Иск о недействительности кредитного договора (по материалам судебного спора)

В настоящей статье рассмотрим спор, возникший между страховой организацией Республики Беларусь (далее — страховщик, страховая организация, истец) и банком Республики Беларусь (далее — банк, кредитодатель) относительно выплаты страхового возмещения по договору страхования риска невозврата (непогашения) и (или) просрочки возврата (погашения) кредита.

Между банком и ЗАО «Х» (далее — ЗАО «Х», кредитополучатель) был заключен кредитный договор, в соответствии с которым кредитодатель открыл кредитополучателю невозобновляемую кредитную линию с предельным размером единовременной задолженности 5000000000 (пять миллиардов) бел.руб. (далее — кредитный договор). Проценты за пользование кредитом установлены в размере 45 (сорока пяти) процентов годовых. Цели, на которые могут быть использованы кредитные средства, — в текущую деятельность. Согласно пункту 4.5 кредитного договора предоставление кредита осуществляется кредитодателем по исполнении следующих отлагательных условий:

  • заключение и вступление в силу страхового полиса между банком и страховой организацией;
  • предоставление ходатайства о выдаче кредита.

Согласно пункту 6.12 кредитного договора кредитополучатель принял на себя обязательства возместить в полном объеме понесенные кредитодателем расходы, связанные со страхованием риска непогашения кредита и процентов за пользование кредитом по кредитному договору.

Согласно статье 146 Банковского кодекса Республики Беларусь (далее — БК) по договору страхования риска невозврата (непогашения) и (или) просрочки возврата (погашения) кредита страховая организация (страховщик) обязуется возместить страхователю (кредитодателю) ущерб, причиненный его имущественным интересам невозвратом (непогашением) и (или) просрочкой возврата (погашения) кредита. Страхователями по такому договору могут выступать банк или небанковская кредитно-финансовая организация — кредитодатели.

Таким образом, обязательное и необходимое условие предоставления кредита по кредитному договору — заключение договора страхования риска невозврата (непогашения) и (или) просрочки возврата (погашения) кредита.

На основании заявления банка был заключен договор страхования, предметом которого является страхование имущественных интересов банка, связанных с возникновением у него убытков от предпринимательской деятельности по выдаче кредитов из-за нарушения кредитополучателем своих обязательств, предусмотренных кредитным договором, по погашению суммы основного долга и процентов за пользование кредитом.

На основании вышеизложенного можно вести речь о том, что страхование выступило способом обеспечения исполнения обязательств кредитополучателя по кредитному договору.

Далее произошло следующее. Кредитополучатель перестал платить по кредитному договору, и банк обратился к страховой организации за выплатой страхового возмещения. Страховая организация, проанализировав все переданные ей документы, передала материалы для возбуждения уголовного дела в правоохранительные органы и подала иск в экономический суд о признании кредитного договора недействительным как сделки, совершенной под влиянием обмана.

Истец основывался на следующем.

1. Для получения кредита кредитополучатель представил в банк бухгалтерский баланс, содержащий недостоверные данные.

2. Кредитополучатель в заявке-анкете клиента на получение кредита не указал сведения, которые имели существенное значение для получения кредита. Так, заявка на получение кредита, заполненная кредитополучателем, не содержит всех существенных условий, позволяющих установить действительную кредитоспособность юридического лица. Кредитополучатель в заявке-анкете клиента на получение кредита не указал, что им заключен целый ряд договоров поручительства в обеспечение исполнения обязательств физического лица по договорам займа. В последующем физическое лицо не выполнило свои обязательства по договорам займа, и задолженность была взыскана по договорам поручительства с кредитополучателя.

Таким образом, на основании вышеизложенного можно сделать вывод, что банк, обладая полной информацией об обязательствах кредитополучателя, мог принять иное решение о выдаче кредита, вплоть до отказа в кредитовании.

3. Директор кредитополучателя, не указав в заявке-анкете на получение кредита информацию, имеющую существенное значение для получения кредита, тем самым представил в банк заведомо ложную заявку.

Представление индивидуальным предпринимателем или должностным лицом юридического лица в целях получения кредита либо льготных условий кредитования или выделения субсидии заведомо ложных документов и сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для получения кредита или субсидии, либо умышленное несообщение индивидуальным предпринимателем или должностным лицом юридического лица кредитору или органу, выделившему субсидию, информации о возникновении обстоятельств, влекущих приостановление кредитования или субсидирования, является уголовно наказуемым деянием и подпадает под признаки преступления, предусмотренного статьей 237 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее — УК).

Состав преступления, предусмотренный частью первой статьей 237 УК, является формальным. Это означает, что преступление считается оконченным с момента представления заведомо ложных документов и сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для получения кредита или субсидии, либо умышленного несообщения индивидуальным предпринимателем или должностным лицом юридического лица кредитору или органу, выделившему субсидию, информации о возникновении обстоятельств, влекущих приостановление кредитования или субсидирования.

Также истец предположил, что в действиях директора кредитополучателя и его соучастников могут быть установлены признаки преступления, предусмотренного статьей 209 УК (завладение имуществом либо приобретение права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием).

Таким образом, на основании вышеизложенного истец предположил, что директором кредитополучателя совершено деяние, подпадающее под признаки преступления, предусмотренного статьей 237 УК, либо подпадающее под признаки преступления, предусмотренного статьей 209 УК.

Выслушав представителей истца, банка, кредитополучателя, свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд посчитал исковые требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В обоснование исковых требований истец указал на то, что кредитополучателем была представлена банку недостоверная бухгалтерская отчетность в целях создания благоприятной картины финансового состояния кредитополучателя для получения кредитных средств, что, по мнению истца, имело существенное значение для принятия решения о выдаче кредита, в связи с чем истец полагал, что оспариваемый кредитный договор заключен под влиянием обмана кредитополучателем кредитодателя, и соответственно имеются правовые основания для признания кредитного договора недействительным в соответствии со статьей 180 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК).

Возражая против удовлетворения иска, банк указал, что истцом не представлено каких-либо доказательств того, что кредитополучатель при заключении кредитного договора сообщил банку заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для заключения кредитного договора; расхождения в отчетности не влияют и не могли повлиять на решение вопросов о выдаче кредитов, чему дана оценка в том числе и при проверке Национальным банком Республики Беларусь; определяющим является наличие достаточного обеспечения; форма ходатайства о выдаче кредита произвольная; все документы были представлены банком истцу, дополнительные документы истцом не запрашивались, вопросов по рискам от истца не поступало; представленное впоследствии аудиторское заключение, как указано в нем самом, изготовлено на основании имеющихся неполных данных; в рамках уголовного дела в отношении директора кредитополучателя проводилась экспертиза, в результате статья 427 УК из обвинения исключена; постановлением суда в проведении судебной экспертизы истцу отказано, поскольку директору кредитополучателя органом предварительного расследования не вменяется в вину совершение преступлений путем представления в банковские учреждения искаженной бухгалтерской отчетности; истцом высказаны лишь предположения относительно добросовестности кредитополучателя; в связи с чем просил в иске отказать.

Согласно статье 771 ГК по кредитному договору банк или небанковская кредитно-финансовая организация (кредитодатель) обязуется предоставить денежные средства (кредит) другому лицу (кредитополучателю) в размере и на условиях, предусмотренных договором, а кредитополучатель обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Аналогичные по смыслу нормы приведены в статье 137 БК.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК сделка является недействительной по основаниям, установленным ГК либо иными законодательными актами, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 180 ГК сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску любого заинтересованного лица.

В пункте 21 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 28.10.2005 N 26 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами законодательства, регулирующего недействительность сделок» разъяснено, что сделка может быть признана совершенной под влиянием обмана в случае умышленного целенаправленного введения другой стороны в заблуждение относительно фактов, могущих повлиять на заключение сделки. Такая сделка может быть признана судом недействительной по иску любого заинтересованного лица.

Таким образом, к сделке, совершенной под влиянием обмана, относится сделка, внутренняя воля участника которой сформировалась неправильно. При этом истцу, не являющемуся стороной в оспариваемой сделке, необходимо доказать, что кредитополучатель умышленно и целенаправленно ввел другую сторону в сделке в заблуждение относительно обстоятельств, имевших значение для заключения оспариваемой сделки.

В то же время, по мнению суда, истец не представил суду необходимых и достаточных доказательств того, что кредитополучатель с целью заключения оспариваемого кредитного договора представил кредитодателю документы, содержащие заведомо ложные сведения, либо умышленно и целенаправленно ввел кредитодателя в заблуждение относительно фактов, могущих повлиять на заключение оспариваемой сделки.

Являясь участниками современного гражданского оборота, банк и кредитополучатель, руководствуясь нормами статьи 391 ГК, закрепляющей свободу договора, сами определили условия заключенного договора. То обстоятельство, что каждая из сторон преследовала свои цели, заключая его, не позволяет считать эту сделку совершенной под влиянием обмана.

В соответствии со статьями 100 и 101 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее — ХПК) суд, рассматривающий экономические дела, исходя из оснований требований и возражений лиц, участвующих в деле, и учитывая содержание подлежащих применению норм права, определяет обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора или рассмотрения дела (предмета доказывания). Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законодательством. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований и возражений перед другими лицами, участвующими в деле, до завершения подготовки дела к судебному разбирательству или в пределах срока, установленного судом, рассматривающим экономические дела, если иное не установлено ХПК.

Лица, участвующие в деле, в процессе доказывания определяют объем фактов, подлежащих доказыванию, собирают доказательства, подтверждающие факты, подлежащие доказыванию, представляют суду доказательства, участвуют в исследовании доказательств в судебном заседании, высказывают суду свое мнение по оценке доказательств.

В силу принципов относимости и допустимости доказательств суд принимает и исследует только те доказательства, которые могут подтвердить или опровергнуть факты, подлежащие доказыванию по рассматриваемому делу, и обстоятельства дела, которые согласно законодательству должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться иными доказательствами (статьи 103 — 104 ХПК).

По мнению суда, доводы истца носят предположительный характер, не основанный на доказательствах, что необходимо в силу статьи 100 ХПК.

На основании вышеизложенного, проанализировав все материалы дела, оценив представленные доказательства и действия сторон при заключении сделки, заслушав пояснения явившихся в судебное заседание представителей сторон, свидетелей, принимая во внимание, что истец не представил необходимых и достаточных доказательств, подтверждающих, что кредитополучатель умышленно совершил обманные действия и намеренно создал ложное представление для побуждения к заключению оспариваемого договора, суд не находит оснований для признания данной сделки недействительной по статье 180 ГК как сделки, совершенной под влиянием обмана. Иные доводы сторон не оказали влияния на установленные судом обстоятельства дела, оценку представленных доказательств и правовую квалификацию правоотношений. Суд решил в удовлетворении исковых требований отказать.