Экономический суд признал обоснованными требования первоначального кредитора в части взыскания с должника пени по договору и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными до заключения договора уступки права требования.
ООО «А» предъявило требования к ООО «М» о взыскании 293 млн.руб. пени за просрочку оплаты по договору аренды от 01.03.2014 и 80 млн.руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.
Возражая против удовлетворения иска, ООО «М» указало, что, заключив договор уступки требования от 25.09.2014 N 25-9/14, ООО «А» выбыло из всех обязательств по договору аренды, в том числе и по санкциям, возникшим как до заключения договора уступки права требования, так и после.
Решением экономического суда от 03.12.2014, оставленным в силе постановлением апелляционной инстанции от 31.03.2015, требования удовлетворены частично: с ООО «М» в пользу ООО «А» взыскано 78 млн.руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 109,6 млн.руб. пени. В остальной части иска отказано.
Рассмотрев кассационную жалобу ООО «М», судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь пришла к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных постановлений, исходя из следующего.
Из материалов дела усматривается, что между ООО «А» (арендодателем) и ООО «М» (арендатором) заключен договор аренды транспортного средства с экипажем N 01-03/14 от 01.03.2014, по условиям которого арендодатель передал в пользование, а арендатор принял транспортные средства с экипажами и обязался использовать их по назначению и вносить арендную плату в соответствии с условиями договора. В случае просрочки арендатор уплачивает пеню в размере 0,15% с просроченной суммы за каждый день просрочки, но не более 10% от суммы неуплаченных платежей.
За период с марта по май 2014 г. в соответствии со справками о времени аренды, подписанными сторонами, ООО «М» должно было уплатить арендную плату (последний платеж не позднее 13.06.2014) за пользование транспортными средствами с экипажами на общую сумму 1096 млн.руб.
ООО «М» перечислило на счет ООО «А» 28.02.2014 в порядке предварительной оплаты 66,9 млн.руб., а 03.04.2014 — 60 млн.руб.
25.09.2014 между ООО «А» (первоначальным кредитором), СООО «Р» (новым кредитором) и ООО «М» (должником) заключен договор уступки права требования N 25-9/14, в соответствии с которым первоначальный кредитор уступил новому кредитору право требования к должнику, вытекающее из исполнения обязательства по арендной плате и оказанным услугам согласно договору аренды транспортного средства с экипажем от 01.03.2014 N 01-03/14 в размере 1036 млн.руб.
ООО «М» в соответствии с договором N 25-9/14 обязалось с момента подписания данного договора осуществить исполнение своих платежных обязательств в размере 1036 млн.руб. в пользу нового кредитора в срок до 31.12.2014.
В соответствии со статьей 355 Гражданского кодекса Республики Беларусь, если иное не предусмотрено законодательством или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.
Поскольку в договоре уступки права требования N 25-9/14 определен иной конкретный срок исполнения обязательства должником (ООО «М») новому кредитору (СООО «Р») и иные условия исполнения обязательства, то судом, по мнению коллегии по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь, сделан обоснованный вывод о том, что правило о переходе при перемене лиц в обязательстве к новому кредитору прав и обязанностей в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, применено быть не может.
Учитывая, что по договору уступки права требования N 25-9/14 к СООО «Р» перешло право требования к ООО «М» о взыскании только суммы 1036 млн.руб. основного долга, которая указана в договоре, суд пришел к правомерному выводу о том, что новый кредитор не вправе претендовать на взыскание с должника пени и процентов за пользование чужими денежными средствами за период просрочки до 25.09.2014, а первоначальный кредитор соответственно не утратил право на взыскание этих санкций за период по 25.09.2014.
На основании вышеизложенного судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь пришла к выводу о законности и обоснованности выводов суда о частичном удовлетворении исковых требований ООО «А». Доводы же заявителя кассационной жалобы о том, что в связи с отсутствием в договоре уступки права требования N 25-9/14 специальной оговорки об ограничении объема уступаемых прав ООО «А» выбыло из обязательства не только в части основного долга, право на взыскание которого перешло к новому кредитору, но и в части права на взыскание пени и процентов за пользование чужими денежными средствами за весь период просрочки исполнения обязательства, не основаны на фактических обстоятельствах и законодательстве.
