побуждений на сумму, не превышающую десятикратного размера базовой величины, будет способствовать тому, что многие хулиганы, разбивающие стекла на объектах, расположенных в общественных местах, ломающие ограждения, царапающие автомобили и т.д., останутся безнаказанными. Данная сумма будет составлять почти 2/3 от планируемого среднего размера пенсии в стране в 2015 году (2,88 млн.руб.). Указанный размер ущерба будет существенным не только для пенсионеров, но и для других малозащищенных категорий граждан, так как данная сумма превысит размер бюджета прожиточного минимума в среднем на душу населения страны (с 01.08.2015 – 1,57 млн.руб.). Также следует констатировать тот факт, что активность органов дознания по установлению лиц, совершивших административные правонарушения, существенно ниже такой же деятельности по раскрытию уголовно наказуемых деяний, что отрицательным образом скажется на обеспечении защиты прав и законных интересов пострадавших от действий хулиганов, когда личности последних не были установлены по горячим следам.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
1. О судебной практике по делам о хулиганстве (ст. 339 УК) (по материалам обзора) // Судовы веснiк. – 2005. – N 2. – С. 35 – 39.
2. Энциклопедия уголовного права / В.Б.Малинин [и др.]; отв. ред. В.Б.Малинин. – СПб.: Издание профессора Малинина – СПб ГКА, 2013. – Т. 21: Преступления против общественной безопасности и общественного порядка. – 1072 с.
3. Уголовное право. Особенная часть: учеб. для вузов / отв. ред. И.Я.Козаченко, З.А.Незнамова, Г.П.Новоселов. – Изд. 3-е, изм. и доп. – М.: НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2001. – 960 с.
4. Энциклопедия уголовного права / Н.А.Лопашенко [и др.]; отв. ред. В.Б.Малинин. – СПб.: Издание профессора Малинина – СПб ГКА, 2011. – Т. 18: Преступления против собственности. – 1018 с.