В статье отмечается, что понятие “специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации” имеет различное содержание в зависимости от области правового регулирования.
Анализируется законодательство Республики Беларусь, международные договоры и иные нормативные правовые акты, составляющие право Евразийского экономического союза, регламентирующие порядок перемещения на территорию Республики Беларусь или с ее территории специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, равно как и порядок их обращения и использования в Республике Беларусь.
Введение
Специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации (далее – СТС), давно и успешно используются при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятий (далее – ОРМ).
Негласные ОРМ проводятся в рамках оперативно-розыскной деятельности, под которой в соответствии со статьей 1 Закона Республики Беларусь от 15.07.2015 N 307-З “Об оперативно-розыскной деятельности” (далее – Закон N 307-З) понимается деятельность, осуществляемая в соответствии с Законом N 307-З государственными органами с соблюдением конспирации, проведением ОРМ гласно и негласно, направленная на защиту жизни, здоровья, прав, свобод и законных интересов граждан Республики Беларусь, иностранных граждан, лиц без гражданства, прав и законных интересов организаций, собственности от преступных посягательств, обеспечение безопасности общества и государства.
Применение СТС в этой специфической сфере деятельности государства до недавнего времени регулировалось нормами оперативно-розыскного законодательства, нормативные правовые акты которого были доступны только для достаточно узкого круга лиц, прежде всего лиц, уполномоченных на проведение оперативно-розыскной деятельности (далее – ОРД), ввиду того, что эти акты имели ограничительный гриф “Для служебного пользования” либо ограничительные грифы секретности “Особой важности”, “Совершенно секретно” или “Секретно”, предусмотренные Законом Республики Беларусь от 19.07.2010 N 170-З “О государственных секретах”.
1. Понятие специальных технических средств, предназначенных для негласного получения (фиксации) информации
Развитие законодательства об оперативно-розыскной деятельности привело к тому, что уже более 15 лет как понятие СТС получило прописку в белорусских законодательных актах, не имеющих ограничительного грифа, а правоприменительная практика стала сталкиваться со случаями их незаконного оборота и использования [1; 2], которые заканчивались возбуждением уголовных дел, по которым за незаконный оборот СТС по статье 376 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее – УК) с 2011 по 2015 год согласно официальным статистическим данным Министерства внутренних дел Республики Беларусь и Верховного Суда Республики Беларусь в стране осуждено 7 человек <1>.
<1> См. формы государственной статистической отчетности 10 (часть 1) “Сведения о числе привлеченных к уголовной ответственности и мерах уголовного наказания” за 2011 – 2015 годы.
В Законе Республики Беларусь от 12.11.1992 N 1932-XII “Об оперативно-розыскной деятельности” – первом из трех принятых Парламентом Республики Беларусь законов с одноименным наименованием – вообще не упоминалось о СТС.
Во второй из законов об оперативно-розыскной деятельности (Закон Республики Беларусь от 09.07.1999 N 289-З “Об оперативно-розыскной деятельности” (далее – Закон N 289-З), прекративший свое действие 24.01.2016) были включены нормы, которые в общем виде регулировали совершение действий с СТС, получившими наименование “специальные и иные технические средства, предназначенные (разработанные, приспособленные, запрограммированные) для негласного получения информации” и “специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации” (соответственно части 7 и 8 статьи 11 Закона N 289-З). Правда, Закон N 289-З, равно как и статья 7 Закона Республики Беларусь от 06.01.1998 N 130-З “Об экспортном контроле”, в которой с 2004 года СТС получили статус объектов экспортного контроля, не содержал определения СТС.
Закон N 289-З устанавливал порядок, в соответствии с которым вводился запрет на проведение ОРМ, хранение и использование специальных и иных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации, физическими и юридическими лицами, не уполномоченными на то Законом N 289-З, а также запрещалась разработка, производство, реализация, приобретение в целях продажи, ввоз в Республику Беларусь и вывоз за ее пределы не уполномоченными на то в установленном порядке физическими и юридическими лицами СТС.
Закон N 289-З был принят в тот же день, что и УК, и вступил в силу 03.08.1999. В 1999 году в статье 376 УК впервые в истории нашего государства устанавливалась уголовная ответственность за незаконные изготовление, приобретение либо сбыт СТС, а в статьях 179 и 203 УК вводилась повышенная уголовная ответственность за использование таких специальных средств для незаконного собирания сведений о частной жизни, составляющих личную или семейную тайну другого лица, и за умышленное нарушение тайны переписки, телефонных или иных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан.
Поскольку УК введен в действие 01.01.2001, то указанный запрет на использование и оборот СТС, установленный Законом N 289-З, был подкреплен уголовно-правовым запретом только по прошествии более чем года после его вступления в силу.
Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях 1984 года не предусматривал административной ответственности за деяния, связанные с СТС. Административная ответственность за некоторые из таких деяний была установлена лишь в 2003 году в связи с принятием нового Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – КоАП) (статья 23.52 “Нарушение правил оборота специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации” КоАП), однако административная ответственность по данной статье КоАП могла применяться лишь с 01.03.2007 – дня введения КоАП в действие.
Как отмечено выше, вводя в законодательный оборот понятие СТС, законодатель не дал их определения, что привело к разночтению в решении этого вопроса в литературе.
Так, ряд авторов, раскрывая содержание указанного понятия применительно к ОРД, отмечают, что СТС – это аппаратура, приборы, устройства, приспособления, позволяющие в процессе осуществления ОРД получать информацию независимо от воли и желания ее владельца, которые предназначены для негласного получения информации в целях выявления, предупреждения и раскрытия преступлений, розыска преступников и лиц, пропавших без вести, а также для сохранения в тайне информации о проведении негласных мероприятий. По их мнению, признаком, отличающим СТС от всех других аналогичных технических средств, является их миниатюрность (мини-микрофон можно установить в стене, в телефонной трубке, в электрической розетке, в радиоприемнике, с использованием мини-видеокамеры можно снять печатный текст на значительном расстоянии) [3].
Несомненно, многие, но не все из СТС отличаются миниатюрностью. Для получения и фиксации информации независимо от воли и желания ее владельца могут быть использованы и достаточно крупные по размеру изделия. Например, при отсутствии возможности негласного размещения миниатюрных микрофонов в непосредственной близости от объекта прослушивания возможно применение установленного в автомобиле комплекса механических, электронных и иных устройств, позволяющих на большом расстоянии от объекта фиксировать разговорную речь в закрытом помещении, имеющем окна.
Оценивая указанный признак, необходимо отметить, что достаточно неопределенный критерий размера (миниатюрность) не является надежным, не позволяет сделать достоверный вывод о принадлежности того или иного объекта к СТС и, как следствие, не может претендовать на статус их единственного и (или) обязательного отличительного признака. К тому же он в принципе неприменим к таким СТС, как компьютерные программы и препараты.
С.П.Бондарович, комментируя статью 23.52 КоАП, выделяет такой отличительный признак СТС, как их специальная предназначенность для выполнения мероприятий по негласному получению информации при осуществлении ОРД [4].
По мнению некоторых авторов, под СТС как предметом преступления, предусмотренного статьей 376 УК, следует понимать любые специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации любым способом [5, с. 577 – 578; 6, с. 528; 7, с. 810].
Другие авторы со ссылкой на перечень шифровальных устройств и средств негласного получения информации, в отношении которых выполняются работы и услуги, составляющие лицензируемый вид деятельности, содержащийся в приложении 2 к Положению о порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами), утвержденному Указом Президента Республики Беларусь от 21.10.2003 N 459 “О порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами)” (далее – перечень) (утратил силу с 01.05.2012), в котором приводится определение понятия “средства негласного получения информации”, относят к СТС, указанным в статье 376 УК, оборудование, аппаратуру, приборы, приспособления и другие изделия, специально созданные, разработанные, запрограммированные или модернизированные для выполнения мероприятий по негласному получению информации при осуществлении ОРД [8, с. 718]. Иными словами, ими дословно воспроизводится определение указанного понятия, содержащееся в перечне и предназначенное для регулирования лицензируемой деятельности, связанной с СТС.
Схожую позицию занимает российский автор В.В.Гирийчук, утверждающий, что СТС – это совокупность технических устройств и приспособлений, ограниченных в обороте, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для контролируемого, негласного получения информации оперативными подразделениями органов внутренних дел при проведении оперативно-розыскных мероприятий с целью решения задач оперативно-розыскной деятельности [9, с. 196]. В основу этого определения, как представляется, положены соответствующие нормы Федерального закона Российской Федерации от 12.08.1995 N 144-ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности” [10], Положения о лицензировании деятельности по выявлению электронных устройств, предназначенных для негласного получения информации (за исключением случая, если указанная деятельность осуществляется для обеспечения собственных нужд юридического лица или индивидуального предпринимателя), утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 N 314 [11], и Перечня видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 01.07.1996 N 770 “Об утверждении Положения о лицензировании деятельности физических и юридических лиц, не уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации, и Перечня видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности” [12], положения которых сопрягаются с нормами перечня.
В перечне средств негласного получения информации, в отношении которых выполняются работы и оказываются услуги, составляющие лицензируемый вид деятельности, определенном в приложении 4 к Положению о порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами), утвержденному Указом Президента Республики Беларусь от 16.02.2012 N 71 “О порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами)” (далее – перечень средств), дается определение понятия “средства негласного получения информации”, аналогичное тому, которое приведено в перечне.
Наконец, укажем и на определение этого понятия, появившееся в Законе N 307-З. Согласно абзацу 10 статьи 2 Закона N 307-З средствами негласного получения (фиксации) информации являются технические средства, оборудование, аппаратура, приборы, приспособления, препараты, программные продукты и другие изделия, специально созданные, разработанные, запрограммированные или модернизированные для негласного получения (фиксации) информации при осуществлении ОРД.
Данное определение редакционно не совпадает с определением, имеющимся в перечне средств, и содержательно отличается от него.
Закон N 307-З распространяет свое действие не только на средства негласного получения информации, но и на средства негласной фиксации информации. Не совпадает и примерный перечень изделий, относимых к средствам негласного получения (фиксации) информации. Следовательно, с 25.01.2016 применительно к сфере ОРД и тем запретам, которые установлены Законом N 307-З на использование средств негласного получения (фиксации) информации, надлежит применять правила Закона N 307-З.
В сфере лицензирования видов деятельности, связанных с СТС, следует применять Указ Президента Республики Беларусь от 16.02.2012 N 71 “О порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами)” (далее – Указ N 71), подлежащий приведению в соответствие с Законом N 307-З, который с учетом современных достижений более точно определяет направленность применения и объем средств, которые могут использоваться для негласного получения (фиксации) информации.
2. Специальные технические средства, предназначенные для негласного получения (фиксации) информации, как ограниченно оборотоспособные объекты гражданских прав
В части 2 пункта 2 статьи 129 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) предусмотрено, что виды объектов гражданских прав, которые могут принадлежать лишь определенным участникам оборота либо нахождение которых в обороте допускается по специальному разрешению (объекты ограниченно оборотоспособные), определяются в порядке, установленном законодательными актами. Согласно пункту 1 статьи 129 ГК под оборотом объектов гражданских прав понимается отчуждение или переход от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) либо иным способом, если они не изъяты из оборота или не ограничены в обороте.
Введя запрет на проведение ОРМ, хранение и использование СТС физическими и юридическими лицами, не уполномоченными на то Законом N 307-З, а также запрет на разработку, производство, реализацию и оборот СТС не уполномоченными на то в установленном порядке физическими и юридическими лицами, законодатель тем самым отнес СТС к числу ограниченно оборотоспособных на территории Республики Беларусь.
К числу законодательных актов, относящих СТС к числу ограниченно оборотоспособных на территории Республики Беларусь, принадлежат и названные выше Указ Президента Республики Беларусь от 21.10.2003 N 459 “О порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами)” и Указ N 71.
Так, в Положении о порядке лицензирования видов деятельности, связанных со специфическими товарами (работами, услугами), утвержденном Указом N 71, предусмотрено, что деятельность, связанная с СТС, является лицензируемой. Как следствие, является незаконным и запрещается осуществление:
- видов деятельности, работ и (или) услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности, без лицензии;
- работ и (или) услуг в отношении СТС, не указанных в лицензии;
- видов деятельности, работ и (или) услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности, обособленным подразделением, в том числе филиалом, лицензиата, если в лицензии не содержится сведений об этом обособленном подразделении, в том числе филиале, либо выполняемые им работы и (или) оказываемые услуги, составляющие лицензируемый вид деятельности, специфические товары, в отношении которых выполняются работы и (или) оказываются услуги, для такого обособленного подразделения, в том числе филиала, в лицензии не указаны.
Лицензируемая деятельность в отношении СТС включает такие виды работ, услуг, как:
- научные исследования (научно-исследовательские работы) в области СТС;
- опытно-конструкторские работы по созданию или модернизации СТС;
- производство СТС;
- реализация СТС;
- монтаж (сборка, наладка) СТС;
- техническое обслуживание СТС;
- ремонт СТС;
- утилизация и (или) уничтожение СТС.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
1. В Гомеле арестован директор частного предприятия, который незаконно продавал спецсредства для получения информации [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://news.open.by/country/70107. – Дата доступа: 05.01.2016.
2. Германович, А. В Гомеле лифтер оштрафован за продажу “шпионских” часов [Электронный ресурс] / А.Германович. – Режим доступа: http://news.tut.by/society/370391.html. – Дата доступа: 12.01.2016.
3. Бранчель, И.И. Оперативно-розыскная деятельность (в вопросах и ответах) [Электронный ресурс] / И.И.Бранчель, О.В.Благаренко, А.В.Солтанович // ИБ “КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2016.
4. Бондарович, С.П. Постатейный комментарий к Кодексу Республики Беларусь об административных правонарушениях. Особенная часть. Глава 23. Административные правонарушения против порядка управления [Электронный ресурс] / С.П.Бондарович // ИБ “КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск” / ООО “ЮрСпектр”. – Минск, 2016.
5. Ананич, С.В. Преступления против порядка управления / С.В.Ананич, С.В.Добриян // Уголовное право. Особенная часть: учеб. пособие / под ред. В.А.Кашевского. – Минск: Акад. МВД, 2012. – С. 540 – 592.
6. Лазебник, Ю.В. Преступления, посягающие на нормальное ведение официальной документации и порядок осуществления гражданами своих прав / Ю.В.Лазебник // Научные труды Белорусского государственного экономического университета. – Минск: БГЭУ, 2014. – Вып. 7. – С. 524 – 530.
7. Шидловский, А.В. Комментарий к статье 376 / А.В.Шидловский // Научно-практический комментарий к Уголовному кодексу Республики Беларусь / под ред. А.В.Баркова, В.М.Хомича. – Минск: ГИУСТ БГУ, 2007. – 1007 с. – С. 810 – 811.
8. Мичулис, Э.Ф. Преступления против порядка управления / Э.Ф.Мичулис // Уголовное право. Особенная часть: учеб. пособие / под общ. ред. А.И.Лукашова. – Минск: Изд-во Гревцова, 2009. – С. 682 – 745.
9. Гирийчук, В.В. К вопросу о понятии специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, применяемых в оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел / В.В.Гирийчук // Вестник Нижегородской академии МВД России. – 2014. – N 3. – С. 194 – 197.
10. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1995. – N 33. – Ст. 3349.
11. Собрание законодательства Российской Федерации. – 2012. – N 17. – Ст. 1988.
12. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1996. – N 28. – Ст. 3382.