Рассматривая правовую конструкцию исключения участника общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) (общества с дополнительной ответственностью (далее – ОДО)) из состава участников общества, нельзя не отметить то обстоятельство, что белорусский законодатель исходит из того, что одномоментно исключить возможно лишь одного участника.
Указанное основывается на том, что часть третья статьи 103 Закона Республики Беларусь от 09.12.1992 N 2020-XII “О хозяйственных обществах” (далее – Закон) сконструирована таким образом, что речь идет именно об исключении участника общества по требованию иных участников общества.
Примечание. Согласно части шестой статьи 112 Закона к ОДО применяются нормы Закона об ООО, если иное не предусмотрено законодательными актами.
В связи с этим, если несколько участников, которые, как отмечено выше, обладают в совокупности долей в размере 10 и более процентов в уставном фонде конкретного общества, считают необходимым исключить несколько участников данного общества, так как последние не дают возможности обществу надлежащим образом функционировать, то указанные участники должны в отношении каждого из участников, которых они считают необходимым исключить из состава участников общества, сформулировать отдельные требования и отдельно направить их в суд.
При этом фактически ситуация может сложиться таким образом, что соответствующие требования в отношении нескольких участников одного и того же ООО (ОДО) будут одновременно направлены в суд. На наш взгляд, это возможно, но это не отменяет вышеизложенного тезиса о том, что одновременно требовать исключения нескольких участников одного и того же общества нельзя.
Таким образом, систематизируя изложенные выше тезисы, отмечаем, что, по нашему мнению, в отношении каждого из участников, которых собираются исключить иные участники, в суд должно быть направлено самостоятельное требование и в рамках одного и того же требования обращаться в суд для исключения нескольких участников исходя из буквального толкования Закона нельзя.
Последнее объясняется и тем, что претензии, которые выдвигаются против участников, выдвигаются в отношении каждого из них индивидуально, а следовательно, нет никаких оснований объединенно голосовать за исключение соответствующей группы участников.
В любом случае суд должен подходить индивидуально к исключению соответствующего участника из состава участников общества, что означает, что не все требования об исключении участников одного и того же ООО (ОДО) могут быть удовлетворены, то есть какой-то из участников одного и того же общества может быть исключен, а какой-то сохранен в качестве участника общества.
То есть формально, не фактически, участники должны формулировать свои претензии в отношении каждого из участников отдельно.
При этом гипотетически возможна ситуация, когда одни участники будут требовать исключения других участников, а последние будут выдвигать свои требования в отношении первых участников, и тем самым все участники общества могут быть исключены из состава участников общества.
Так, например, если в соответствующем ООО (ОДО) участвует четыре лица, каждое из которых обладает долей в размере 25 процентов уставного фонда, то возможна ситуация, когда первые два участника предъявили два требования в суд в отношении оставшихся двух участников, а последние в свою очередь заявили два требования в суд об исключении первых двух участников.
При этом самые большие сложности возникнут в том случае, если действительно в отношении каждого из четырех участников есть объективные доказательства наличия оснований исключения, указанных в Законе.
В этом случае, если опираться на буквальное понимание положений Закона (см. о возможности другого взгляда ниже), то суд может формально подойти к рассматриваемому вопросу и одновременно исключить всех участников общества.
При таком подходе суда само общество будет подлежать ликвидации, так как ООО (ОДО) без участников существовать не может. В этом случае вместо процедуры выплаты участникам стоимости, приходящейся на их доли в уставном фонде, необходимо будет применить процедуру, связанную с ликвидацией общества, в силу чего участники смогут получить стоимостное выражение своих долей лишь из оставшегося после удовлетворения требований кредиторов имущества общества.
В связи с указанным отмечаем, что если придерживаться мнения о том, что в белорусском законодательстве отсутствует формальное ограничение для исключения судом всех участников общества, а при определенных обстоятельствах практически все участники конкретного ООО (ОДО) имеют основания для исключения из общества, то в случае, если участники не договорятся между собой, внутрикорпоративная борьба достигнет апогея и участники пойдут в суд исключать друг друга, даже в ситуации, когда ООО (ОДО) действительно является высокодоходным субъектом и его бизнес процветает, данное общество все равно может быть ликвидировано и соответствующая деятельность прекращена. (Правда, у участников всегда есть возможность договориться даже после возбуждения соответствующих дел в суде, когда все участники одновременно откажутся от исков друг против друга, но для этого они либо должны все-таки начать доверять друг другу, либо должны технически все сделать так, чтобы отказы от исков были одновременно направлены в суд.)
Однако отметим, что изложенный выше подход, по нашему мнению, не является единственным применительно к анализируемым отношениям.
Относительно одновременного исключения всех участников из состава участников конкретного ООО (ОДО) возможен и второй взгляд: недопустимость подобного в белорусской правовой системе.
Указанный взгляд (подход) может базироваться на следующем.
- Во-первых, он базируется на сути отношений, а именно на том, что сам факт того, что законодатель создает возможность ликвидации общества через правовую конструкцию исключения его участников, не представляется корректным, так как анализируемая нами правовая конструкция применима не для ликвидации ООО (ОДО), а исключительно для изменения состава его участников. Правда, несмотря на изложенное, нельзя не отметить, что в случае полного разрыва отношений между участниками общество, скорее всего, должно прекратить свою деятельность и, если нельзя в связи с этим реализовать одну из форм реорганизационных процедур, возможно, необходимо прибегнуть к ликвидационной процедуре. При этом, возможно, пострадают интересы экономики в целом, если соответствующий субъект действительно осуществляет рентабельную и необходимую для общества деятельность, однако, как минимум, в этом случае будут соблюдены интересы кредиторов общества.
- Во-вторых, он базируется на том, что, несмотря на приведенные выше рассуждения и действительность того обстоятельства, что статья 103 Закона не содержит запрета на исключение всех участников из состава участников ООО (ОДО), с учетом того что указанное, как отмечено выше, противоречит не только сути экономики, но и правовой природе самого ООО (ОДО), вполне допустимым представляется применение в данном случае статьи 5 Гражданского кодекса Республики Беларусь, то есть аналогии закона, а точнее, по аналогии части первой статьи 103 Закона, в силу которой выход участников ООО (ОДО), в результате которого в таком обществе не остается ни одного участника, в том числе выход единственного участника ООО (ОДО) из этого общества, не допускается.
Таким образом, при применении по аналогии указанной выше нормы Закона можно признать, что одновременное исключение всех участников конкретного ООО (ОДО) не допускается.
Безусловным, конечно же, является то обстоятельство, что единственного участника ООО (ОДО) невозможно исключить из состава участников ООО (ОДО). Указанное следует не только из аналогии с регламентацией выхода участника из состава участников ООО (ОДО), но и из порядка исключения участника из состава участников ООО (ОДО), применительно к которому обязательно необходима инициатива участника (участников), обладающего долей в уставном фонде в размере не менее 10 процентов (часть третья статьи 103 Закона). В рассматриваемой же нами ситуации указанной инициативы просто быть не может.
Сравнивая два приведенных выше подхода, отмечаем, что исходя из существа отношений второй подход должен превалировать над первым. Однако, несмотря на внешнюю логичность применения аналогии закона в отношении выхода и исключения участников, обращаем внимание на то обстоятельство, что и выход, и исключение участника из состава участников ООО (ОДО) регламентируются в рамках Закона в одной и той же статье 103. При этом законодатель в рамках указанной статьи применительно к выходу участника указал на то, что не допускается выход всех участников, а применительно к регламентации исключения участника из состава участников ООО (ОДО) подобного положения не предусмотрел.
Последнее вызывает обоснованное сомнение в возможности применения аналогии закона в рассматриваемой нами ситуации.
А именно вполне допустимым является предположение о том, что речь идет не об упущении законодателя применительно к регламентации вопросов исключения участника из состава участников ООО (ОДО), а о принципиальной позиции законодателя по интересующему нас вопросу.
То есть речь идет о том, что именно применительно к исключению участника законодатель посчитал возможным иной подход к одновременному исключению всех участников по сравнению с подходом об одновременном выходе всех участников.
Правда, еще раз отметим, что исходя из существа отношений рациональности в таком подходе нет. В связи с этим можно предположить, что по интересующему нас вопросу законодатель по-разному урегулировал соответствующие отношения именно в связи с тем, что выход участника из состава участников ООО (ОДО) – это исключительно частная процедура, не сопровождаемая участием в ней государственных органов. Что же касается исключения участника из состава участников ООО (ОДО), то этот вопрос находится в ведении суда, то есть перед нами не частная процедура, а частно-публичная процедура, а раз так, то суд, обладая необходимыми профессиональными знаниями, все-таки при любых обстоятельствах не допустит того, чтобы в ООО (ОДО) не осталось ни одного участника, при рассмотрении вопросов исключения участников из состава участников ООО (ОДО).
Таким образом, несмотря на возможность с точки зрения буквального прочтения законодательства одновременного исключения всех участников из состава участников ООО (ОДО), мы все-таки считаем такой подход не совсем корректным.
О моменте исключения участника из состава участников ООО (ОДО)
В силу белорусского права моментом исключения участника из ООО (ОДО) считается дата вступления в законную силу решения суда об его исключении.
В связи с этим сам факт обращения соответствующих участников с требованием в суд об исключении участника из общества не меняет статуса лица, а если так, то он остается участником общества до указанного выше момента со всеми правами и обязанностями, которые относятся к участнику общества.
В силу этого без такого участника в обществе нельзя принять ни одно из решений, которые принимаются единогласно всеми участниками, а если так, то, с учетом того что решение экономического суда вступает в законную силу по истечении срока на подачу апелляционной жалобы, а если такая жалоба подается, то в момент принятия судом апелляционной инстанции судебного постановления об оставлении первоначального решения в силе, вопрос, решение по которому принимается общим собранием участников конкретного ООО (ОДО) единогласно, нельзя будет решить в определенных случаях (при подаче апелляционной жалобы), как минимум, в течение практически трех месяцев с момента обращения в суд.