Поскольку ответчик не представил суду документального подтверждения обстоятельств непреодолимой силы, помешавших исполнению обязательств по договору подряда, суд не усмотрел оснований для применения нормы ст. 372 Гражданского кодекса Республики Беларусь об освобождении от ответственности за нарушение обязательства.
Истец – ОАО “Б” предъявил иск к КУМПП ЖКХ о взыскании 380974944 руб., из которых – 322601714 руб. – задолженность за выполненные по договорам подряда работы, 49358059 руб. – пеня и 9015171 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами.
Во исполнение договоров подряда на капитальное строительство истец выполнил для ответчика работы по монтажу наружного освещения на общую сумму 322601714 руб. По условиям договоров ответчик должен был оплатить стоимость выполненных работ платежными поручениями в 3-дневный срок со дня подписания справки о стоимости выполненных работ. Ответчик нарушил условия договоров, оплату выполненных работ в установленный срок не произвел, в связи с чем истец обратился в суд с иском о принудительном взыскании долга, предусмотренной договором пени и процентов за пользование чужими денежными средствами в общей сумме взыскания 380974944 руб.
В судебном заседании истец уменьшил исковые требования в части взыскания суммы основного долга, в связи с частичной оплатой на сумму 88754887 руб.
Разрешая данный спор, суд установил, что по сумме основного долга спора между сторонами не было, ответчик наличие долга в сумме 233846827 руб. (за минусом оплаченной суммы) признал в полном объеме.
Ответчик не признавал правомерность заявленных истцом требований в части взыскания пени и процентов за пользование чужими денежными средствами. Свои возражения ответчик основывал на том, что, поскольку согласно договору “объект финансируется из средств бюджета”, а бюджетные средства в 2007 году на финансирование выполненных истцом работ ответчику не выделялись, следовательно, его вины в несвоевременной оплате стоимости выполненных работ нет. Как следствие, отсутствие вины (ст. 372 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК)) является основанием для освобождения лица от ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами и пени.
Истец настаивал на взыскании заявленных сумм пени и процентов, поскольку в договорах установлены сроки оплаты, эти сроки ответчиком нарушены и, кроме того, ЖКХ – это не бюджетное учреждение, а коммерческая организация.
Поскольку заявленные истцом требования были подтверждены надлежащими документами и доказательствами, соответствовали законодательству, фактически признаны ответчиком, исковые требования подлежали удовлетворению.
В соответствии со ст. 313 ГК кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законодательством, независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.
В хозяйственный суд поступило исковое заявление о взыскании 31650296 руб., из которых задолженность за выполненные работы – 26058750 руб., пеня – 4727987 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами – 863559 руб.
Ответчик возражал против взыскания пени, поскольку в договоре не был согласован размер пени.
Истец обосновывал свои исковые требования следующим.
Во исполнение заключенного между сторонами договора истец выполнял для ответчика работы по благоустройству подъездного пути на территории ответчика на общую сумму 27058750 руб.
В соответствии с одним из пунктов договора ответчик обязан был произвести расчеты до 25-го числа месяца, следующего за отчетным, на основании актов приемки выполненных работ и справки.
Сторонами были подписаны акт сдачи-приемки выполненных работ за август 2007 г., расчет стоимости выполненных работ к акту, справка о стоимости выполненных работ и затрат.
Ответчиком была перечислена частичная сумма долга в размере 1000000 руб., остаток непогашенной задолженности составлял 26058750 руб.
В связи с тем, что оплата задолженности ответчиком не была произведена в полном объеме, истец просил взыскать ее в судебном порядке.
На основании Правил заключения и исполнения договоров строительного подряда, утвержденных постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15.09.1998 N 1450 (далее – Правила заключения и исполнения договоров строительного подряда), истец просит взыскать пеню в сумме 4727987 руб., исходя из размера 0,15% за каждый день просрочки платежа, и в соответствии со ст. 366 ГК проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 863559 руб.
Довод ответчика об отсутствии в договоре пени за просрочку платежа не был принят во внимание судом, поскольку в данном случае взыскание пени установлено вышеназванным постановлением Совета Министров Республики Беларусь.
Оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу, что требования истца подтверждены документально, в связи с чем подлежат удовлетворению.
Ходатайство об уменьшении пени в связи с тяжелым финансовым положением предприятия не может быть основанием для уменьшения размера пени, поскольку это не предусмотрено законодательством.
Истец – СПЧУП “Ю” предъявил иск к ответчику – РУПП “Э” о взыскании 46560438 руб. задолженности за выполненные ремонтно-строительные работы.
Свои исковые требования истец обосновывал следующим.
Во исполнение договора на выполнение ремонтно-строительных работ истцом были выполнены работы по ремонту котла, что подтверждалось актом сдачи-приемки работ. Стоимость работ согласно договору с учетом дополнительного соглашения составила 86891629 руб.
Поскольку оплата за выполненные работы в полном объеме ответчиком не была произведена, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика задолженности в сумме 42328369 руб. в судебном порядке.
На основании ст. 366 ГК истец просил взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 2232069 руб.
Кроме того, истец просил взыскать с ответчика пеню за просрочку в оплате за тот же период. Один из пунктов договора предусматривал уплату пени за просрочку в оплате в размере 0,1% в день, но не более 10 % от стоимости работ. Пеня согласно приведенному расчету составляла 8169375 рублей, а с учетом установленного ограничения – 4232837 рублей. Истцом указанный размер пени был уменьшен по собственной инициативе и заявлены требования о взыскании пени в сумме 2000000 рублей.
Ответчик в отзыве заявил о признании задолженности перед истцом в сумме 42328369 рублей и просил уменьшить размер взыскиваемой пени на 80 % ввиду тяжелого финансово-экономического положения предприятия.
В соответствии со статьей 314 ГК тяжелое финансово-экономическое положение ответчика не является основанием для уменьшения размера неустойки. Кроме того, принимая во внимание ограничение размера неустойки, предусмотренное договором, а также добровольное уменьшение истцом взыскиваемой пени до 2000000 рублей, суд не нашел оснований для признания взыскиваемой неустойки явно несоразмерной последствиям нарушения обязательств ответчиком.
На основании материалов дела суд пришел к выводу, что требования истца обоснованны, подтверждены документально и подлежат удовлетворению в полном объеме.
В соответствии со ст. 184 ГК последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.
Истец – ЗАО “А” предъявил иск к ответчику – УКРСП “Б” о взыскании 4066964 руб. задолженности по договору на выполнение подрядных работ.
Во исполнение договора на выполнение подрядных работ истец выполнил для ответчика работы по установке, монтажу, наладке прибора учета тепла и автоматики регулирования в жилом доме на общую сумму 2545307 руб., что подтверждалось актами приемки выполненных работ.
Ответчик свои обязательства по оплате выполненных работ не исполнил. Поскольку оплата за выполненные работы не была произведена, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика задолженности в сумме 2545307 руб. в судебном порядке.
На основании ст. 366 ГК истец просил взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 235005 руб.
Кроме того, в соответствии с Правилами заключения и исполнения договоров (контрактов) строительного подряда истец просил взыскать с ответчика пеню за просрочку в оплате по ставке 0,15% в день за тот же период в сумме 1286652 руб.
К судебному заседанию от истца поступило ходатайство об уменьшении размера исковых требований в связи с оплатой ответчиком основного долга. В ходатайстве истец просил взыскать пеню и проценты за пользование чужими денежными средствами в заявленном размере.
Ответчик представил отзыв на исковое заявление, в котором подтвердил факт погашения основного долга, но возражал против удовлетворения требований истца о взыскании пени и процентов, указывая, что акты приемки выполненных работ подписаны начальником ПТО, которая не имела полномочий на их подписание. Поскольку акты приемки выполненных работ уполномоченным лицом не подписаны, ответчик просил отказать истцу во взыскании пени и процентов, так как срок исполнения обязательства по оплате выполненных работ не наступил, а следовательно, отсутствовали основания для начисления пени и процентов. Одним из пунктов договора была предусмотрена окончательная оплата за выполненные работы в течение 5 банковских дней после подписания актов выполненных работ.
Изучив материалы дела, суд установил, что подписание актов лицом, не имеющим соответствующих полномочий, было в дальнейшем одобрено ответчиком посредством оплаты принятых по указанным актам работ. Вместе с тем в акте приемки выполненных работ отсутствовала дата его подписания сторонами. Поскольку доказательств, подтверждающих дату подписания указанного акта, истец не представил, в соответствии с постановлением Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 23.12.2005 N 33 “О некоторых вопросах рассмотрения споров, вытекающих из договора строительного подряда”, в удовлетворении требований истца о взыскании пени и процентов, начисленных за просрочку в оплате работ, принятых по указанному акту, было частично отказано.
Суд самостоятельно определил момент наступления срока оплаты.
Удовлетворению подлежали требования истца о взыскании пени и процентов, начисленных за просрочку в оплате работ, принятых по указанному акту, за период, установленный судом, в размере 870628 руб. пени и 161228 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.
Судом заявленные требования истца были удовлетворены в полном объеме, поскольку были представлены доказательства по завышению объемов работ ответчиком по договору субподряда.
Истец – СООО “Э” предъявил иск к ИП П. о взыскании 22203850 руб., составляющих сумму неосновательного обогащения.
Истцом было подано ходатайство об увеличении размера исковых требований в части взыскания 444077 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, которое подлежало удовлетворению. Общая цена иска составляла 22647927 руб.
В обоснование своих требований истец указал на то обстоятельство, что сторонами был заключен договор субподряда, в соответствии с которым ответчик должен был выполнить работы по устройству внутренних откосов на объекте “Реконструкция средней школы в д. О”. Истец уплатил 100519917 руб. за выполненные работы.
По результатам контрольного обмера, происходившего с участием представителей заказчика, генерального подрядчика, было выявлено завышение объемов работ на сумму 23237285 руб.
Сумма завышения в полном объеме была исключена генеральным подрядчиком из стоимости работ по объекту, предъявленных к оплате истцом. В связи с тем, что истцом была произведена оплата ответчику в сумме 22203850 руб., он просил взыскать ее как сумму неосновательного обогащения.
Согласно статье 366 ГК за пользование чужими денежными средствами подлежат уплате проценты на сумму этих средств. С учетом изложенного истец просил взыскать с ответчика 444077 руб., составляющих сумму процентов за необоснованное пользование чужими денежными средствами.
Ответчиком был подписан акт контрольного обмера строительно-монтажных работ по устройству внутренних откосов, которым установлено, что завышены объемы на 293,812 кв. м. Обмер проводился по площади отштукатуренных откосов. По результатам объемов работ, определенных контрольным обмером, истец составил расчет стоимости фактически выполненных работ ответчиком с учетом спорных проемов.
Впоследствии ответчиком была предпринята попытка составления нового расчета стоимости выполненных работ в полном объеме с увеличением количества использованного материала, изменением цены использованного материала.
Данные акты не были приняты судом за основу, поскольку они были составлены в одностороннем порядке. Представленные ответчиком расчеты противоречили подписанным им же актам контрольного обмера, поскольку согласно расчету ответчика завышения объемов не усматривалось.
Из представленных суду материалов следовало, что фактически работы выполнены на сумму 68804153 руб.
В ходе судебного заседания при проведении расчета с участием ответчика по факту расхода материалов было установлено завышение на 565,5 пог. м материала, то есть больше, чем учтено истцом (499 пог. м).
Для выполнения спорного объема работ по расчетам ответчика было использовано 2257,03 кв. м. “стеклосетки ССШ 160”, причем с разной ценой: 1300 рублей за кв. м. и 1500 рублей за кв. м. В соответствии с актом выполненных работ для производства было использовано 1662,3 кв. м. материала. Объяснений по данному поводу со ссылкой на конкретную норму права суду представлено не было.
Не объяснил ответчик также, на каком основании он включил в расчет стоимости работ транспортные затраты, не предусмотренные расценкой С104-700 “Компенсация стоимости плит минераловатных”, что расценивалось как завышение объема.
К моменту слушания дела от ответчика не поступило каких-либо доказательств, позволяющих поставить под сомнение факт наступления гражданско-правовой ответственности ответчика в форме возмещения суммы неосновательного обогащения и уплаты санкций.
Принимая во внимание то обстоятельство, что исковые требования были подтверждены документально на большую сумму, чем требовал истец в рамках заявленного иска, суд удовлетворил исковые требования в полном объеме.
Поскольку истец не представил суду доказательств, подтверждающих факт нарушения ответчиком принятых на себя обязательств по договору о долевом строительстве, в удовлетворении исковых требований было отказано.
Истец – ИП К. обратился в суд с иском к ОАО “С” о взыскании 12137580 руб. пени по договору о долевом строительстве.
Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, суд установил следующее.
Между сторонами был заключен договор о долевом строительстве офисных, торговых помещений в цокольном этаже 75-квартирного жилого дома. Согласно договору срок ввода жилого дома в эксплуатацию в соответствии с требованиями нормативно-технической документации истекал в декабре 2007 г.
В апреле 2008 г. ИП К. обратилась к ОАО “С” с требованием предоставить официальную информацию о дате ввода жилого дома в эксплуатацию, предоставить расчет стоимости выполненных работ, передать помещение в установленном порядке. Эти требования ответчик проигнорировал, в связи с чем истец обратился в суд с иском о взыскании предусмотренной договором пени.
Статьей 311 ГК предусмотрена возможность для кредитора взыскать с должника предусмотренную договором пеню в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
В договоре стороны предусмотрели ответственность за нарушение субинвестором (ответчиком по данному делу) сроков ввода жилого дома в эксплуатацию.
В судебное заседание ответчик представил акт приемки объекта, законченного строительством, свидетельствующий о том, что ответчиком был предъявлен приемочной комиссии к приемке 75-квартирный жилой дом со встроенными офисными и торговыми помещениями в цокольном этаже, который был принят в эксплуатацию.
Как уже отмечалось выше, стороны в договоре определили только срок ввода жилого дома в эксплуатацию и установили ответственность за нарушение именно этого условия договора.
Представленный ответчиком акт ввода жилого дома в эксплуатацию доказывал, что нет оснований для привлечения ответчика к ответственности в соответствии с договором, поскольку им не были нарушены принятые на себя обязательства, – жилой дом был введен в эксплуатацию в срок, не превышающий трех месяцев, сверх установленного договором срока.
При таких обстоятельствах истцу в иске было отказано за необоснованностью требований.
В соответствии со ст. 62 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь суд устанавливает надлежащего ответчика по делу и признает исковые требования о взыскании задолженности по договору строительного подряда правомерными.
В хозяйственный суд поступило исковое заявление о взыскании с ответчиков 4265571 руб. задолженности по договору строительного субподряда, из которых 2908956 руб. – долг, 1147583 руб. – пеня и 209032 руб. – проценты (ст. 366 ГК).
Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителя ответчика (ОАО “П”), суд установил, что на условиях договора строительного субподряда (далее – договор) истец как субподрядчик выполнил для ОАО “П” как подрядчика работы по вертикальной планировке, благоустройству и озеленению территории средней школы. Согласно договору работы подлежали оплате в течение пяти банковских дней после оплаты работ заказчиком. Общая стоимость работ, выполненных истцом по договору (согласно подписанным сторонами актам сдачи-приемки и справкам о стоимости выполненных работ), составила 296039028 руб. Одним из пунктов договора было предусмотрено, что при неисполнении, ненадлежащем исполнении обязательств по договору сторона несет ответственность перед другой стороной в соответствии с Правилами заключения и исполнения договоров (контрактов) строительного подряда. Согласно акту сверки расчетов, подписанному между подрядчиком (ОАО “П”) и заказчиком (КУП “К”), у заказчика отсутствовала задолженность перед подрядчиком по оплате работ, выполненных по школе.
В связи с тем, что задолженность за выполненные субподрядные работы в сумме 2908956 руб. не была погашена, истец потребовал взыскать ее в судебном порядке, а также сумму пени в размере 1147583 руб. и проценты по ст. 366 ГК в сумме 209032 руб.
ОАО “П” было реорганизовано, из его состава было выделено структурное подразделение “П N 57” и на его базе создано коммунальное унитарное строительное предприятие (КУСП) “П N 57”.
Представитель ОАО “П” возражал против требований истца, ссылаясь на то, что задолженность по договору субподряда в сумме 2908956 руб. при реорганизации была передана КУСП “П N 57”.
КУСП “П N 57” как второй ответчик подтвердило то обстоятельство, что указанная задолженность действительно числилась на его балансе, и просило в порядке ст. 314 ГК уменьшить сумму взыскиваемой истцом неустойки.
Оценив представленные доказательства, суд признал исковые требования правомерными в заявленных суммах, при этом требование о взыскании неустойки суд признал возможным в порядке ст. 314 ГК уменьшить до 938551 руб.
Основной долг, пеня и проценты были взысканы с КУСП “П N 57” как с надлежащего ответчика по делу. В иске к ОАО “П” было отказано, поскольку указанное лицо не являлось надлежащим ответчиком по делу.
В силу ст. 14 ГК лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законодательством или соответствующим законодательству договором не предусмотрено иное.
В суд поступило исковое заявление о взыскании 95639716 руб. убытков.
Истец в исковом заявлении указывал следующее.
Согласно договору, дополнительным соглашениям ответчик выполнял истцу ремонтно-строительные работы на объекте “Устройство скатной кровли и утепление наружных стен жилого дома”. Работы оплачивались истцом со счетов, на которых аккумулировались денежные средства населения, отчисляемые на капитальный ремонт жилого фонда. Ответчик обязан был выполнять работы по капитальному ремонту жилого дома в соответствии с утвержденной проектно-сметной документацией и строительными нормами и правилами, однако он неоднократно допускал отступления от утвержденной проектно-сметной документации, строительных норм и правил, нарушая условия договора. Некачественно выполненные работы были приняты и оплачены заказчиком без указания на допущенные дефекты в акте либо ином документе, удостоверяющем приемку. После приемки работ заказчиком в период действия договора ответчику и заказчику неоднократно выдавались предписания об устранении выявленных дефектов и недоделок, однако часть недостатков им не была устранена.
По заявлению ответчика решением хозяйственного суда был расторгнут договор подряда с взысканием с ответчика в пользу заказчика по встречному исковому заявлению 13625958 рублей в качестве убытков, причиненных в результате некачественно выполненных работ по устройству карнизов дома, которые ответчик признал, направив в хозяйственный суд письменное заявление.
В связи с тем, что Департаментом контроля и надзора за строительством Государственного комитета по стандартизации были выданы предписания об устранении дефектов на объекте, а также в связи с необходимостью выполнения работ в полном объеме и в соответствии с проектно-сметной документацией истец заключил государственный контракт с УП “Р” на устранение дефектов по предписанию инспекции Департамента Госстройнадзора на объекте “Устройство скатной кровли и утепление наружных стен жилого дома”. Согласно данному контракту заказчик обязался принять выполненные работы и оплатить их по цене, установленной контрактом, которая первоначально составляла 13625940 руб. Но в связи с тем, что данная сумма была рассчитана только на устранение дефектов по некачественному выполнению работ по устройству карнизов дома, цена работ, являющаяся предметом контракта, осталась открытой и определялась по фактическому выполнению. При этом при производстве работ по устранению дефектов подрядная организация руководствовалась дефектной ведомостью, предоставляемой заказчиком.
Изначально устранение дефектов производилось на основании предписания Инспекции департамента Госстройнадзора, выданного ответчику и истцу, затем – по акту, который был составлен по результатам работы комиссии, в члены которой вошли представители компетентных контролирующих строительство государственных органов. Целью работы данной комиссии было проведение проверки дефектов, нарушений выполненных строительно-монтажных работ и недоделок на объекте. По результатам работы был составлен акт с перечнем дефектов, который соответствовал перечню, определенному в ранее выдаваемых предписаниях. Указанной комиссией был определен перечень дефектов и недоделок, допущенных ответчиком.
Работы по устранению перечисленных дефектов и недоделок производились как силами подрядной организации – филиала КУП “Б”, так и собственными силами истца. По работам на устранение дефектов были составлены акты сдачи-приемки выполненных работ, которые были оплачены платежными поручениями истца.
Заявленную истцом сумму убытков согласно договору и Правилам заключения и исполнения договоров строительного подряда должен был потратить ответчик для устранения дефектов и недоделок, однако отказ ответчика от исполнения возложенных на него гарантийных обязательств послужил основанием для заключения государственного контракта на устранение допущенных ответчиком дефектов истцом с третьим лицом – УП “Р”, в связи с чем истец понес убытки, связанные с оплатой работ по устранению допущенных ответчиком дефектов и недоделок.
Стоимость всех работ по устранению дефектов, допущенных ответчиком при выполнении обязательств, возложенных на него договором подряда, составляла 120072183 рубля.
Из этого следовало, что сумма, перечисленная ответчиком ранее по решению суда, а также стоимость работ по корректировке проекта (работы, которые ответчиком не выполнялись) в исковые требования по данному делу не вошли.
Эту сумму должен был потратить ответчик для устранения дефектов и недоделок, однако отказ ответчика от исполнения возложенных на него гарантийных обязательств послужил основанием для заключения государственного контракта на устранение допущенных ответчиком дефектов истцом с третьим лицом – УП “Р”. В связи с этим истец понес убытки, связанные с дополнительной оплатой работ по устранению допущенных ответчиком дефектов и недоделок в результате ненадлежащего исполнения обязательств, которые просил взыскать с ответчика в сумме 95639716 руб.
Ответчик в отзыве указал следующее.
Основная масса работ, которые были выполнены КУП “Б” (третьим лицом), относилась к работам по демонтажу и переделке конструкций карнизов на сумму 13625958 руб. убытков, которую ответчик уплатил истцу по решению суда, а также к работам по недоделкам и работам, не учтенным в проектно-сметной документации, т. е. не к тому перечню дефектов, которые указал истец в своем иске.
Кроме того, ответчик указывал на то, что истец путем подачи заявления изменил одновременно предмет и основания иска, что противоречит ст. 63 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ХПК), а именно в исковом заявлении истец требовал взыскать с ответчика неосновательное обогащение в результате сбережения денежных средств на сумму 95639716 руб., которые должны были быть взысканы с ответчика на основании ст. ст. 971, 972, 974 ГК. В ходе судебного разбирательства истец подал уточнения, где он требовал взыскать сумму в размере 95639716 руб. в качестве причиненных убытков в результате ненадлежащего исполнения обязательств на основании ст. ст. 14, 364 ГК.
Кроме того, ответчик указывал на то, что в рамках ранее рассматриваемого дела был также рассмотрен встречный иск КУП “Ж” о взыскании в качестве причиненных убытков 25277467 рублей за некачественно выполненные работы, 1440020 рублей индексации за несвоевременно использованные авансы, 1195210 рублей за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 366 ГК, который был удовлетворен только на сумму 13625958 рублей. Таким образом, по мнению ответчика, изменение исковых требований КУП “Ж” с неосновательного обогащения на взыскание с ОДО “Р” суммы в размере 95639716 руб. в качестве причиненных убытков в результате ненадлежащего исполнения обязательства, на основании ст. ст. 14, 364 ГК, являлось тождественным иском по отношению к встречному иску по ранее рассмотренному делу. Ответчик также указал, что если по тождественному иску хозяйственным, общим или третейским судом уже вынесено решение или определение о прекращении производства по делу, то хозяйственный суд отказывает в возбуждении производства по делу по вновь предъявленному тождественному иску на основании абз. 3 ч. 1 ст. 164 ХПК.
Ответчик сослался на то, что если в момент заключения и исполнения договора в договоре отсутствовали обязательные (существенные) условия (не была определена цена объекта или способ ее определения), то и нет графика платежей и производства работ из-за отсутствия проектно-сметной документации, нет заключения государственной вневедомственной экспертизы, согласования и утверждения ее в установленном порядке, что влечет за собой незаключенность договора строительного подряда (контракта). Указал на то, что истец не представил суду доказательств согласования сторонами в договоре конкретных видов и объемов подлежащих выполнению на объекте работ (ПСД), стоимости работ, заключения государственной вневедомственной экспертизы, в том числе и выполнения работ в соответствии с проектно-сметной документацией. Таким образом, ответчик указал на признание договора строительного подряда незаключенным, что являлось основанием для отказа в удовлетворении требований, основанных на договоре строительного подряда, если истец не заявил об изменении основания иска. В связи с тем, что истец не заявил суду об изменении основания иска, ответчик в удовлетворении заявленных требований истцу просил отказать.
Оценив представленные документы и объяснения представителей сторон, суд посчитал требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.
Предмет иска – материально-правовое требование истца к ответчику, относительно которого истец просил постановить судебное решение. Предметом настоящего искового заявления являлись убытки в размере 95639716 руб. Основание иска – это фактические обстоятельства, на которые ссылался истец в подтверждение заявленного требования. Изменение основания иска – это полная замена фактов, легших в основу первоначального иска. Суд пришел к выводу, что фактические обстоятельства – основания иска при изменении исковых требований по делу не изменились. Поводом для обращения в суд послужили следующие обстоятельства.
По договору подряда, заключенному между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик), ответчик обязан был выполнять работы по капитальному ремонту жилого дома в соответствии с утвержденной проектно-сметной документацией и строительными нормами и правилами. Однако, выполняя обязательства, определенные договором, ответчик неоднократно допускал отступления от утвержденной проектно-сметной документации, строительных норм и правил, нарушал условия договора и ненадлежаще выполнил возложенные на него обязательства.
В связи с этим суд пришел к выводу, что довод ответчика о том, что истец изменил и предмет, и основания иска, несостоятелен.
В соответствии с ч. 2 ст. 106 ХПК обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении хозяйственным судом другого дела, в котором участвуют те же лица или их правопреемники.
Решением по ранее рассмотренному делу было установлено, что ответчиком выполнялись работы по устройству скатной кровли и утеплению наружных стен жилого дома, с ответчика в пользу истца было взыскано 13625958 руб. убытков в виде расходов, которые истец должен был произвести для устранения недостатков в выполненных ответчиком ремонтно-строительных работах по устройству карниза в указанном доме.
По материалам дела судом было установлено, что на основании договора подряда ответчик выполнял ремонтно-строительные работы на объекте “Устройство скатной кровли и утепление наружных стен жилого дома”, работы оплачивались истцом со счетов, на которых аккумулировались денежные средства населения, отчисляемые на капитальный ремонт жилого фонда. По пояснению представителя истца всего было выполнено работ на сумму свыше 500 млн. руб. Ответчик неоднократно допускал отступления от утвержденной проектно-сметной документации, строительных норм и правил. Однако после приемки работ заказчиком в период действия договора контролирующими органами (инспекцией Департамента Госстройнадзора и Департаментом контроля и надзора за строительством Государственного комитета по стандартизации Республики Беларусь) ответчику и заказчику неоднократно выдавались предписания об устранении выявленных дефектов и недоделок. В соответствии с договором и Правилами в случае выявления дефектов и недоделок ответчик обязался своевременно устранять их за свой счет в течение двух лет, они не были устранены и договор был расторгнут.
Комиссией был составлен акт, в котором была определена стоимость некачественно выполненных и оплаченных истцом работ на общую сумму 23526806 рублей. Данный акт был подписан всеми членами комиссии, в том числе и представителем ответчика. Представитель ответчика не высказывал возражений по перечню и объемам некачественно выполненных работ при подписании акта. Устранять за собственный счет допущенные по своей вине дефекты и недоделки ответчик отказался.
Для устранения дефектов на объекте истцом был заключен государственный контракт с УП “Р” на устранение дефектов по предписанию инспекции Департамента Госстройнадзора на объекте “Устройство скатной кровли и утепление наружных стен жилого дома”. Согласно данному контракту заказчик обязался принять выполненные работы и оплатить их по цене, установленной контрактом, которая первоначально составляла 13625940 рублей, то есть сумме, которую ответчик выплатил по решению суда. Однако в связи с тем, что данная сумма была рассчитана только на устранение дефектов по некачественному выполнению работ по устройству карнизов дома, в дальнейшем стороны пришли к соглашению, что цена работ, являющаяся предметом контракта, остается открытой и определяется по фактическому выполнению. При этом при производстве работ по устранению дефектов подрядная организация руководствовалась дефектной ведомостью, предоставляемой заказчиком.
В указанном государственном контракте имелись обязательные условия: цена объекта, способ ее определения (то, что цена являлась открытой, не противоречило законодательству), на устранение дефектов проектно-сметная документация не требуется, так как первоначально на объект имелась такая документация и работы должны были производиться в соответствии с ней, однако произведены ответчиком некачественно, с отступлениями от нее. Невозможно первоначально было определить и конкретные виды и объемы работ, так как это работы по устранению некачественно выполненных ранее работ.
Кроме того, по мнению суда, заявленные возражения ответчика о том, что предъявленные истцом в качестве доказательства акты на работы, не учтенные проектно-сметной документацией, на основании которых были составлены акты выполненных работ и произведена оплата, не могли являться надлежащим доказательством того, что новый подрядчик устранял дефекты, допущенные ответчиком, являлись необоснованными, так как акты выполненных работ, на основании которых была произведена оплата, являлись актами на работы, не учтенные проектно-сметной документацией (ПСД), так как ПСД предусматривает надлежащее (качественное) выполнение определенного перечня работ. Работы по устранению допущенных в них дефектов по отношению к проектно-сметной документации будут являться неучтенными, так как для устранения дефектов в уже выполненных работах необходим демонтаж ранее выполненных работ и их новое выполнение.
Таким образом, суд посчитал государственный контракт по устранению некачественно выполненных работ ответчиком заключенным.
Суд установил, что вышеуказанные работы по устранению перечисленных дефектов и недоделок не являлись предметом исследования хозяйственным судом по ранее рассмотренному делу, предметом исследования указанного дела являлись работы по устройству карниза дома на сумму 13625958 руб. и убытки от затопления квартир.
Работы по устранению перечисленных дефектов и недоделок производились как силами подрядной организации – филиала КУП “Б”, так и собственными силами истца. По работам на устранение дефектов составлены акты сдачи-приемки выполненных работ, которые были оплачены платежными поручениями истца.
Суд указал, что основной причиной возникновения у истца прямых действительных убытков в заявленной сумме иска явилось ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязательств по договору подряда в период его действия, некачественное выполнение подрядных работ и уклонение ответчиком от исправления недостатков собственными силами и за свой счет в нарушение строительных норм и правил, завершения подрядных работ в полном объеме, что находится в прямой причинно-следственной связи между некачественным выполнением подрядных работ со стороны ответчика и возникновением у истца убытков по оплате устраненных недостатков третьим лицом. Обратных доказательств по делу ответчиком суду не было представлено, указанные в отзывах на иск доводы ответчика являлись голословными, не подтвержденными документально и не основанными на нормах материального права и актах законодательства.
Заявленную истцом сумму убытков истец понес в связи ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком, поэтому истец вынужден был произвести оплату работ по устранению допущенных ответчиком дефектов и недоделок.
В соответствии со ст. 368 ГК в случае невыполнения должником работ, кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов.
Согласно ст. 14 ГК лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. В силу ст. 364 ГК должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, по ценам, действующим в день предъявления иска.
Согласно акту объект был принят в эксплуатацию, стоимость всех работ по устранению дефектов, допущенных ответчиком при выполнении обязательств, возложенных на него договором подряда, составила 120072183 руб., из которых 13625598 руб. было взыскано с ответчика по решению суда, 10806869 руб. составили работы, предусмотренные корректировкой проекта и которые ранее не были выполнены. Убытки составили 95639716 руб., которые истец понес для восстановления нарушенного права в результате ненадлежащего исполнения ответчиком договорных обязательств.
Довод ответчика, что новый иск является тождественным иском к ранее заявленному встречному иску по взысканию убытков не был принят судом, так как объектом рассмотрения встречного иска по ранее рассмотренному делу являлись убытки на сумму 13625958 руб. в виде расходов на устранение ответчиком дефектов подшивки карниза дома. Остальные дефекты (некачественно выполненные работы) в расчет суммы встречного иска по ранее рассмотренному делу не были включены. Из изложенного следовало, что заявленные истцом требования по данному иску не связаны между собой с ранее заявленными требованиями по рассмотренному делу.
В связи с вышеизложенным с ответчика было взыскано 95639716 руб. убытков.
Суд отказывает в удовлетворении исковых требований, если срок исполнения обязательств по передаче объекта долевого строительства не наступил.
В хозяйственный суд поступило исковое заявление от ИП П. о взыскании с ЧУПП “Т” 211134945 руб., в т. ч. процентов за пользование чужими денежными согласно ст. 366 ГК в сумме 85708245 руб., пени в сумме 125426700 руб.
Между сторонами был заключен договор создания объекта долевого строительства – салона встроенно-пристроенного к жилому дому.
Истец указывал на то, что он свои обязательства дольщика по договору выполнил надлежащим образом, тогда как ответчик, будучи заказчиком, свои обязательства исполнял ненадлежащим образом.
В судебном заседании представители истца пояснили, что ответчик в нарушение договора отказался передать ему в собственность объект долевого строительства и за нарушение данного обязательства на основании ст. 376 ГК ответчик должен нести ответственность.
По мнению истца, такая ответственность должна состоять в виде уплаты процентов за пользование чужими денежными согласно ст. 366 ГК и в виде уплаты пени согласно Правилам заключения и исполнения договоров строительного подряда, утвержденным постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15.09.1998 (с последующими изменениями), по ставке 0,15% в день за тот же период и на ту же сумму. Согласно представленному расчету величина предъявленных к взысканию процентов составляла 85708245 руб., пени – 125426700 руб.
Ответчик иск не признал.
Возражая на требования истца, ответчик указал, что объект долевого строительства в эксплуатацию не был введен и его строительство продолжается (данный факт был подтвержден и истцом), поэтому у ответчика не наступил срок исполнения обязательства по передаче объекта истцу. Соответственно, по мнению ответчика, требования истца о привлечении его к ответственности за неисполнение этого обязательства являлись неправомерными. Кроме того, ответчик указал на то, что требование истца о взыскании процентов не может быть удовлетворено в силу того, что ст. 366 ГК предусматривает самостоятельный вид ответственности за ненадлежащее исполнение денежного обязательства. В рассматриваемом случае у ответчика отсутствовало денежное обязательство. По мнению ответчика, не подлежали удовлетворению требования истца о взыскании пени, поскольку применительно к рассматриваемой ситуации договор не предусматривал взыскания пени, а указанный истцом нормативный акт устанавливал ответственность подрядчика за ненадлежащее исполнение обязательств по договору подряда. Между сторонами отсутствовали отношения подряда, подрядчиком являлся УП “Д”. Ответчик обращал внимание на то, что согласно ст. 5 ГК применение по аналогии норм, устанавливающих ответственность, не допускалось.
Изучив материалы дела, дав оценку доводам сторон, суд пришел к выводу, что требования истца удовлетворению не подлежат, поскольку у ответчика не наступило то обязательство, о нарушении которого указывал истец в обоснование иска, – обязательство по передаче объекта долевого строительства, т. к. сам объект еще не создан.
Поскольку заявителем не были представлены доказательства, опровергающие факт нарушения законодательства по формированию цен на строительные материалы, суд отказывает в удовлетворении иска.
В хозяйственный суд поступило заявление о признании частично недействительным предписания Комитета государственного контроля Республики Беларусь (КГК).
Заявитель обосновывал свои требования следующим.
КГК по результатам проверки было вынесено предписание об устранении выявленных проверкой нарушений. ОАО “С” было предписано возместить учреждению образования “П” необоснованно полученные денежные средства в сумме 177982869 руб., т. е. сумму завышения цен на строительные материалы (арматурная проволока и стержни). ОАО “С” считало, что КГК данная сумма была определена неправильно, поскольку при определении суммы завышения, как считал заявитель, должны учитываться транспортные и заготовительно-складские расходы.
Всего общая сумма затрат по доставке арматуры при формировании себестоимости материалов составляла 64359229 руб. Заявитель полагал, что с учетом индексации предписание КГК необоснованно на сумму 103300004 руб., в связи с чем в этой части заявитель просил предписание признать недействительным.
Заинтересованное лицо с доводами заявителя не согласилось по следующим основаниям.
Поступление арматуры отражалось в бухгалтерском учете общества на счете N 10 “Материалы” по ценам приобретения. Одновременно на основании записи в приходном ордере с пометкой “наценка” цена арматуры в бухгалтерском учете увеличивалась на 5 – 20%.
Согласно действующему законодательству материалы принимаются к бухгалтерскому учету по фактической себестоимости или учетным ценам. Фактическая себестоимость приобретенных материалов включает стоимость материалов по ценам приобретения, транспортно-заготовительные расходы и расходы по доведению материалов до состояния, в котором они пригодны к использованию в предусмотренных организацией целях. Юридическое лицо имеет право сформировать фактическую себестоимость полученной продукции с учетом всех фактических затрат, оптовая надбавка могла применяться заявителем в том случае, если бы отгрузка производилась другим субъектам хозяйствования, не являющимся его структурными подразделениями.
Заявитель со склада производственно-коммерческого центра отгружал на склад завода сборного железобетона, являющегося структурным подразделением заявителя, арматурные стержни и проволоку по ценам приобретения, увеличенным на процент взимаемой оптовой надбавки, что было отражено в товарно-транспортных накладных.
В графе товарно-транспортных накладных указывалась цена единицы продукции изготовителя (импортера) и был указан процент взимаемой оптовой надбавки.
Таким образом, по мнению КГК, в нарушение Положения о порядке формирования и применения цен и тарифов, утвержденного постановлением Министерства экономики Республики Беларусь от 22.04.1999 N 43, общество неправомерно применяло оптовую надбавку в размере до 20% при отпуске товаров своим обособленным структурным подразделениям.
В связи с этим заинтересованное лицо просило оставить заявление ОАО “С” без удовлетворения.
Оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу, что требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
Проверкой, проведенной КГК, были выявлены факты нарушения ОАО “С” законодательства, в частности при отгрузке продукции своим структурным подразделениям, ОАО “С” необоснованно применяло оптовую надбавку в размере до 20%, что привело к завышению цен.
По результатам проверки КГК вынесло предписание об устранении выявленных нарушений, согласно которому было предписано ОАО “С” возместить учреждению образования “П” необоснованно полученные денежные средства в сумме 177982869 руб.
Не оспаривая факта превышения цен, расчета указанной суммы, применения индексации и начисления процентов, заявитель в то же время не был согласен с тем, что из данной суммы не исключены затраты, которые он понес при доставке груза, в частности, по мнению заявителя, должны быть учтены затраты, связанные с доставкой груза, по выгрузке, заготовительно-складские расходы.
По мнению заявителя, указанная сумма расходов не могла быть отражена иначе, как в качестве оптовой надбавки в товарно-транспортной накладной на отгрузку продукции своим структурным подразделениям.
Суд посчитал, что данный довод является необоснованным.
В соответствии с параграфом “счет 10 “Материалы” Инструкции по применению Типового плана счетов бухгалтерского учета, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 30.05.2003 N 89 “Об утверждении Типового плана счетов бухгалтерского учета и Инструкции по применению Типового плана счетов бухгалтерского учета”, и Инструкции о порядке бухгалтерского учета материалов, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 17.07.2007 N 114, материалы принимаются к бухгалтерскому учету по фактической себестоимости или учетным ценам.
Согласно Инструкции о порядке бухгалтерского учета материалов, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 17.07.2007 N 114, фактическая себестоимость приобретенных материалов включает стоимость материалов по ценам приобретения, транспортно-заготовительные расходы и расходы по доведению материалов до состояния, в котором они пригодны к использованию в предусмотренных в организации целях.
Таким образом, заявитель имел право сформировать отпускную цену с учетом фактических расходов при получении продукции от завода-изготовителя и отражать в бухгалтерском учете юридического лица.
Действующее законодательство не предоставляет право юридическому лицу применять оптовую надбавку при отгрузке продукции своим структурным подразделениям.
Как следовало из товарно-транспортных накладных, согласно которым заявитель отгружал продукцию своим структурным подразделениям, в графе был указан размер оптовой надбавки к цене единицы продукции.
Суд указал, что довод заявителя о том, что товарно-транспортная накладная не предусматривает графы, отражающей затраты, поэтому оптовая надбавка в данном случае предполагает включение в нее понесенных заявителем расходов, является ошибочным.
В графе товарно-транспортных накладных на отгрузку продукции структурному подразделению четко указано, что взимается оптовая надбавка. Что подразумевал заявитель, когда указывал оптовую надбавку в товарно-транспортных накладных, судом установить не представилось возможным.
Ссылка заявителя на разъяснение Министерства экономики Республики Беларусь от 17.07.2008 N 12-01-09/4274 в обоснование своей позиции, по мнению суда, являлась ошибочной, поскольку в данном разъяснении указано, что производственно-коммерческий центр должен был передавать приобретенные товары структурным подразделениям для нужд строительства по ценам приобретения и расходов по их доставке без взимания оптовой надбавки.
Суд также указал, что ошибочна и ссылка заявителя на постановление Министерства статистики и анализа Республики Беларусь от 19.10.2007 N 328 “Об утверждении форм государственной статистической отчетности 1-у “Основные сведения о выпуске товаров и услуг по видам экономической деятельности” годовой и квартальной периодичности и Указаний по их заполнению”, поскольку данное постановление регулировало вопросы статистической отчетности, но не вопросы формирования цен и применения надбавок.
При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу о законности и обоснованности оспариваемого предписания КГК, оснований к признанию его частично недействительным не имелось.
В соответствии со ст. 167 ХПК ответчик вправе до принятия хозяйственным судом первой инстанции судебного постановления, которым завершается рассмотрение дела, предъявить к истцу встречный иск для рассмотрения его вместе с первоначальным иском за ненадлежащее исполнение обязательств по договору строительного подряда.
ЗАО “И” предъявило иск к ООО “Б” о взыскании 42906003 руб. задолженности по договору строительного подряда, в том числе основного долга – 37498211 руб., пени – 5407792 руб.
ЗАО “И” в судебном заседании ходатайствовало об уменьшении исковых требований, взыскании 25566678 руб., в том числе основного долга – 23242435 руб., пени – 2324243 руб. Суд, руководствуясь ст. ст. 55, 63, 180 ХПК, ходатайство удовлетворил.
ООО “Б” подало встречное заявление о взыскании с ЗАО “И” 71187060 руб., в том числе штрафные санкции (неустойка) – 69047060 руб., а также 2140000 руб. в возмещение стоимости ограждения строительной площадки.
Между ЧТУП “Б” и ЗАО “И” был заключен договор строительного подряда на строительство жилого дома. В соответствии с договором ЗАО “И” обязалось произвести строительные работы по объекту “Строительство жилого дома”, в свою очередь ЧТУП “Б” обязалось своевременно оплачивать выполненные по договору строительные работы и выполнять другие обязанности, предусмотренные договором.
Строительные работы были выполнены. В соответствии с договором оплата должна была производиться заказчиком платежным поручением не позднее 10 банковских дней после подписания справки с удержанием доли аванса пропорционально выполненному объему. При несогласии с данными, отраженными в справке, акте, заказчик возмещал ее с мотивированным отказом в письменной форме в указанный срок. Данное условие договора заказчиком неоднократно нарушалось.
Согласно договору заказчик оплачивал подрядчику разъездной характер работ и затраты на перевозку рабочих по фактическим затратам, что не противоречило постановлению Совета Министров Республики Беларусь от 15.09.1998 N 1450 “Об утверждении правил заключения и исполнения договоров (контрактов) строительного подряда”, которое предусматривало, что стороны вправе включить в текст договора другие обязанности, установленные законодательством Республики Беларусь, техническими нормативными правовыми актами. Однако заказчик не исполнил данное обязательство.
Истец указывал, что заказчик неоднократно нарушал порядок расчетов, предусмотренный договором, и несвоевременно доставлял строительные материалы, необходимые для производства строительных работ.
ЗАО “И” при предоставлении документов заказчику подрядчиком не учло расходы на оплату разъездного характера работ и перевозки рабочих в полном объеме, оплата которых, как указывалось ранее, была предусмотрена договором. По неоднократному требованию заказчика из расчетов была исключена премия за производственные результаты, в связи с чем ЗАО “И” письмом направило ЧТУП “Б” перерасчет стоимости выполненных работ с просьбой рассмотреть, утвердить и направить в адрес ЗАО “И” расчеты стоимости выполненных работ. ЧТУП “Б” в письме ответило отказом, ссылаясь на срыв графика производства работ. Заказчик отказался подписывать акты о выполнении строительно-монтажных работ.
В ходе проведения экспертизы экспертом было установлено, что премия должна была выплачиваться при условии выполнения графика производства работ на основании договора. Эксперт также установил, что в результате невыполнения подрядчиком графика производства работ в акты приемки выполненных работ необоснованно была включена премия за август 2005 г. – ноябрь 2005 г., за период декабрь 2005 г. – февраль 2006 г. она не включалась. Затраты по разъездному характеру работ и перевозке рабочих следовало включать в акты приемки выполненных работ, в связи с чем экспертом произведен самостоятельный перерасчет данных затрат.
С учетом заключения эксперта и перерасчетов по затратам основной долг составил 261449462 руб. С учетом произведенной оплаты в сумме 238207027 руб. основной долг составил 23242435 руб., который ответчиком не был погашен.
Согласно договору строительного подряда оплата должна была производиться заказчиком платежным поручением не позднее 10 банковских дней после подписания справки с удержанием доли аванса пропорционально выполненному объему. В соответствии с договором за необоснованное уклонение от приемки выполненных строительных работ и оформление соответствующих документов, подтверждающих их выполнение, предусмотрена ответственность в виде 0,1% стоимости этих работ за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости строительных работ. В связи с этим истец просил взыскать пеню в сумме 2324243 руб.
Ответчик в отзыве указал, что сумма основного долга истцом определена неправильно, т. к. в акты выполненных работ и в расчеты стоимости работ и материальных затрат ЗАО “И” безосновательно включало следующие платежи: расходы за разъездной характер работ в сумме 4147500 руб., расходы по перевозке в сумме 3431350 руб., премию за производственные результаты в сумме 3441231 руб., всего – 11020081 руб. Данные суммы заказчиком не были приняты и акты по ним не подписаны либо подписаны с оговорками.
Ответчик указывал, что с учетом реально выполненных работ и их стоимости в соответствии с заключенным договором строительного подряда, оплаты, произведенной заказчиком, сумма долга ответчика перед истцом составляла 5726367 рублей.
По мнению ответчика, не подлежали взысканию также суммы пени и процентов за уклонение от приемки работ и подписания актов выполненных работ, поскольку акты и справки (расчеты), по которым не была произведена оплата, возвращены заказчиком в установленном порядке с обоснованием причин возврата. Соответственно фактов уклонения от приемки работ не было и оснований для взыскания пени по данной причине не имеется.
В судебном заседании представители истца признали требования в части основного долга в сумме 23242435 руб., однако возражали против взыскания пени.
Во встречном исковом заявлении было указано, что в заключении эксперта зафиксировано, что график производства работ не был выполнен. Общестроительные работы по первому – четвертому этажам должны были быть завершены к 1 декабря 2005 г., фактически закончены к 1 марта 2006 г. (просрочка 90 дней), что подтверждалось актами выполненных работ, имеющимися в материалах дела. Стоимость указанных работ была рассчитана экспертом в приложении к заключению экспертизы и составляла 354451347 руб.
За нарушение сроков выполнения работ подрядчик должен уплатить заказчику 0,15% стоимости этих работ за каждый день просрочки, но не более 10% стоимости строительных работ. Следовательно, данная сумма была установлена в размере 35445135 руб., что составило сумму санкций за просрочку выполнения общестроительных работ в соответствии с графиком производства работ.
Кроме этого, подрядчиком, как было указано в заключении экспертизы, не были выполнены работы по наружным сетям водоснабжения, канализации и телефонизации, внутриплощадочным тепловым сетям, кровле, окнам, дверям, на внутренние сантехнические работы, что подтверждалось отсутствием этих работ в актах приемки выполненных работ за эти периоды. Это привело к тому, что заказчику пришлось самостоятельно искать новых подрядчиков, заключать договоры на вышеуказанные работы, и, как следствие, к значительному удлинению сроков сдачи объекта в эксплуатацию и удорожанию стоимости строительства.
Всего стоимость работ, не выполненных ЗАО “И” согласно графику производства работ, как было указано в акте экспертизы, и выполненных другими подрядными организациями, составляла 336019252 руб. В соответствии с договором за нарушение сроков выполнения работ подрядчик должен уплатить заказчику 0,15% стоимости этих работ за каждый день просрочки, но не более 10% стоимости строительных работ. Следовательно, сумма санкций за просрочку выполнения общестроительных работ в соответствии с графиком производства работ составляла 33601925 руб.
Кроме того, ЗАО “И”, получая средства по статье “Временные здания и сооружения”, не оплатило установку ограждения стройплощадки (забора), которую обязано было выполнить самостоятельно. Это привело к тому, что заказчик оплатил 2140000 руб. СМП, которое ранее установило это ограждение.
ЗАО “И” возражало против удовлетворения встречных исковых требований по следующим основаниям.
В обязанности заказчика входило получение разрешения на строительство и представление графика поставки материалов и конструкций, данная обязанность заказчиком не была исполнена, о чем свидетельствовало письмо ЗАО “И”. Кроме того, строительный объект был недоукомплектован материалами, поставляемыми заказчиком ООО “Б”, что также приводило к невозможности выполнения графика производства работ, что нашло свое отражение в письме.
ЗАО “И” при предоставлении документов заказчику подрядчиком не учло расходы на оплату разъездного характера работ и перевозки рабочих в полном объеме, оплата которых, как указывалось ранее, была предусмотрена договором. По неоднократному требованию заказчика из расчетов была исключена премия за производственные результаты, в связи с чем ЗАО “И” письмом направило ЧТУП “Б” перерасчет стоимости выполненных работ с просьбой рассмотреть, утвердить и направить в адрес ЗАО “И” расчеты стоимости выполненных работ. ЧТУП “Б” письмом ответило отказом, ссылаясь на срыв графика производства работ. Заказчик отказался вообще подписывать акты о выполнении строительно-монтажных работ.
ЗАО “И” также считало, что вправе было приостановить исполнение своего обязательства при наличии задолженности за выполненные строительные работы.
По второму требованию истца ЗАО “И” сообщило, что указанные виды работ, выполнение которых якобы просрочено заказчиком, не были профинансированы заказчиком. Он самостоятельно произвел заключение договоров подряда с другими строительными организациями. Данные виды работ на объекте были произведены в период сентябрь 2005 г. – декабрь 2006 г., что свидетельствовало о том, что указанные работы были выполнены заказчиком уже при наличии долга перед подрядчиком за уже выполненные строительные работы. ЗАО “И” указало, что, не оплачивая долг по выполненным работам, заказчик без ведома подрядчика нарушил договор, поручив выполнение данных работ другим подрядным организациям, так как графиком производства работ выполнение данных работ было поручено подрядчику, взыскание пени по данным работам представляется также необоснованным и не подлежащим удовлетворению.
Третье требование истца ЗАО “И” считало также не подлежащим удовлетворению, так как данное требование не относится к предмету договора строительного подряда. Заказчик самостоятельно оплатил установку ограждения стройплощадки в сумме 2140000 руб. СМП, организации ранее выполнявшей строительные работы на данном объекте. По мнению ответчика, истец обязан был доказать факты, на которых он обосновывает требования. Оплата данного ограждения произведена вне рамок заключенного договора строительного подряда, сторонней организации без ссылки на договор. Оплата произведена СМП, организации с которой ЗАО “И” не имело договорных отношений.
Оценив доказательства по делу, исследовав заключение эксперта и опросив его в судебном заседании, суд пришел к следующим выводам: взыскать по первоначальному иску с ООО “Б” 25566678 руб., в том числе основной долг – 23242435 руб., пеню – 2324243 руб.; по встречному иску взыскать с ЗАО “И” штрафные санкции (неустойку) в сумме 15000000 руб.
В соответствии со ст. 314 ГК неустойка по встречному иску ООО “Б” была уменьшена судом по собственной инициативе до 15000000 руб., в остальной части иска о взыскании неустойки в сумме 20445135 руб. было отказано.
В результате зачета с ООО “Б” в пользу ЗАО “И” было взыскано 10291227 руб. с учетом расходов по госпошлине как по первоначальному, так и по встречному иску.