Исследовав вопросы квалификации преступлений со специальным субъектом, В.В.Устименко пришел к заключению: “С учетом изложенного следует: если в качестве признака специального субъекта выступает исключительно личностное свойство, отягчающее или смягчающее его ответственность, то это обстоятельство не может быть вменено в вину остальным соучастникам и влиять на их ответственность” <1>. К “исключительно личностным свойствам, отягчающим или смягчающим ответственность” автор относит рецидив и повторность, а также материнство в составе убийства матерью новорожденного ребенка.
<1> Устименко, В.В. Квалификация преступлений со специальным субъектом: учеб. пособие / В.В.Устименко. – Киев, 1988. – С. 43.
Р.С.Рыжов также ограничивается двумя видами обстоятельств на стороне исполнителя, учитываемых при квалификации действий иных соучастников: “те, которые учитываются в зависимости от их осознания соучастником (наступление тяжких последствий, совершение преступления с особой жестокостью, с использованием оружия и т.д.), и те, которые не учитываются независимо от их осознания соучастником (несовершеннолетие или беременность виновного лица, неоднократность и рецидив преступлений, особый мотив преступления и т.д.)” <2>.
<2> Рыжов, Р.С. Уголовная ответственность соучастников преступления: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Р.С.Рыжов; М-во юстиции Рос. Федерации, Акад. права и управления. – Рязань, 2003. – С. 19 – 20.
Г.Л.Кригер вначале говорит об обстоятельствах, понижающих или повышающих ответственность исполнителя, а затем о тех же обстоятельствах, но относящихся к личности одного (следовательно, любого) из соучастников: “Смягчающие или отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности одного из соучастников, учитываются при квалификации содеянного только этим соучастником. Даже если другие соучастники знали, например, о повторности или рецидиве действий исполнителя, эти обстоятельства не могут учитываться при квалификации их действий и назначении наказания” <3>. Как видим, автор относит к отягчающим или смягчающим ответственность обстоятельствам и те, которые влияют на квалификацию, и те, которые учитываются при назначении наказания.
<3> Уголовное право России. Общая часть: учеб. / под ред. В.Н.Кудрявцева, В.В.Лунеева, А.В.Наумова. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2006. – С. 276.
В.С.Прохоров разделяет обстоятельства, повышающие или уменьшающие общественную опасность преступления, сообща совершенного соучастниками, и определяет их влияние на ответственность соучастников следующим образом. Вначале все обстоятельства разделяются на относящиеся, во-первых, к исполнителю и, во-вторых, к иным соучастникам. Затем характеризующие исполнителя обстоятельства подразделяются на, во-первых, объективные и, во-вторых, субъективные. И наконец, субъективные обстоятельства на стороне исполнителя разделены на два вида: предусмотренные в качестве признака состава преступления и строго личные обстоятельства.
Вот какое значение автор придает указанным обстоятельствам:
1) “любое из них, имеющееся на стороне организатора, подстрекателя или пособника, оказывает влияние лишь на ответственность того, кто им обладает”;
2) “иное значение для ответственности соучастников имеют обстоятельства, характеризующие деяние исполнителя. Они подразделяются на объективные и субъективные”:
а) “объективные обстоятельства (способ – особая жестокость, например, размер похищенного и т.п.) вменяются в ответственность каждому соучастнику, если, разумеется, они охватывались его умыслом”;
б) “субъективные обстоятельства относятся к личности исполнителя и субъективной стороне его деяния (мотивы и цели):
- – “если мотив или цель действий исполнителя предусмотрены в качестве признака состава преступления, соучастник, осознающий данные мотив или цель, отвечает за соучастие в соответствующем преступлении”;
- – “не могут вменяться соучастникам строго личные обстоятельства, имеющиеся на стороне исполнителя, т.к. они характеризуют исключительно общественную опасность личности, а не деяния” <4>.
<4> Уголовное право России: общая часть: учеб. / под ред. Н.М.Кропачева, Б.В.Волженкина, В.В.Орехова. – СПб.: Издательский Дом С.-Петерб. гос. ун-та; Изд-во юрид. факультета С.-Петерб. гос. ун-та, 2006. – С. 608 – 609.
Г.А.Есаков влияющие на квалификацию действий соучастников личностные признаки исполнителя преступления подразделяет на два вида:
1) признаки, связанные с объектом и объективной стороной преступления, т.е. прямо влияющие на степень общественной опасности преступления (например, служебное положение исполнителя); эти признаки должны вменяться иным соучастникам при условии их осознания;
2) признаки, относящиеся исключительно к личности одного из соучастников (например, состояние аффекта, родственные отношения); эти признаки не должны подлежать вменению соучастникам <5>.
<5> Уголовное право России. Части Общая и Особенная: курс лекций / А.И.Рарог [и др.]; под ред. А.И.Рарога. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ТК Велби, Проспект, 2007. – С. 108.
В “Полном курсе уголовного права” Л.И.Романова предлагает следующее видение вменения соучастникам квалифицирующих признаков и смягчающих обстоятельств:
1) все квалифицирующие признаки разделены автором на относящиеся к объективной и субъективной сторонам состава преступления либо характеризующие личность виновного;
2) квалифицирующие объективные обстоятельства вменяются всем соучастникам, которые были осведомлены о наличии этих обстоятельств, аналогичным образом учитываются и квалифицирующие признаки, характеризующие субъективную сторону преступления;
3) квалифицирующие обстоятельства, характеризующие личность исполнителя, также должны охватываться умыслом остальных соучастников. Эти обстоятельства, во-первых, могут относиться либо к оценке общественной опасности исполнителя (например, рецидив), либо, во-вторых, могут хотя и относиться к характеристике личности исполнителя, но повышать в целом опасность совершенного соучастниками преступления, при этом:
- личные обстоятельства, относящиеся к оценке общественной опасности исполнителя (например, судимость или признание особо опасным рецидивистом), не влияют на квалификацию действий других соучастников, а учитываются только при назначении наказания исполнителю (правовым основанием такой оценки квалифицирующих обстоятельств почему-то явилась ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК Российской Федерации));
- личные обстоятельства, повышающие в целом опасность совершенного соучастниками преступления (должностное лицо, причинившее своим злоупотреблением тяжкие последствия во время стихийного бедствия при распределении гуманитарной помощи по специальному списку, “составленному лидерами организованной преступной группировки”), хотя и названы автором квалифицирующими обстоятельствами, но вменяться осознающим их соучастникам должны только “при назначении наказания”;
4) смягчающие обстоятельства имеют “немаловажное значение”, но только при назначении наказания в соответствии с положениями ст. 61 и 67 УК Российской Федерации (о привилегирующих обстоятельствах не упоминается вовсе) <6>.
<6> Полный курс уголовного права: в 5 т. / под ред. А.И.Коробеева. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2008. – Т. 1: Преступление и наказание / Ю.В.Голик [и др.]. – 2008. – С. 613 – 615.
По мнению А.Г.Кибальника, “квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к личности исполнителя, не могут вменяться в ответственность иным соучастникам, даже если эти обстоятельства охватывались их сознанием” <7>.
<7> Уголовное право России. Практический курс: учеб. / Р.А.Адельханян [и др.]; под общ. и науч. ред. А.В.Наумова. – 4-е изд., перераб. и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2010. – С. 129.
А.В.Корнеева в соответствии с основными подходами к оценке влияния признаков соучастников на их ответственность полагает, что “признаки преступления (как объективные, так и субъективные), совершенного исполнителем, учитываются при квалификации действий всех соучастников, которые осознавали наличие этих признаков, за исключением признаков, относящихся исключительно к личности исполнителя” <8>. Автор также предлагает разделять личные признаки субъекта на: 1) личные признаки, относящиеся к личности исполнителя, тем не менее, характеризующие общественную опасность совершенного деяния; 2) специальные признаки, относящиеся только к характеристике личности исполнителя и не отражающиеся на характере и степени общественной опасности самого деяния. Примером признаков первого вида является родительство (отцовство или материнство) в составе вовлечения несовершеннолетнего в преступление, а второго – материнские родовые факторы в составе убийства матерью новорожденного ребенка (ст. 106 УК Российской Федерации) <9>.
<8> Уголовное право Российской Федерации. Общая и Особенная части: учеб. / под ред. А.И.Чучаева. – М.: КОНТРАКТ: ИНФРА-М, 2013. – С. 146.
<9> Там же. – С. 147.
По вопросу о пределах вменения соучастникам различных элементов, характеризующих деяние, совершенное исполнителем, В.С.Комиссаров предлагает следующие решения:
- объективные признаки, характеризующие деяние (способ, время совершения преступления и т.д.) и имеющиеся на стороне одного, вменяются в ответственность другим соучастникам, если они охватывались их умыслом (по общему правилу);
- субъективные признаки, определяющие свойства самого деяния (особые мотивы и цели), также вменяются другим соучастникам при условии, что они охватываются их умыслом;
- если субъективный признак целиком связан с личностью исполнителя, то он вменяется только его носителю вне зависимости от того, знают или нет о нем другие соучастники <10>.
<10> Курс уголовного права: учеб. для вузов: в 5 т. – М.: Зерцало-М, 1999 – 2002. – Т. 1: Общая часть. Учение о преступлении / Г.Н.Борзенков [и др.]; под ред. Н.Ф.Кузнецовой, И.М.Тяжковой. – 1999. – С. 432. См. также: Уголовное право России. Общая часть: учеб. для вузов / под ред. Н.Ф.Кузнецовой, И.М.Тяжковой. – М.: Зерцало, 2005. – С. 366 – 367.
Обстоятельный анализ влияния признаков исполнителя на квалификацию действий соучастников предпринял А.И.Рарог, который вначале разделяет эти признаки на две группы:
1) отражающие специфику объекта и объективной стороны преступления и тем самым определяющие характер и опасность преступления;
2) относящиеся исключительно к личности исполнителя и не отражающие особенностей объекта и объективной стороны, следовательно, не влияющие на характер и степень общественной опасности преступления.
Затем вторую группу признаков автор разделяет еще на две группы:
- во-первых, сугубо индивидуальные черты, являющиеся обязательным условием применения данной уголовно-правовой нормы;
- во-вторых, признаки строго личного характера (не отражающие свойств объекта посягательства), которым законодатель придает квалифицирующее значение <11>.
<11> Рарог, А.И. Квалификация преступлений по субъективным признакам. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. – С. 226 – 227.
Итоговое квалификационное правило универсального характера видится А.И.Рарогу следующим: “Итак, все рассмотренные аспекты вопроса о пределах вменения при соучастии должны решаться с учетом объема вины. Те фактические обстоятельства, которые входят в состав преступления в качестве обязательных или квалифицирующих (либо смягчающих ответственность) признаков преступного деяния, должны вменяться тем соучастникам преступления, сознанием которых охватывалось наличие этих признаков. Обстоятельства же, относящиеся к личности исполнителя (при условии их осознания другими соучастниками), могут быть поставлены в вину другим соучастникам только в тех случаях, когда эти признаки, хотя и носят личный характер, тем не менее, придают самому деянию большую или меньшую меру общественной опасности. Те же признаки, которые характеризуют исключительно личность исполнителя преступления и не влияют на характер и степень опасности деяния, усиливают либо смягчают ответственность лишь того, к кому они относятся, и не влияют на ответственность остальных соучастников” <12>.
<12> Там же. – С. 236 – 237.
По мнению Н.Г.Иванова, личные обстоятельства подразделяются на два вида:
– обстоятельства, характеризующие исключительно личность виновного с точки зрения ее общественной опасности (неоднократность совершения деяния, судимость за совершенные ранее преступления). Вменяются только их обладателю;
– обстоятельства, которые характеризуют отношение личности к объекту преступного посягательства. Вменяются в ответственность всем соучастникам, умыслом которых они охватывались <13>.
<13> Иванов, Н.Г. Уголовное право России. Общая и Особенная части: учеб. для вузов. – М.: Экзамен, 2003. – С. 275 – 276.
В белорусской науке криминального права спектр научных мнений по анализируемым вопросам не столь широк.
Е.В.Кичигина предлагала следующие правила квалификации:
- объективные обстоятельства, которые делают преступление более опасным (способ совершения преступления, использование должностного положения при совершении преступления, тяжесть последствий), вменяются в вину остальным соучастникам, если охватывались их умыслом;
- аналогично решается вопрос о квалифицирующих обстоятельствах субъективного характера, определяющих опасность преступного деяния (мотив и цель), если они находятся на стороне исполнителя;
- квалифицирующие обстоятельства субъективного характера, относящиеся исключительно к личности отдельных соучастников (повторность, судимость и др.), не могут влиять на ответственность других соучастников <14>.
<14> Уголовное право. Общая часть: учеб. / Н.А.Бабий [и др.]; под ред. В.М.Хомича. – Минск: Тесей, 2002. – С. 210 – 211.
В.М.Хомич предлагает следующий ответ на вопрос о том, должно ли квалифицирующее обстоятельство, присутствующее на стороне только одного из соучастников, “вменяться в ответственность другим соучастникам преступления: если да, то при каких условиях и в каких случаях” <15>. Первоначально все квалифицирующие обстоятельства по причине их характера разделяются на две группы: 1) обстоятельства объективного характера; 2) обстоятельства субъективного характера.
<15> Хомич, В.М. Системно-содержательные изменения института соучастия в Уголовном кодексе Беларуси и стандарты законности при квалификации // Судебная практика в контексте принципов законности и права: сб. науч. тр. / В.М.Хомич; Ин-т переподготовки и повышения квалификации судей, работников прокуратуры, судов и учреждений юстиции Белорус. гос. ун-та. – Минск, 2006. – С. 47.
Субъективным признакам присуще разное влияние на квалификацию в зависимости от их принадлежности к одной из двух групп:
- обстоятельства, имеющие исключительно личностный характер, которые отражают только более высокую степень опасности лица (повторность, наличие судимости) (вменяются в ответственность при соучастии только тем соучастникам, на стороне которых они имеются);
- обстоятельства, имеющие субъективно-объективированный характер, т.е. предопределяющие и более высокий уровень опасности самого преступного деяния (мотив и цель) (квалификация зависит от того, на чьей стороне были эти обстоятельства, и их количества на стороне разных соучастников) <16>.
<16> Там же. – С. 47 – 48.
Для объективных квалифицирующих обстоятельств предлагается одно правило квалификации: “Квалифицирующие обстоятельства объективного характера всегда непосредственно реализуются в действиях исполнителя (соисполнителей). Поэтому указанные обстоятельства вменяются в ответственность другим соучастникам (организатору, подстрекателю, пособнику), если их наличие при совершении исполнителем преступления охватывалось умыслом этих соучастников” <17>.
<17> Там же. – С. 47.
В зависимость от вида квалифицирующих обстоятельств ставит их вменение иным соучастникам В.В.Марчук: “Влияние квалифицирующих признаков, присущих одному из соучастников, на пределы ответственности других соучастников зависит от вида обстоятельств, имеющих квалифицирующее значение. Обстоятельства объективного характера, повышающие общественную опасность преступления, совершаемого исполнителем (способ совершения преступления, место или время его совершения, размер причиненного имущественного ущерба и др.), вменяются другим соучастникам при условии, если они охватывались их умыслом…
Сложнее обстоит вопрос о вменении квалифицирующих признаков субъективного характера. К таким признакам относятся:
- обстоятельства, характеризующие исключительно личность соучастника;
- обстоятельства, определяющие опасность преступления (квалифицирующий мотив или цель)” <18>.
<18> Марчук, В.В. Квалификация преступлений: учеб. пособие / В.В.Марчук; М-во внутр. дел Респ. Беларусь, Акад. МВД. – Минск, 2013. – С. 88 – 89.
Значение квалифицирующих признаков субъективного характера для квалификации действий иных соучастников В.В.Марчук раскрыл в отдельной статье (см.: Марчук, В. Пределы квалификации деяний соучастников при наличии обстоятельств, относящихся исключительно к личности отдельного соучастника / В.Марчук // Судовы веснiк. – 2006. – N 1. – С. 51 – 54). Все юридически значимые обстоятельства субъективного характера автор разбил на три группы:
- субъективные, определяющие общественную опасность преступления (конститутивные мотивы и цели преступления). Эти субъективные признаки на стороне исполнителя вменяются другим соучастникам при условии, что они ими осознавались;
- специальные, характеризующие исполнителя преступления и само преступление (должностные полномочия, причастность к воинской службе, наличие определенных обязанностей). Вопрос о квалификации действий иных соучастников зависит от формы соучастия, а в определенных случаях и от вида соучастия;
- относящиеся исключительно к личности соучастника и не влияющие на общественную опасность преступления. Вменяются только тому соучастнику, непосредственно которому они соответствуют.
Применительно к обстоятельствам третьей группы В.Марчук предложил законодательно закрепить их перечень и правило их вменения иным соучастникам.
Определенный интерес может представлять законодательный опыт по анализируемым вопросам, накопленный в зарубежных странах.
Связано ли это с особенностями перевода или с иными причинами, но в зарубежном уголовном законодательстве наличествует свойственный российскому и белорусскому праву букет проблем с регламентацией ответственности соучастников в зависимости от наличия или отсутствия личных признаков на стороне отдельных соучастников. Следует также отметить, что специальные нормы о вменении соучастникам тех или иных признаков состава совершенного совместно преступления наличествуют в уголовных кодексах далеко не всех зарубежных стран, что, очевидно, является следствием недостаточной развитости правовой регламентации института соучастия в преступлении в целом.
Так, Уголовный кодекс Федеративной Республики Германия (далее – УК Федеративной Республики Германия) содержит предписания относительно влияния на ответственность соучастников только “особых личных признаков”, при этом выделяются особые личные признаки:
- обосновывающие наказуемость лица, совершающего деяние;
- отягчающие, смягчающие или исключающие наказание.
В соответствии с отечественной терминологией к первой группе признаков относятся признаки специального субъекта, выступающие признаками основного состава преступления, ко второй – квалифицирующие и привилегирующие признаки состава преступления, а также признаки, исключающие наказуемость деяния лица.
Влияние перечисленных признаков на ответственность определено в параграфе 28 “Особые индивидуальные признаки” следующим образом:
“(1) Если особые индивидуальные признаки (параграф 14 абз. 1), которые обусловливают уголовную ответственность исполнителя, отсутствуют у участника (подстрекателя или пособника), то его наказание должно быть смягчено в соответствии с параграфом 49 (абз. 1).
(2) Если законом установлено, что особые индивидуальные признаки ужесточают, смягчают или исключают наказание, то это положение применяется только к тому из соучастников, у которого они наличествуют” <19>.
<19> Уголовное уложение (Уголовный кодекс) Федеративной Республики Германия: науч.-практ. комментарий и пер. текста закона. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2014. – С. 45.
Для уяснения специфического содержания индивидуальных признаков следует обратиться непосредственно к норме, на которую имеется ссылка:
“Параграф 14. Исполнение действия за другое лицо
(1) Действует кто-либо
1. в качестве обладающего правами представительства исполнительного органа юридического лица или члена такого органа,
2. в качестве обладающего правами представительства участника правоспособного хозяйственного товарищества или
3. в качестве законного представителя другого лица,
то закон, в силу которого наличие особых индивидуальных качеств, отношений или обстоятельств (особые индивидуальные признаки) обусловливает уголовную ответственность, применяется также в отношении представителя, если эти признаки, хотя и отсутствуют у него, но наличествуют у представляемого лица” <20>.
<20> Там же. – С. 40.
Название “особые индивидуальные признаки” использовано в цитируемом переводном издании УК Федеративной Республики Германия П.В.Головенкова. В другом переводном издании эти признаки именуются как “особые личные” и “особые, относящиеся к личности признаки” <21>.
<21> Уголовный кодекс Федеративной Республики Германии / науч. ред. и вступ. ст. Д.А.Шестакова; предисл. Г.-Г. Йешека; пер. с нем. Н.С.Рачковой. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. – С. 133 – 134.
Провозглашая принцип ответственности соучастников “в пределах своей вины”, Уголовный кодекс Австрии свойства и особенности исполнителя преступления подразделяет на два вида: 1) признаки основного состава и квалифицирующие либо привилегирующие признаки, характеризующие противоправность деяния; 2) особые личные свойства или особенности, отражающие исключительно вину. Параграф 14 “Свойства и особенности исполнителя преступления” на сей счет содержит следующие предписания:
“(1) Если закон ставит наказуемость или размер наказания в зависимость от личных свойств и особенностей преступника, характеризующих противоправность деяния, то необходимо применять закон в отношении всех соучастников, если этими свойствами и особенностями обладает хотя бы один из них. Если противоправность деяния зависит от того, что носитель особых личных свойств или особенностей непосредственно исполняет или иначе определенным образом участвует в осуществлении данного деяния, то эта предпосылка должна быть также выполнена.
(2) Если особые личные свойства или особенности, наоборот, отражают исключительно вину, то закон должен распространяться только на тех соучастников, которые обладают этими свойствами или особенностями” <22>.
<22> Уголовный кодекс Австрии / науч. ред. и вступ. ст. С.В.Милюкова; предисл. Э.О.Фабрици; пер. с нем. Л.С.Вихровой. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. – С. 50 – 51.
Уголовный кодекс Швейцарии содержит одно предписание, касающееся личных отношений (ст. 26): “Особые личные отношения, свойства и обстоятельства, которые повышают, смягчают или исключают наказание, учитываются при назначении наказания только применительно к исполнителю, подстрекателю или пособнику, которых они характеризуют” <23>.
<23> Уголовный кодекс Швейцарии / науч. ред., предисл. и пер. с нем. А.В.Серебренниковой. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2002. – С. 80 – 81.
Уголовный кодекс Голландии допускает применение личных обстоятельств только к основному участнику или соучастнику: “Личные обстоятельства, которые могут исключить, уменьшить или увеличить уголовную ответственность, ограничены при применении уголовного закона своим непосредственным отношением к основному участнику или соучастнику” (ст. 50) <24>.
<24> Уголовный кодекс Голландии / науч. ред. Б.В.Волженкин; пер. с англ. И.В.Мироновой. – 2-е изд. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2001. – С. 179.
Закон об уголовном праве Израиля подразделяет признаки (данные) на существенные и индивидуальные. К существенным отнесены данные, которые “характеризуют деяние как преступление”, они распространяются на всех соучастников вне зависимости от наличия этих данных у конкретного соучастника. Индивидуальные данные изменяют или устраняют наказуемость деяния и вменяются в вину только их обладателю:
“Статья 34 бет. Существенные и индивидуальные данные
Данные, которые являются условием, характеризующим деяние как преступление, будут иметь значение в отношении каждого из соучастников преступления, даже если такие данные у соучастника отсутствуют. Однако индивидуальные данные, значение которых согласно законодательному акту может отягчить либо смягчить наказание, а равно изменить его иным способом или предотвратить его, будут иметь значение только в отношении того соучастника преступления, у которого такие данные присутствуют” <25>.
<25> Закон об уголовном праве Израиля / науч. ред. Н.И.Мацнев; предисл. и пер. с иврита М.Дорфман. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2005. – С. 51.
Уголовному кодексу Турции свойственен более суровый подход к вменению соучастникам даже случайных отягчающих личных признаков: вменяются всем соучастникам, которые знали о таких признаках, впрочем, с некоторым смягчением наказания. Регламентации такого вменения посвящены две статьи следующего содержания:
“Постоянные или случайные обстоятельства личного характера, отягчающие наказание в отношении одного из соучастников или пособников преступления или проступка, распространяются также на других виновных, которым было известно о таких обстоятельствах во время их соучастия в совершении преступления или проступка. Однако назначаемое им наказание сокращается на одну шестую и взамен смертной казни и пожизненного тяжкого заключения назначается тяжкое заключение на срок от двадцати до двадцати четырех лет” (ст. 66);
“Обстоятельства, отягчающие наказание, даже если они способны изменить признаки преступления или проступка, распространяются также на соучастников, которым было известно о таких обстоятельствах в момент совершения деяния” (ст. 67) <26>.
<26> Уголовный кодекс Турции / науч. ред. и пер. с турецкого Н.Сафарова, Х.Бабаева. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. – С. 71 – 72.
Уголовный кодекс Республики Болгария в ст. 21 с точки зрения влияния признаков на ответственность соучастников выделяет 1) личные свойства или отношения исполнителя, выступающие признаками основного состава, и 2) особые обстоятельства, исключающие или изменяющие наказание. В первом случае действует правило: “Если вследствие определенного личного свойства или отношения исполнителя к содеянному закон считает совершенное деяние преступлением, то подстрекатель и пособник несут ответственность за это преступление и в случаях, когда эти обстоятельства у них отсутствуют”. Правило для второго случая: “Особые обстоятельства, вследствие которых закон исключает, уменьшает или увеличивает наказание для кого-либо из соучастников, не принимаются во внимание в отношении остальных соучастников, у которых эти обстоятельства отсутствуют” <27>.
<27> Наказателен кодекс. Сборник нормативни актове. С предишните редакции на текстовете. – София: Ciela, 2010. – С. 27.
Уголовный кодекс Республики Польша выделяет следующие личные обстоятельства:
- исключающие или смягчающие либо усиливающие уголовную ответственность (учитываются только в отношении лица, к которому они относятся) (параграф 1 ст. 21);
- относящиеся к виновному и хотя и влияющие только на усиление наказуемости, но являющиеся признаком запрещенного деяния (соучастник подлежит уголовной ответственности, предусмотренной за это запрещенное деяние в том случае, когда он об этом обстоятельстве знал, хотя оно к нему и не относилось) <28>.
<28> Уголовный кодекс Республики Польша / науч. ред. А.И.Лукашов, Н.Ф.Кузнецова; пер. с польского Д.А.Барилович. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2001. – С. 54.
Никакие индивидуальные признаки никаких участников или соучастников преступления не вменяются никаким другим участникам или соучастникам. Именно так просто и категорично отнесся к анализируемому вопросу латвийский законодатель. Уголовный кодекс Латвийской Республики, исходя из общего положения о том, что соучастниками являются только вспомогательные фигуры, которые привлекаются к ответственности в соответствии со статьей закона, предусматривающей ответственность исполнителя, в ч. 6 ст. 20 закрепляет следующее положение: “Индивидуальные признаки состава преступного деяния, относящиеся к исполнителю или соучастнику преступного деяния, не влияют на ответственность других участников или соучастников преступного деяния” <29>.
<29> Уголовный кодекс Латвийской Республики / науч. ред. и вступ. ст. А.И.Лукашова и Э.А.Саркисовой; пер. с лат. А.И.Лукашова. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2001. – С. 60.
Часть 4 ст. 26 Уголовного кодекса Литовской Республики предусматривает, что, “если имеются обстоятельства, устраняющие, облегчающие или отягчающие уголовную ответственность одного из соучастников, они не учитываются при определении уголовной ответственности других соучастников” <30>.
<30> Уголовный кодекс Литовской Республики [Электронный ресурс]: утв. 26.09.2000 Законом N VIII-1968. – Режим доступа: http://www.crimpravo.ru/page/zar-uk. – Дата доступа: 17.07.2015.
По ч. 3 ст. 29 Уголовного кодекса Украины (далее – УК Украины) “признаки, характеризующие личность отдельного соучастника преступления, вменяются в вину лишь этому соучастнику. Иные обстоятельства, отягчающие ответственность и предусмотренные в статьях Особенной части настоящего Кодекса как признаки преступления, влияющие на квалификацию действий исполнителя, вменяются в вину лишь соучастнику, который сознавал эти обстоятельства” <31>.
<31> Крiмiнальний кодекс Украiни: Закон от 05.04.2001 N 2341-III [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zakon4.rada.gov.ua/laws/show/2341-14. – Дата доступа: 17.07.2015.
По поводу приведенной нормы из УК Украины С.Н.Кучанский дал следующий комментарий: “Любые объективные и субъективные обстоятельства (отягчающие или смягчающие наказание), характеризующие организатора, подстрекателя или пособника, влияют только на ответственность тех из них, кому они присущи, и не вменяются другим соучастникам.
По-другому решаются вопросы о квалифицирующих признаках, которые выполняет исполнитель. Объективные признаки преступления, характеризующие деяние (последствие, способ, орудие и другие факультативные признаки преступления), ставятся в вину другим соучастникам, если они охватывались их умыслом. В противоположном случае они вменяются только исполнителю…
Субъективные признаки, характеризующие преступление в целом, ставятся в вину всем соучастникам, если они охватывались их умыслом” <32>.
<32> Уголовный кодекс Украины: науч.-практ. комментарий / отв. ред. Е.Л.Стрельцов. – 6-е изд., перераб. и доп. – Харьков: Одиссей, 2009. – С. 80 – 81.
Уголовный кодекс Аргентины содержит предписания в отношении таких личных признаков, как “отношения, условия и личные качества, действующие как смягчающие или устраняющие ответственность обстоятельства”, и устанавливает, что они “применимы в качестве таковых лишь к тому исполнителю или соучастнику, непосредственно которому они соответствуют”. Что касается отягчающих ответственность обстоятельств, то при назначении наказания принимаются во внимание лишь те из них, которые “были известны участнику деяния” <33>.
<33> Уголовный кодекс Аргентины / науч. ред. и вступ. ст. Ю.В.Голика; пер. с исп. Л.Д.Ройзенгурта. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2003. – С. 59 – 60.
Весьма лаконично регламентирует влияние на ответственность признаков специального субъекта преступления Уголовный кодекс Республики Корея. В специальной статье о соучастии и статусе (ст. 33 названного Кодекса) закрепляется возможность соучастия в преступлении со специальным субъектом и недопустимость распространения ответственности на соучастников за преступления, квалифицированные “статусом обвиняемого”:
“Статья 33. (Соучастие и статус)
К лицу, являющемуся соучастником преступления, в котором обязательным элементом является иной статус, положения предыдущих трех статей должны применяться даже несмотря на то, что у него отсутствует такой статус. Если строгость наказания изменяется вместе со статусом обвиняемого, более строгое наказание не должно быть наложено на того, у кого отсутствует такой статус” <34>.
<34> Уголовный кодекс Республики Корея / науч. ред. и предисл. А.И.Коробеева; пер. с корейского В.В.Верхоляка. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2004. – С. 53 – 54.
Сходным образом регламентированы те же вопросы в Уголовном кодексе Японии:
“Статья 65. (Соучастие и личное положение)
Если лицо совместно действует в преступлении, состав которого должен быть обусловлен личным положением преступника, то это лицо признается соучастником, даже если оно не имеет такого личного положения.
Если тяжесть наказания зависит в особенности от личного положения, то тому, кто не имеет этого личного положения, назначается обыкновенное наказание” <35>.
<35> Уголовный кодекс Японии / науч. ред. и предисл. А.И.Коробеева; пер. с японского В.Н.Еремина. – СПб.: Юрид. центр Пресс, 2002. – С. 61 – 62.
Детальное проникновение в зарубежное законодательство может стать задачей самостоятельного исследования и, возможно, откроет новые грани регламентации ответственности соучастников, однако приемлемое решение отечественному законодателю в любом случае придется формулировать самостоятельно.